Итак, приглашение внутрь «Третьего Тоннеля Времени: 1879 год» состоялась. Время идет вспять и это из 1997 года.
Добавить в моё избранное
78 мин, 29 сек 2981
на другом месте вокруг кладбища.
ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. И я за это, папенька.
Капризно и требовательно.
ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Хочу всех видеть рядом с матерью моей… усопшей юродивой Лизаветой в почетном месте на городском кладбище.
Федор Павлович наливает новую стопку водки. Встает.
ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Быть по-вашему. Нет здесь спора. Крутые вы у меня парни. Бесы вы да и только… мои Карамазовы. Хлопот не оберешься. Все кладбище перерыть хотите для женщин своих. Не будет им покоя в земле.
Решительно уходит за сцену. Нетерпеливо возвращается к столу. Снова наливает стопку и начинает расхаживать с ней вокруг стола, где сидят сыновья. По дороге декламирует по-английски «быть или не быть».
ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Согласны ли вы, господа Карамазовы, отложить до понедельника… погребальные дела? Вижу, что эти два дня перебьетесь и перетерпите. Пока… парни. Вот, дают… детки. Кости всех матерей решили перетрясти… положить их бочок к бочку… Вздумали — задумали! А?
Хохочет и забирает весь штоф с водкой. Входит Григорий Васильевич Кутузов. Вносит корзину с разными винами, шампанским. В изобилие фрукты и тропические плоды.
ГРИГОРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ КУТУЗОВ. Вот и хорошо. Не будет больше крика и скандалов. Все детки будут вместе. Все матки будут вместе. Да и тебе бес, Пашка… лучше всех будет от того!
ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. А это-ть… почему, Кутузыч лысый черт?
Показывает «рога» над своей головой.
ГРИГОРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ КУТУЗОВ. Не помнишь, бес, чье ты отечество носишь? Хоть я и твой приемный отец, но отечество у тебя не мое. Не Григорьевич ты, а Федорович. Я крестил тебя и дал отчество хозяина дома без его согласия, без указа. Он дал записать тебя на свое имя… Федорович. И стал ты прозываться, как его отец… Федора Павловича Карамазова. Он тоже был: Павел Федорович. Ну, а имя… Карамазов? Он такого не дал мне записать в церковные книги и стало быть ты… Смердяков. Или по ихнему: господский сын, господин Павел Федорович Смердяков. Ведь свадьбы не было… Эх! Не мог же я дать тебе… фамилию «Карамазов». Внебрачный ты сын… Павел Федорович. Видать, теперь вот то и мать, твоя мать… примет всех других к себе. Ведь лежит девка Лизавета в самом центре кладбища, а у нее вблизи… подхоронят и Сарру и Аделаиду. Вот судьба, так судьба… Все будут вокруг нее! Верь, незаконный муж юродивой и ее полюбовник, Федор Павлович Карамазов, для деток… слово свое сдержит. Только если слово-то у него… вырвать удастся кому! Вам я вижу сегодня удалось. Что для него тысчонка, когда богаче его вокруг нет! Денег он не пожалеет… Он Карамазов. Он — отец для деток своих. Дай-то Бог… покой в семье установится после… всего. Бог, Бог помоги нам… Разве не чудно? Лизавета — святая, жена приблудная — незаконная, вокруг себя собрала… жен его законных. Карамазовых жен?! Разве же не Божий это промысел? Карамазов всегда Карамазов. Порода такая… Крутая и спесивая.
ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ, ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ, АЛЕКСЕЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ, ИВАН ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ. Да, ну тебя… старик. Начал тут мистику разводить.
Братья встают, обнимают друг друга за плечи. Гаснет свет свечей.
Действие первое
Картина шестая
Лица
ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ.
ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ.
ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ.
АЛЕКСЕЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ.
ГРИГОРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ КУТУЗОВ.
ИВАН ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ.
Ослепительно яркий свет. Мирно поют птицы. Раввин стоит и читает молитву. Поп стоит и читает молитву. Никто из священнослужителей не слушает друг друга. Карамазовы стоят спиной к залу. Все во фраках с тросточками, кроме А. Ф. Карамазова Цилиндры на голове, а не в руках.
Декорации:
1879. Кладбище. Выше всех выдается сверхпомпезный памятник юродивой Лизаветы. Две могилы с крестом. Одна со звездочкой Давида.
ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ, ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ, ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ, АЛЕКСЕЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ, ИВАН ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ.
Никто не говорит. Стоят строго вряд.
ГРИГОРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ КУТУЗОВ. Слава богу! Ух ты. Свершилось мое провидение. Все Карамазовы жены и детей его матери лежат в один ряд!
Вбегает запыхавшийся. Поспешно снимает с себя кепку. Никто не поворачивается. Все стоят строго вряд. Никто не говорит.
Обнимает Кутузова только А. Ф. Карамазов.
АЛЕКСЕЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ. Спасибо старик. Люблю тебя… Григорий Васильевич.
Действие втрое
Картина первая
Лица
ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ
ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ
АЛЕКСЕЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ
ГРИГОРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ КУТУЗОВ
ИВАН ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ
СТАРЕЦ ЗОСИМА
МАРФА ИГНАТЬЕВНА КУТУЗОВА
Декорации:
1879. Келья в монастыре. Постель. Кресло.
ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. И я за это, папенька.
Капризно и требовательно.
ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Хочу всех видеть рядом с матерью моей… усопшей юродивой Лизаветой в почетном месте на городском кладбище.
Федор Павлович наливает новую стопку водки. Встает.
ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Быть по-вашему. Нет здесь спора. Крутые вы у меня парни. Бесы вы да и только… мои Карамазовы. Хлопот не оберешься. Все кладбище перерыть хотите для женщин своих. Не будет им покоя в земле.
Решительно уходит за сцену. Нетерпеливо возвращается к столу. Снова наливает стопку и начинает расхаживать с ней вокруг стола, где сидят сыновья. По дороге декламирует по-английски «быть или не быть».
ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Согласны ли вы, господа Карамазовы, отложить до понедельника… погребальные дела? Вижу, что эти два дня перебьетесь и перетерпите. Пока… парни. Вот, дают… детки. Кости всех матерей решили перетрясти… положить их бочок к бочку… Вздумали — задумали! А?
Хохочет и забирает весь штоф с водкой. Входит Григорий Васильевич Кутузов. Вносит корзину с разными винами, шампанским. В изобилие фрукты и тропические плоды.
ГРИГОРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ КУТУЗОВ. Вот и хорошо. Не будет больше крика и скандалов. Все детки будут вместе. Все матки будут вместе. Да и тебе бес, Пашка… лучше всех будет от того!
ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. А это-ть… почему, Кутузыч лысый черт?
Показывает «рога» над своей головой.
ГРИГОРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ КУТУЗОВ. Не помнишь, бес, чье ты отечество носишь? Хоть я и твой приемный отец, но отечество у тебя не мое. Не Григорьевич ты, а Федорович. Я крестил тебя и дал отчество хозяина дома без его согласия, без указа. Он дал записать тебя на свое имя… Федорович. И стал ты прозываться, как его отец… Федора Павловича Карамазова. Он тоже был: Павел Федорович. Ну, а имя… Карамазов? Он такого не дал мне записать в церковные книги и стало быть ты… Смердяков. Или по ихнему: господский сын, господин Павел Федорович Смердяков. Ведь свадьбы не было… Эх! Не мог же я дать тебе… фамилию «Карамазов». Внебрачный ты сын… Павел Федорович. Видать, теперь вот то и мать, твоя мать… примет всех других к себе. Ведь лежит девка Лизавета в самом центре кладбища, а у нее вблизи… подхоронят и Сарру и Аделаиду. Вот судьба, так судьба… Все будут вокруг нее! Верь, незаконный муж юродивой и ее полюбовник, Федор Павлович Карамазов, для деток… слово свое сдержит. Только если слово-то у него… вырвать удастся кому! Вам я вижу сегодня удалось. Что для него тысчонка, когда богаче его вокруг нет! Денег он не пожалеет… Он Карамазов. Он — отец для деток своих. Дай-то Бог… покой в семье установится после… всего. Бог, Бог помоги нам… Разве не чудно? Лизавета — святая, жена приблудная — незаконная, вокруг себя собрала… жен его законных. Карамазовых жен?! Разве же не Божий это промысел? Карамазов всегда Карамазов. Порода такая… Крутая и спесивая.
ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ, ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ, АЛЕКСЕЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ, ИВАН ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ. Да, ну тебя… старик. Начал тут мистику разводить.
Братья встают, обнимают друг друга за плечи. Гаснет свет свечей.
Действие первое
Картина шестая
Лица
ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ.
ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ.
ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ.
АЛЕКСЕЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ.
ГРИГОРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ КУТУЗОВ.
ИВАН ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ.
Ослепительно яркий свет. Мирно поют птицы. Раввин стоит и читает молитву. Поп стоит и читает молитву. Никто из священнослужителей не слушает друг друга. Карамазовы стоят спиной к залу. Все во фраках с тросточками, кроме А. Ф. Карамазова Цилиндры на голове, а не в руках.
Декорации:
1879. Кладбище. Выше всех выдается сверхпомпезный памятник юродивой Лизаветы. Две могилы с крестом. Одна со звездочкой Давида.
ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ, ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ, ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ, АЛЕКСЕЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ, ИВАН ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ.
Никто не говорит. Стоят строго вряд.
ГРИГОРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ КУТУЗОВ. Слава богу! Ух ты. Свершилось мое провидение. Все Карамазовы жены и детей его матери лежат в один ряд!
Вбегает запыхавшийся. Поспешно снимает с себя кепку. Никто не поворачивается. Все стоят строго вряд. Никто не говорит.
Обнимает Кутузова только А. Ф. Карамазов.
АЛЕКСЕЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ. Спасибо старик. Люблю тебя… Григорий Васильевич.
Действие втрое
Картина первая
Лица
ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ
ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ
АЛЕКСЕЙ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ
ГРИГОРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ КУТУЗОВ
ИВАН ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ
СТАРЕЦ ЗОСИМА
МАРФА ИГНАТЬЕВНА КУТУЗОВА
Декорации:
1879. Келья в монастыре. Постель. Кресло.
Страница 5 из 23
