Пустыня

А что смешного? Ну не знаю, какой бы из меня вышел римский солдат, им там копье надо было кидать вроде, а как гренадер я вполне годился бы. Ну, кроме того, что шапка из медведя и всякие шнурки и пуговицы другие — пожал плечами пулеметчик. Он действительно в группе лучше всех — и дальше и точнее — кидал ручные гранаты.

— Тьфу! Да ты сам прикинь — банковские работники по выходным переодеваются в вояк старых времен и изображают, как эти древние вояки р а б о т а л и! Так?

— Да. И что?

— А теперь представь, что мы, вояки — профи, в выходные переодеваемся в банковских работников прошлых времен и изображаем как они работали, а?

Секунду сказанное осмыслялось, потом дружный хохот грянул из трех луженых глоток.

— Машину опрокинете — возопил, крутя рулем водитель, ухмыляясь при этом самой широкой своей улыбкой.

— Ну, ты отмочил! — сказал, всхлипывая и вытирая выступившие слезы, седой. Остальные двое показали, что им тоже понравилась шутка.

— А что, вот разбогатею, организую клуб исторической справедливости и пусть нас тоже по «Дискавери» показывают — гордо сказал водитель.

— Первый буду смотреть — одобрил его действия конопатый.

— Заметано. Док, так что там было в это дурацком европейском местечке? — вернул разговор на прежние рельсы водитель.

— Драка была. Там остров пиратское гнездо — ну как у нас Тортуга, только назывался Готланд, а пиратов там было не меньше. Датский король пришел брать под свою руку. Местные попытались помешать. Сами местные тоже друг с другом не ладили. То есть та еще каша.

— Средневековье — авторитетно вставил умное словечко седой.

— Точно так, сэр! Была добротная мясорубка, потом трупы в трех ямах схоронили — всего за тысячу набралось, хорошо порубились. А дальше это нашли…

— Английские ученые? — пошутил тонко конопатый.

— Совершенно верно. И аккуратно все это раскапывали пятнадцать лет. И все-все точненько описали — и какие были доспехи, и сколько было каких шлемов и кольчуг, и какие были причины смерти. Я ж говорю — в то время изобилия не было, трупы после боя раздевали вчистую, даже белье снимали, у кого оно было, потому что тогда Китай так не заваливал мир всяким хламом. Ткали все подолгу, дорого все было. А тут — как убили, так и похоронили. С кошельками даже. Сами подумайте, оно такое возможно?

— Так там жалкие медяки были — уверенно заявил легкомысленный автоматчик.

— А ты нагнешься только за миллионом баксов? — хмыкнул седой.

— Ты это о чем?

— Я о том, что с тех макак ты сам все колечки поснимал. И даже зубки дернул. Хотя не велика прибыль. Золотишко у них низкой кондиции, всем известно.

— Монетка монетку притягивает — не смутился автоматчик.

— Ты не учитываешь такой момент, что люди тогда жили гораздо беднее и масштаб цен был иной… — тоном школьного учителя начал доктор.

— И долларов тогда еще не было — блеснул фарфоровыми зубами пулеметчик.

— Именно! Например, в одном из кошельков было столько серебра, что хватило бы на приличное стадо коров!

— И что? — удивился легкомысленный автоматчик.

— Ну, коровы были тогда мерилом богатства — сказал лекарь.

— Европейские реднеки — усмехнулся горожанин.

— Закройся. Корова дельная пару тысяч зеленых стоит. Приличное стадо — это голов тридцать, самое меньшее. Вот и считай — поднять за один раз 60 тонн — это много или мало? — обрезал хохотуна умудренный жизнью пулеметчик.

— Миллион баксов — все-таки более красивая цифра — пожал плечами горожанин, который хоть и сел в лужу, но вид старался сохранить гордый и несломленный.

— Дерьмо коровье! Есть гораздо более привлекательные цифры, чем миллион — уверенно возразил водитель.

— Это какие? — не понял подкола автоматчик.

— Например, два с половиной миллиона баксов. Или семь миллионов сто тридцать две тысячи долларов. Или девять миллиардов гринов. Так согласен? — повернулся с усмешкой водитель.

Остальные посмеялись, поддержав шутку и признав, что такие цифры — да, лучше, хотя миллион баксов — сакральная цифра, отпечатанная в подсознании всех жителей золотого миллиарда.

— В общем, раз не сняли кошельки и сапоги — ясно, что чего-то опасались — согласился за всех седой.

— Банальная чума или холера — пожал плечами автоматчик.

— Самый умный! — ткнул в него палец седой.

— Отчасти он прав, какая-то злая хворь там была. Принято считать, что это была чума, дескать, потому все боялись разжиться вещичками — нехотя признал медик.

— Вот видишь — удовлетворенно заметил горожанин — автоматчик.

Док раздраженно плюнул себе под ноги.

— То, что вам по роду службы положено иметь чугунные мозги…

— Надежно защищенные медными лбами — подхватил водитель.

— Принято.