Это случилось в июле этого года. Жара стояла невыносимая, и только вечером был какой-то отдых, когда на город и его окрестности обрушивалась гроза. Я всегда любил ночные грозы и частенько в детстве садился на наш маленький балкончик глядеть, как в темном небе полыхают ветвистые молнии. Но на этот раз я не смог позволить себе любоваться видами.
Добавить в моё избранное
80 мин, 17 сек 12462
Появившаяся темная фигура, хромающая на правую ногу, слабо виднелась на фоне темных деревьев, но все же была узнаваема. Блейз в одной руке нес топор, что выронил Уолтер, а другой сжимал бедро больной ноги и плелся в их сторону. Уолтер вскинул револьвер, но тут же его рука была перехвачена: Маргарет необычайно крепко сжала его запястье и увела в сторону дуло.
— Тебя могут услышать, — прошептала она еле слышно.
Уолтер разжал пальцы на рукояти револьвера, и оружие с глухим стуком упало на землю. Он поднялся на ноги и, согнувшись вполовину, направился прямо на Блейза, который еще не видел ни Уолтера, ни ограды. Маргарет подняла оружие с земли и хотела, было, отправиться за Уолтером, но быстро сообразила, что своим вмешательством сделает ему еще хуже. Блейз достиг того самого места, где Тони впервые перелез через прутья, и чуть было не напоролся на один из них, но, заметив Уолтера, он резко остановился. Решив, что это его шанс, Блейз двинулся вперед с тем, чтобы прикончить хозяина цирка его же оружием, но один из прутьев все-таки вонзился, пусть и неглубоко, в кровоточащую рану, и Блейз с диким воем свалился на траву, выронив как последний идиот оружие. Уолтер, увидев, что оппонент беззащитен, бросился к топору. Он успел схватить рукоятку, но рычащий Блейз уже поднялся на колени и кое-как увернулся от удара. Лезвие пролетело в нескольких миллиметрах от его носа, с характерным звуком рассекая воздух. Блейз попытался схватить Уолтера за ноги и повалить его, но тот ударил его подошвой ботинка в лицо.
Треск ломающейся кости прозвучал неестественно громко, Блейз опрокинулся на спину с криками, из носа и нижней губы потекла кровь. Губа была разорвана, от натяжения, что создавалось напряженными мышцами, кожа, казалось, рвалась еще больше, а красные струйки поблескивали в полумраке. Уолтер занес топор над головой и что было сил ударил. Но Блейз сильнее всех жаждал остаться в живых, он с поразительной ловкостью увернулся от острого лезвия, врезавшегося с характерным звуком в почву, перекатившись в сторону. Уолтера трясло от ярости, которая прибавляла ему сил, он с рычанием выдернул топор, но сделать шага не успел, как был подбит Блейзом, все еще распростершимся на траве, под голень, и упал кровоточащим лицом на землю. Спекулянт поднялся на ноги, сильным ударом ноги перевернул Уолтера к себе лицом и коленом уперся ему в грудь, перемещая весь свой вес на него. Он выхватил у стонущего Уолтера топор и нанес удар.
Казалось, все было кончено. Но, очевидно, ощущение скорой смерти прибавляет сил, и каких огромных! Уолтер перехватил руки Блейза, когда лезвие едва коснулось кончика его окровавленного носа, и, приложив немало усилий, отвел топор от своего лица. Уолтер нанес ему удар в ребра и скинул его с себя. Раздавшийся в отдалении выстрел заставил Уолтера потерять на мгновение бдительность. Он обратил взор в сторону покошенного особняка и увидел темные фигуры людей, которые носились от одного края дома до другого. Выстрелы звучали все чаще, и среди них Уолтер отчетливо услышал голос Фишера, которого застали врасплох таким появлением. Рев Блейза заставил Уолтера вернуться к реальности. Тот уже успел подняться на ноги, хоть и двигался он крайне неважно: его будто перекосило в сторону, раненная нога еле слушалась своего хозяина. Он махал топором, наступая на Уолтера, и тот не мог к нему подступиться, ибо рисковал попасть под лезвие. На очередной удар Уолтер вновь поймал топор за обух, но лезвие легонько прошлось по его груди, разорвав ткань свитера и поцарапав кожу. Он резко потянул на себя рукоять и ударил Блейза ногой в живот. Тот согнулся пополам и едва не упал, но все-таки сумел удержать равновесие. Едва он разогнулся, как широкое лезвие топора с силой полоснуло его по горлу. Топор почти наполовину разрубил его шею, из глубокой раны хлестала кровь, поливая траву и пропитывая землю вокруг. Хрипя, Блейз схватился пальцами за ворот рубашки и рухнул лицом на политую собственной кровью траву.
Пальба не прекращалась, Уолтер явственно слышал окрики его товарищей, но уже не видел ни их фигур, ни Маргарет. Все они исчезли за домом. Уолтер ногой повернул к себе мертвенно-бледное лицо Блейза, измазанное в крови, и скривился. С яростью пнув голову покойника, так что недорубленные кости шеи затрещали, Уолтер поплелся в сторону особняка, чуть не напоровшись на ограду. У него был лишь топор, которым теперь бесполезно было защищаться, но он крепко держал его пальцами у лезвия, и рукоять, наполовину испачканная кровью, постоянно выскальзывала из них. Пригнувшись, он шел вдоль ограды и дико озирался вокруг, пытаясь уловить малейшее движение. Ворота были преодолены, и лишь с этой позиции он увидел светящуюся в полумраке призрачным белым цветом рубашку Марко. Он, было, кинулся в сторону крыльца, чтобы соединиться с ним, но боковым зрением уловил непонятное движение в траве и остановился.
На земле кто-то лежал, было слышно, как этот кто-то задыхался.
— Тебя могут услышать, — прошептала она еле слышно.
Уолтер разжал пальцы на рукояти револьвера, и оружие с глухим стуком упало на землю. Он поднялся на ноги и, согнувшись вполовину, направился прямо на Блейза, который еще не видел ни Уолтера, ни ограды. Маргарет подняла оружие с земли и хотела, было, отправиться за Уолтером, но быстро сообразила, что своим вмешательством сделает ему еще хуже. Блейз достиг того самого места, где Тони впервые перелез через прутья, и чуть было не напоролся на один из них, но, заметив Уолтера, он резко остановился. Решив, что это его шанс, Блейз двинулся вперед с тем, чтобы прикончить хозяина цирка его же оружием, но один из прутьев все-таки вонзился, пусть и неглубоко, в кровоточащую рану, и Блейз с диким воем свалился на траву, выронив как последний идиот оружие. Уолтер, увидев, что оппонент беззащитен, бросился к топору. Он успел схватить рукоятку, но рычащий Блейз уже поднялся на колени и кое-как увернулся от удара. Лезвие пролетело в нескольких миллиметрах от его носа, с характерным звуком рассекая воздух. Блейз попытался схватить Уолтера за ноги и повалить его, но тот ударил его подошвой ботинка в лицо.
Треск ломающейся кости прозвучал неестественно громко, Блейз опрокинулся на спину с криками, из носа и нижней губы потекла кровь. Губа была разорвана, от натяжения, что создавалось напряженными мышцами, кожа, казалось, рвалась еще больше, а красные струйки поблескивали в полумраке. Уолтер занес топор над головой и что было сил ударил. Но Блейз сильнее всех жаждал остаться в живых, он с поразительной ловкостью увернулся от острого лезвия, врезавшегося с характерным звуком в почву, перекатившись в сторону. Уолтера трясло от ярости, которая прибавляла ему сил, он с рычанием выдернул топор, но сделать шага не успел, как был подбит Блейзом, все еще распростершимся на траве, под голень, и упал кровоточащим лицом на землю. Спекулянт поднялся на ноги, сильным ударом ноги перевернул Уолтера к себе лицом и коленом уперся ему в грудь, перемещая весь свой вес на него. Он выхватил у стонущего Уолтера топор и нанес удар.
Казалось, все было кончено. Но, очевидно, ощущение скорой смерти прибавляет сил, и каких огромных! Уолтер перехватил руки Блейза, когда лезвие едва коснулось кончика его окровавленного носа, и, приложив немало усилий, отвел топор от своего лица. Уолтер нанес ему удар в ребра и скинул его с себя. Раздавшийся в отдалении выстрел заставил Уолтера потерять на мгновение бдительность. Он обратил взор в сторону покошенного особняка и увидел темные фигуры людей, которые носились от одного края дома до другого. Выстрелы звучали все чаще, и среди них Уолтер отчетливо услышал голос Фишера, которого застали врасплох таким появлением. Рев Блейза заставил Уолтера вернуться к реальности. Тот уже успел подняться на ноги, хоть и двигался он крайне неважно: его будто перекосило в сторону, раненная нога еле слушалась своего хозяина. Он махал топором, наступая на Уолтера, и тот не мог к нему подступиться, ибо рисковал попасть под лезвие. На очередной удар Уолтер вновь поймал топор за обух, но лезвие легонько прошлось по его груди, разорвав ткань свитера и поцарапав кожу. Он резко потянул на себя рукоять и ударил Блейза ногой в живот. Тот согнулся пополам и едва не упал, но все-таки сумел удержать равновесие. Едва он разогнулся, как широкое лезвие топора с силой полоснуло его по горлу. Топор почти наполовину разрубил его шею, из глубокой раны хлестала кровь, поливая траву и пропитывая землю вокруг. Хрипя, Блейз схватился пальцами за ворот рубашки и рухнул лицом на политую собственной кровью траву.
Пальба не прекращалась, Уолтер явственно слышал окрики его товарищей, но уже не видел ни их фигур, ни Маргарет. Все они исчезли за домом. Уолтер ногой повернул к себе мертвенно-бледное лицо Блейза, измазанное в крови, и скривился. С яростью пнув голову покойника, так что недорубленные кости шеи затрещали, Уолтер поплелся в сторону особняка, чуть не напоровшись на ограду. У него был лишь топор, которым теперь бесполезно было защищаться, но он крепко держал его пальцами у лезвия, и рукоять, наполовину испачканная кровью, постоянно выскальзывала из них. Пригнувшись, он шел вдоль ограды и дико озирался вокруг, пытаясь уловить малейшее движение. Ворота были преодолены, и лишь с этой позиции он увидел светящуюся в полумраке призрачным белым цветом рубашку Марко. Он, было, кинулся в сторону крыльца, чтобы соединиться с ним, но боковым зрением уловил непонятное движение в траве и остановился.
На земле кто-то лежал, было слышно, как этот кто-то задыхался.
Страница 18 из 22
