В среду утром я проснулся в прекрасном настроении. Да и было отчего — шел всего третий день летних каникул…
Добавить в моё избранное
79 мин, 43 сек 17274
Конечно, мне было жалко их. Но я знал, что десятки спасенных человеческих жизней стоят такой жертвы.
А вечером состоялся крупный разговор с родителями. Вернее, говорили они, а я молчал. Они нарисовали яркую и ужасную картину тех вещей, которые я натворил за последние сутки. К счастью, о большей части моих похождений они даже не догадывались. Когда заседание домашнего суда подошло к концу, слово наконец предоставили обвиняемому.
— Ну, Рома? Может, ты все же объяснишь, что все это значит?
Весь этот вечер я сидел, опустив голову. Теперь я поднял ее и посмотрел на родителей. Два самых близких мне человека сидели и ждали моего ответа. А я… Как я мог рассказать им обо всем, не показавшись при этом сумасшедшим? Я встал.
— Ма, па… Я не могу рассказать вам о том, что случилось вчера. Но поверьте, у меня была причина поступать именно так. Наверное, со временем я расскажу вам все. Но сейчас я только могу поклясться, что вам никогда не придется краснеть из-за меня, из-за того, что я вчера сделал. Вы на моем месте сделали бы то же самое. Больше мне нечего сказать.
Я снова сел и опустил голову. Стояла тишина. А когда я снова посмотрел на них — я только тогда понял, какие у меня замечательные родители! Они поверили мне!
— Хорошо, — просто сказала мама. — Расскажешь, когда захочешь.
И она ушла на кухню готовить ужин. Папа некоторое время постоял рядом со мной, затем легонько похлопал меня по плечу и ушел вслед за ней.
Вот и все. Я старался как можно реже вспоминать об этой истории. И через месяц мне стало казаться, что все это было лишь в дурном сне.
Лето подходило к концу. Я гонял во дворе с мальчишками, гулял по вечерам с Ленкой. Двадцать шестого августа мне стукнуло четырнадцать. Папа с мамой поздравили меня утром, сразу после завтрака. Папа стоял с заговорщицким видом, а мама что-то прятала за спиной.
— С днем рождения, Ромашка! — она поцеловала меня в щеку. — Мы с отцом долго думали, что же тебе подарить, пока не заметили, что ты где-то потерял свои часы. Вот, держи! Посмотри, какая прелесть!
Она торжественно вручила мне коробочку с надписью «Moment». Я раскрыл ее, и у меня потемнело в глазах. На алой подушечке лежали часы. Их корпус был сделан в виде морской звезды. По темно-синему циферблату скользили рыбки, проплывали крохотные субмарины. Стрелки представляли собой веточки коралла, деления по периметру вспыхивали жемчугом.
— Штучная работа, — услышал я сквозь стоящий в ушах звон. — Не нуждаются в заводе. Заряжаются сами, когда ты их носишь…
А вечером состоялся крупный разговор с родителями. Вернее, говорили они, а я молчал. Они нарисовали яркую и ужасную картину тех вещей, которые я натворил за последние сутки. К счастью, о большей части моих похождений они даже не догадывались. Когда заседание домашнего суда подошло к концу, слово наконец предоставили обвиняемому.
— Ну, Рома? Может, ты все же объяснишь, что все это значит?
Весь этот вечер я сидел, опустив голову. Теперь я поднял ее и посмотрел на родителей. Два самых близких мне человека сидели и ждали моего ответа. А я… Как я мог рассказать им обо всем, не показавшись при этом сумасшедшим? Я встал.
— Ма, па… Я не могу рассказать вам о том, что случилось вчера. Но поверьте, у меня была причина поступать именно так. Наверное, со временем я расскажу вам все. Но сейчас я только могу поклясться, что вам никогда не придется краснеть из-за меня, из-за того, что я вчера сделал. Вы на моем месте сделали бы то же самое. Больше мне нечего сказать.
Я снова сел и опустил голову. Стояла тишина. А когда я снова посмотрел на них — я только тогда понял, какие у меня замечательные родители! Они поверили мне!
— Хорошо, — просто сказала мама. — Расскажешь, когда захочешь.
И она ушла на кухню готовить ужин. Папа некоторое время постоял рядом со мной, затем легонько похлопал меня по плечу и ушел вслед за ней.
Вот и все. Я старался как можно реже вспоминать об этой истории. И через месяц мне стало казаться, что все это было лишь в дурном сне.
Лето подходило к концу. Я гонял во дворе с мальчишками, гулял по вечерам с Ленкой. Двадцать шестого августа мне стукнуло четырнадцать. Папа с мамой поздравили меня утром, сразу после завтрака. Папа стоял с заговорщицким видом, а мама что-то прятала за спиной.
— С днем рождения, Ромашка! — она поцеловала меня в щеку. — Мы с отцом долго думали, что же тебе подарить, пока не заметили, что ты где-то потерял свои часы. Вот, держи! Посмотри, какая прелесть!
Она торжественно вручила мне коробочку с надписью «Moment». Я раскрыл ее, и у меня потемнело в глазах. На алой подушечке лежали часы. Их корпус был сделан в виде морской звезды. По темно-синему циферблату скользили рыбки, проплывали крохотные субмарины. Стрелки представляли собой веточки коралла, деления по периметру вспыхивали жемчугом.
— Штучная работа, — услышал я сквозь стоящий в ушах звон. — Не нуждаются в заводе. Заряжаются сами, когда ты их носишь…
Страница 22 из 22
