Машина неслась по дороге, разрывая воздух шумом двигателя. Колеса бешено вращались, поедая новые и новые километры асфальтового покрытия…
Добавить в моё избранное
73 мин, 27 сек 16377
Сразу вспоминается путь, виляющий в горах, дорога, покрытая мелкими камнями, упавшими с вышины. Где-то наверху широкая выступающая площадка, настолько крепкая и проверенная, что позволяет расположить на ней небольшое кафе и гостиницы, добираясь до нее, с одного бока у вас отвесная гора с другой пропасть. Похожая ситуация на повороте, только минимизирована, как бы уменьшенная копия, но лишь на этом опасном участке дороги. Перед ним показываются из земли столбы с жестяными дорожными знаками об ограничении скорости.
Перед глазами не вовремя появился призрачный образ Вадима. Он был как настоящий, с головой, без ран. Зрение резко ухудшилось, все внимание заняла фигура из прошлого. Сердце застучало в такт с мотором, давление сосудах заметно увеличилось, вена на виске стала походить на прижатый детский мизинец.
Сергей полностью повинуясь внутренним чувствам окунулся в те времена когда, посещал могилу друга. Голова в тумане, где проскальзывали мысли о казусе перед матерью погибшего друга, под ногами педаль газа, ладони вспотели и руль стал менее подчиняющимся, такое возникло ощущения, что он самостоятельно не слушался и норовил провернуться против воли водителя. Мрак поглощал до предела. Все смыто, боль душевная наполнила от макушки до пят, веки прикрылись от изнеможения, солнце в зените своего дневного пребывания заглядывало прямо в лобовое стекло, оно казалось, вот-вот потечет от нагрева лучами.
Кладбище. Ветер метет, с порывами способными перевернуть коляску с ребенком. Кресты гнулись и трещали, фото срывало, венки уносило метров на десять от места, где их уложили, птицы вольные кружатся в такой ставшей для них плотной воздушной среде. Листва вырывается из ветвей и ураганами пытается поймать кого-нибудь. Очень скоро ветер перерастет в буйствующий свирепый ураган. Сергей, держась одной рукой за оградку, другой рукой берется за ветки прутьев оставшиеся от облысевшего венка. Все тело качает, загораживая пожилую мать друга, принял на себя весть толчок невидимой силы природы. Одну часть тела словно окунули в холодную воду, принялись колоть иголками и втыкать под кожу сосульки. В глаза вихрь швырнул пучок сырости из трав с прилипшими кусками гнили. Мерзость, как противно стало. Отпустив столбик оградки, смахнул ладошкой с лица траву, новый импульс от ветра. Одна рука крепко впилась в остатки венка, вторая попыталась нащупать в пустоте опору. Всем своим весом тело колыхнулось от напора и принялось безвольно падать. Надгробный камень накренился, его основание треснуло, Сергей уже понял что наделал, разжал пальцы, но было поздно. Камень вышиной в метр начал медленно сползать с нижней части, перетирая камешки гранита в пыль. Гулкий звук — удар о землю. Подпрыгнули куски сырой земли. Сам упавший Сергей, посмотрел на лежащий рядом с ним камень. Оградка могилы была просторной, большой в неё можно было входить, что он Сергей со старушкой и сделали. А если представить что ограда была бы намного меньше, ну только опоясывающей могилу, то упавший камень мог снести еще и одну решетчатую стену, и упал бы с этой решеткой на Сергея.
Спешить вставать Сергей с холодной земли не хотел. Что тут произошло: совпадении или это предзнаменование? Верхушка надгробного камня была сделана в форме четырехгранной пирамиды, на которую водрузили крест. Нос к носу с крестом, Сергей чувствовал, как старушка оседает на землю. Вскочил, на ходу разворачиваясь и выкидывая под старушку руки помощи. Успел подхватить. На её губах с множеством глубоких черточек, застыли слова. «За чем так со мной Боже?»
— За чем так со мной Боже? — шептал Сергей. Скорость больше ста километров, до поворота на право, под почти прямым углом, осталось несчастный десять метров.
Руки дернулись на руле, веки широко открылись, перед глазами маячил поворот, за ним метра три вниз. Мысли не успели сгруппироваться. Сергей забыл, что гонит на безумной скорости ради выигрыша в пари, что на пятый склад нужно для подсчета продукции походившей на брак. Сознание упивалось воспоминаниями, жалостью к себе тому на кладбище. Надо же так на могиле друга сдвинуть надгробный камень. Позор внутри сам разъедал пару месяцев, не давая покою во сне и наяву. Везде мерещились разные картины в мрачном стиле готики, где всё начинало рушиться и с треском тянуться к земле. Он мог завести тетрадь, для подсчета упавших крестов в его видениях.
Машина рвалась летать. Полетом стала её мысль. Старый директор, мертвый владелец, не одобрил бы такие вольности, не свойственные ни ему не автомобилю когда он был за рулем. Даже идея насчет переделки замка зажигания, возникла из ссоры с женой, когда она с криками и высоко поднятыми в руках блюдцами. Каждое не правильное сказанное слово ее мужем, казалось ей пренебрежительным и она на нервах, кидалась в мужа столовой посудой. Грозная сора, переросла в высказывание друг другу почему они ненавидят время когда они вместе. Дело дошло до того, что они согласись выполнить требования друг друга.
Перед глазами не вовремя появился призрачный образ Вадима. Он был как настоящий, с головой, без ран. Зрение резко ухудшилось, все внимание заняла фигура из прошлого. Сердце застучало в такт с мотором, давление сосудах заметно увеличилось, вена на виске стала походить на прижатый детский мизинец.
Сергей полностью повинуясь внутренним чувствам окунулся в те времена когда, посещал могилу друга. Голова в тумане, где проскальзывали мысли о казусе перед матерью погибшего друга, под ногами педаль газа, ладони вспотели и руль стал менее подчиняющимся, такое возникло ощущения, что он самостоятельно не слушался и норовил провернуться против воли водителя. Мрак поглощал до предела. Все смыто, боль душевная наполнила от макушки до пят, веки прикрылись от изнеможения, солнце в зените своего дневного пребывания заглядывало прямо в лобовое стекло, оно казалось, вот-вот потечет от нагрева лучами.
Кладбище. Ветер метет, с порывами способными перевернуть коляску с ребенком. Кресты гнулись и трещали, фото срывало, венки уносило метров на десять от места, где их уложили, птицы вольные кружатся в такой ставшей для них плотной воздушной среде. Листва вырывается из ветвей и ураганами пытается поймать кого-нибудь. Очень скоро ветер перерастет в буйствующий свирепый ураган. Сергей, держась одной рукой за оградку, другой рукой берется за ветки прутьев оставшиеся от облысевшего венка. Все тело качает, загораживая пожилую мать друга, принял на себя весть толчок невидимой силы природы. Одну часть тела словно окунули в холодную воду, принялись колоть иголками и втыкать под кожу сосульки. В глаза вихрь швырнул пучок сырости из трав с прилипшими кусками гнили. Мерзость, как противно стало. Отпустив столбик оградки, смахнул ладошкой с лица траву, новый импульс от ветра. Одна рука крепко впилась в остатки венка, вторая попыталась нащупать в пустоте опору. Всем своим весом тело колыхнулось от напора и принялось безвольно падать. Надгробный камень накренился, его основание треснуло, Сергей уже понял что наделал, разжал пальцы, но было поздно. Камень вышиной в метр начал медленно сползать с нижней части, перетирая камешки гранита в пыль. Гулкий звук — удар о землю. Подпрыгнули куски сырой земли. Сам упавший Сергей, посмотрел на лежащий рядом с ним камень. Оградка могилы была просторной, большой в неё можно было входить, что он Сергей со старушкой и сделали. А если представить что ограда была бы намного меньше, ну только опоясывающей могилу, то упавший камень мог снести еще и одну решетчатую стену, и упал бы с этой решеткой на Сергея.
Спешить вставать Сергей с холодной земли не хотел. Что тут произошло: совпадении или это предзнаменование? Верхушка надгробного камня была сделана в форме четырехгранной пирамиды, на которую водрузили крест. Нос к носу с крестом, Сергей чувствовал, как старушка оседает на землю. Вскочил, на ходу разворачиваясь и выкидывая под старушку руки помощи. Успел подхватить. На её губах с множеством глубоких черточек, застыли слова. «За чем так со мной Боже?»
— За чем так со мной Боже? — шептал Сергей. Скорость больше ста километров, до поворота на право, под почти прямым углом, осталось несчастный десять метров.
Руки дернулись на руле, веки широко открылись, перед глазами маячил поворот, за ним метра три вниз. Мысли не успели сгруппироваться. Сергей забыл, что гонит на безумной скорости ради выигрыша в пари, что на пятый склад нужно для подсчета продукции походившей на брак. Сознание упивалось воспоминаниями, жалостью к себе тому на кладбище. Надо же так на могиле друга сдвинуть надгробный камень. Позор внутри сам разъедал пару месяцев, не давая покою во сне и наяву. Везде мерещились разные картины в мрачном стиле готики, где всё начинало рушиться и с треском тянуться к земле. Он мог завести тетрадь, для подсчета упавших крестов в его видениях.
Машина рвалась летать. Полетом стала её мысль. Старый директор, мертвый владелец, не одобрил бы такие вольности, не свойственные ни ему не автомобилю когда он был за рулем. Даже идея насчет переделки замка зажигания, возникла из ссоры с женой, когда она с криками и высоко поднятыми в руках блюдцами. Каждое не правильное сказанное слово ее мужем, казалось ей пренебрежительным и она на нервах, кидалась в мужа столовой посудой. Грозная сора, переросла в высказывание друг другу почему они ненавидят время когда они вместе. Дело дошло до того, что они согласись выполнить требования друг друга.
Страница 6 из 20
