Пустыня

На чужом антиквариате. Впрочем, назвать их банальными грабителями было невозможно, хотя бы потому, что их вроде бы и не существовало вовсе, да и действия их юридически были не так, чтобы совсем однозначны. Всякий раз, когда в очередной недоразвитой стране происходила очередная «революция», а такое в наше неспокойное время происходило постоянно, эта или другие, подобные группки, имевшие и серьезное государственное прикрытие и неплохую силовую защиту и опытных ученых быстро и умело забирали у свалившегося государства то, что было поценнее. Конкретно эта группа, пылившая на двух десятках грузовиков по песку, специализировалась по музеям. Местные и чухнуться не успевали, а уже наиболее ценные экспонаты с экспозиций и хранилищ убывали в неизвестном направлении.

Остатки выгребали местные мародеры, на них и вешали всех собак. Силовое прикрытие — взвод наемников, формально уволенных из «Блекуотер», но сохранивших там все связи в этот момент ломало себе головы — куда собственно, они едут. В том направлении, куда они мчались, как на пожар, точно совершенно не было ни одного самого завалящего музея, только пустыня. После того, как в Египте пошла заваруха все ценное было уже «эвакуировано». Тем не менее, их перебросили весьма срочно и с неприятным оттенком повышенной секретности. Несколько консультантов — научников, знатоков восточного искусства и истории молчали как рыбы. Работяги же, составлявшие добрую половину отряда, и вообще старались носа не совать, куда не надо, деньги идут большие, можно и не интересоваться, что да как они грузят и возят.

Хотя любопытство и грызло служивых, но им приходилось сдерживать его. Все отлично знали — с теми, кто лезет не в свое дело, обычно очень быстро происходят разные неприятные ситуации. Слишком большие деньги. И слишком солидные люди в этом во всем участвуют. Да и государства, откуда родом были наемники, не очень бы обрадовались бы, всплыви хоть какая-то информация о том, что при торжестве демократии в очередной дикой стране, отнюдь не случайно обносятся в первую голову музеи с наиболее ценными коллекциями. Впрочем, для основной массы дебилов, являвшихся гражданами стран с развитой демократией, вполне годились самые идиотские объяснения, на манер того, что вот местные грабители внезапно сумели вломиться в брошенный разбежавшейся охраной музей и вынести оттуда на руках более 60 тонн всякого особо древнего. Увы, армия демократии подоспела слишком поздно и, хотя и задержала троих мародеров — местных, что характерно, но успели вернуть в музей стул одной из смотрительниц, пишущую машинку из бухгалтерии и телевизор из фойе. А вот все остальное, увы, похищено злыми местными воришками. В том числе и пара саркофагов каждый весом по 10 тонн.

Алгоритм действий уже был отработан давно — когда стало ясно, что официальные армии значительно уступают в удобстве применения частным. Стоило американским морпехам пристрелить какую-нибудь местную обезьяну — начинался самум вони в СМИ. Да чего там обезьяну, местные мартышки все-таки разговаривать умеют и даже себя считают людьми — вот когда глупый морпех всего-навсего щенка в овраг забросил — у, какой ураган негодования поднялся. Ну и кому это надо? Потому после десятков весьма неприятных инцидентов с такими скандалами официально армию больше не посылали в эти обезьяньи страны. Туда незаметно для публики входили частные армии, наемники.

Они умели помалкивать, у них не было пресс-офицеров и присутствие журналистов и репортеров было вовсе необязательно. Слишком любопытные попадали в неприятные инциденты или просто пропадали. Руки же у наемников были развязаны. И никто ничего не вякал. Мало ли что бывает на войне. Не выноси сор из избы и все будет в порядке. Тем более, что местные те еще штукари, творят такое, что нормальному человеку и в голову не придет и сами же истребляют друг друга сотнями. Потому достаточно с кем надо договориться, кому надо заплатить, кого надо — пристрелить, пользуя технику цивилизованного сообщества — а у частных армий был удобный вход в военные арсеналы и пользоваться беспилотниками и прочими чудесами ребята умели, — и все спокойно и благодушно. В стране идет гражданская война, макаки режут друг друга, но спокойно работают нефтяные прииски, никто не трогает нефтепроводы и прочие нужные заведения, о которых печется серьезная публика. А резня… Резня только на пользу, раз макаки не понимают, что пока они метелят друг друга по причинам, которые нормальному человеку в принципе непонятны, и вызывают ассоциации разве что с войной за то, с какого конца разбивать вареное яйцо за завтраком, их ресурсами пользуются другие — то пусть и дальше не понимают. Дураков не жалко. Меньше макак — чище воздух. И никаких скандалов.

Сами наемники не любили, когда им задавали вопросы. Спрашивающий вполне мог потом встать с пола только для того, чтобы собрать свои зубы. Как ни верти, а прежние «дикие гуси» были совсем иными. Те наемники, в общем, были не слишком идейными, в отличие от современных.