«Насколько человек побеждает страх, настолько он человек». Томас Карлейль...
Добавить в моё избранное
88 мин, 45 сек 20796
Взревев ещё громче, Иван, однако, сумел блокировать следующий удар Ильи и, на манер бейсболиста, сшиб его с ног. Началась короткая борьба, в ходе которой Иван вывернул Илье правую кисть и ещё раз со всей силы врезал ему по лицу. Илья затих. Иван подумал, что надолго или даже навсегда.
Вероника, между тем, хотела кинуться на помощь Илье, но не успела. Иван вновь развернулся к ней, и теперь она пятилась вглубь комнаты, испепеляя своёго врага полным смертельной ненависти взглядом. Среднестатистическая девчонка, получив локтём в живот, как она, заливалась бы слезами, однако Вероника не плакала, лишь стиснула зубы от боли. Иван тоже не думал рыдать. Сделав пару шагов к девушке, он снова попытался поправить правое ухо, потом тупо посмотрел на окровавленную в результате этих попыток ладонь, перевёл взгляд на Веронику и прошипел:
— Ну всё, сука, я тебя приговорю!
Издавая клокочущее рычание, Иван ринулся на девушку, занеся правую руку для удара. Но когда удар должен был поразить цель, Вероника ловко увернулась и с поразительным для трёхлетнего изучения дзюдо профессионализмом выполнила болевой захват руки. Взвыв, Иван почти сразу прекратил бессмысленные попытки освободить правую руку и нанёс левой могучий удар Веронике по рёбрам. Лишь охнув, девушка отпустила хватку, однако удержалась на ногах и отпрянула назад. Иван, продолжая издавать нечленораздельные звуки, после секундного промедления устремился за своей до сих пор не состоявшейся жертвой. С криком Вероника попыталась ударить Ивана ногой в пах, но тот в последний момент удачно отбил атаку движением левой руки сверху вниз. Лишившись равновесия, девушка упала.
На какое-то мгновение Иван ощутил сладостный вкус победы. Оставался один удар в лицо — и Вероника потеряла бы сознание. Но Иван не знал, что чуть ли не сразу после того, как он в последний раз повернулся к Веронике, Илья встал и медленно, словно призрак, побрёл следом. Умопомрачительная боль в ушах не давала ему услышать тихий звук шагов. А Илья шёл, не понимая, почему ещё в состоянии идти. Его сознание будто бы сузилось. Все ненужное, второстепенное заволокло какой-то тягучей ватой, густым туманом, но то, что сейчас имело значение, вырисовывалось чётко, как никогда. Перед Ильёй стояла одна цель, и всё его существо работало только на достижение этой цели. Он чувствовал, что у него есть лишь одна попытка, один шанс, один удар. Допустить ошибку было равнозначно смерти.
Иван как раз занёс кулак, когда Илья, стоя прямо за ним, громко позвал:
— Эй, Иван!
Иван замер и непонимающе обернулся. Костяшки левой руки Ильи вдавились точно в его кадык. Если бы в удар было вложено немного больше силы, он стал бы для Ивана смертельным. С хрипом, схватившись обеими руками за горло и судорожно хватая ртом воздух, Иван повалился на пол. Не мешкая, Илья помог Веронике подняться и вместе с ней, шатаясь, как можно быстрее пошёл к выходу. Однако перед самой дверью внезапно возникшее ощущение холода заставило его повернуть и направиться в тупиковую комнатку. Иван, между тем, силился встать и даже прополз с полметра в их направлении, пытаясь осыпать их матами, но испуская один лишь хрип. Войдя вместе с Вероникой внутрь комнатки, Илья нажал на кнопку. Дверь благополучно закрылась, и Илья рухнул на пол.
Тяжело дыша, Вероника села рядом. С трудом подняв голову, чтобы посмотреть на девушку, Илья увидел в её глазах странное сочетание благодарности и ужаса.
— Господи, у тебя всё лицо в крови! — тихо промолвила она и осторожно провела ладонью по его щеке и губам.
— Да… нос разбит… — Илье было трудно говорить. Пол будто уходил из-под него, и он ощущал, что проваливается в бездонную тьму. Его сознание, точно утопающий за брёвнышко, держалось лишь за мысль, что Вероника здесь, рядом с ним, и ей ещё может понадобиться его помощь. — Ты… ты в порядке?
— В порядке… только бок… — Вероника сквозь зубы застонала. Сейчас, когда видимая опасность исчезла, боль всё сильнее и сильнее давала о себе знать.
Илья бережно взял запачканную его кровью ладонь Вероники в свою левую руку. Правой он не мог толком и пошевелить: вся кисть распухла и жутко болела. Вероника накрыла его ладонь второй рукой и прижала к своей груди. Илья чувствовал, как быстро бьётся её сердце. Где-то там, за стальной дверью хрипел Иван. Постепенно его хрип становился всё более членораздельным. Он вплотную подполз к двери и извергал ругательства на все лады от бессильной злобы. Дверь имела неплохую, хотя и не абсолютную звукоизоляцию, поэтому голос Ивана звучал негромко.
И тут пол дрогнул, а до ушей Ильи долетел звук удара. И Илья, и Вероника, и Иван затаили дыхание. Спустя несколько секунд удар повторился. Иван взвизгнул, а Илья переглянулся с Вероникой. Сомнений не возникало: до встречи с тем, что преследовало их всю ночь, оставались считанные минуты, а у Ивана и того меньше. Бежать больше было некуда.
Вероника, между тем, хотела кинуться на помощь Илье, но не успела. Иван вновь развернулся к ней, и теперь она пятилась вглубь комнаты, испепеляя своёго врага полным смертельной ненависти взглядом. Среднестатистическая девчонка, получив локтём в живот, как она, заливалась бы слезами, однако Вероника не плакала, лишь стиснула зубы от боли. Иван тоже не думал рыдать. Сделав пару шагов к девушке, он снова попытался поправить правое ухо, потом тупо посмотрел на окровавленную в результате этих попыток ладонь, перевёл взгляд на Веронику и прошипел:
— Ну всё, сука, я тебя приговорю!
Издавая клокочущее рычание, Иван ринулся на девушку, занеся правую руку для удара. Но когда удар должен был поразить цель, Вероника ловко увернулась и с поразительным для трёхлетнего изучения дзюдо профессионализмом выполнила болевой захват руки. Взвыв, Иван почти сразу прекратил бессмысленные попытки освободить правую руку и нанёс левой могучий удар Веронике по рёбрам. Лишь охнув, девушка отпустила хватку, однако удержалась на ногах и отпрянула назад. Иван, продолжая издавать нечленораздельные звуки, после секундного промедления устремился за своей до сих пор не состоявшейся жертвой. С криком Вероника попыталась ударить Ивана ногой в пах, но тот в последний момент удачно отбил атаку движением левой руки сверху вниз. Лишившись равновесия, девушка упала.
На какое-то мгновение Иван ощутил сладостный вкус победы. Оставался один удар в лицо — и Вероника потеряла бы сознание. Но Иван не знал, что чуть ли не сразу после того, как он в последний раз повернулся к Веронике, Илья встал и медленно, словно призрак, побрёл следом. Умопомрачительная боль в ушах не давала ему услышать тихий звук шагов. А Илья шёл, не понимая, почему ещё в состоянии идти. Его сознание будто бы сузилось. Все ненужное, второстепенное заволокло какой-то тягучей ватой, густым туманом, но то, что сейчас имело значение, вырисовывалось чётко, как никогда. Перед Ильёй стояла одна цель, и всё его существо работало только на достижение этой цели. Он чувствовал, что у него есть лишь одна попытка, один шанс, один удар. Допустить ошибку было равнозначно смерти.
Иван как раз занёс кулак, когда Илья, стоя прямо за ним, громко позвал:
— Эй, Иван!
Иван замер и непонимающе обернулся. Костяшки левой руки Ильи вдавились точно в его кадык. Если бы в удар было вложено немного больше силы, он стал бы для Ивана смертельным. С хрипом, схватившись обеими руками за горло и судорожно хватая ртом воздух, Иван повалился на пол. Не мешкая, Илья помог Веронике подняться и вместе с ней, шатаясь, как можно быстрее пошёл к выходу. Однако перед самой дверью внезапно возникшее ощущение холода заставило его повернуть и направиться в тупиковую комнатку. Иван, между тем, силился встать и даже прополз с полметра в их направлении, пытаясь осыпать их матами, но испуская один лишь хрип. Войдя вместе с Вероникой внутрь комнатки, Илья нажал на кнопку. Дверь благополучно закрылась, и Илья рухнул на пол.
Тяжело дыша, Вероника села рядом. С трудом подняв голову, чтобы посмотреть на девушку, Илья увидел в её глазах странное сочетание благодарности и ужаса.
— Господи, у тебя всё лицо в крови! — тихо промолвила она и осторожно провела ладонью по его щеке и губам.
— Да… нос разбит… — Илье было трудно говорить. Пол будто уходил из-под него, и он ощущал, что проваливается в бездонную тьму. Его сознание, точно утопающий за брёвнышко, держалось лишь за мысль, что Вероника здесь, рядом с ним, и ей ещё может понадобиться его помощь. — Ты… ты в порядке?
— В порядке… только бок… — Вероника сквозь зубы застонала. Сейчас, когда видимая опасность исчезла, боль всё сильнее и сильнее давала о себе знать.
Илья бережно взял запачканную его кровью ладонь Вероники в свою левую руку. Правой он не мог толком и пошевелить: вся кисть распухла и жутко болела. Вероника накрыла его ладонь второй рукой и прижала к своей груди. Илья чувствовал, как быстро бьётся её сердце. Где-то там, за стальной дверью хрипел Иван. Постепенно его хрип становился всё более членораздельным. Он вплотную подполз к двери и извергал ругательства на все лады от бессильной злобы. Дверь имела неплохую, хотя и не абсолютную звукоизоляцию, поэтому голос Ивана звучал негромко.
И тут пол дрогнул, а до ушей Ильи долетел звук удара. И Илья, и Вероника, и Иван затаили дыхание. Спустя несколько секунд удар повторился. Иван взвизгнул, а Илья переглянулся с Вероникой. Сомнений не возникало: до встречи с тем, что преследовало их всю ночь, оставались считанные минуты, а у Ивана и того меньше. Бежать больше было некуда.
Страница 14 из 25
