Народ возвращался с кладбища.
Добавить в моё избранное
77 мин, 39 сек 19746
Вот она — эта дверь. Двухстворчатая, железная, покрытая той же ржавчиной, что и трубы. Но страшна была не она, а те звуки, которые он вновь ясно услышал. Хруст. Жуткий хруст, от которого накатывала дурнота. Ни криков, ни стонов — только этот хруст. Хруст разгрызаемых кем-то костей. Из-под двери медленно вытекало что-то тёмное, густое…
С трудом, но ему удалось оторвать ноги от пола, осторожно перешагнуть этот ручей. Теперь Алексей шёл быстро, забыв всякую осторожность. Под конец он перешёл на бег.
Коридор закончился площадкой, от которой наверх шли металлические ступени. Он не знал — что там наверху. Память молчала. На площадке даже было довольно большое окно, правда, все грязное и плохо пропускающее свет.
Не глядя наверх, Алексей взялся руками за перила и шагнул на первую ступеньку. Потом на вторую, упорно глядя себе под ноги.
И, вдруг, что-то почувствовал. Подняв голову, застыл на месте.
То, что он увидел на верхней площадке, повергло его даже не в ужас. Он просто оцепенел, на какое-то время перестав существовать.
Никогда, никакое воображение не могло бы создать существо более омерзительное и кошмарное, чем то, какое он увидел. Коренастое, приземистое, покрытое клочьями бурой шерсти, оно, тем не менее, строением напоминало человеческую фигуру. Пугали не столько выдающиеся вперёд челюсти с острыми, жёлтыми зубами, сколько полный ненависти и злобы взгляд, идущий из близко посаженных, глубоких глазниц. Ждать пощады, молить о ней, надеяться на спасение — всё было бессмысленно. Можно было только бежать. Но куда? Путь был только один — обратно по коридору. Но Алексей уже явственно слышал, как где-то там, далеко, взвизгнула дверь, и вслед за этим звуком, раздался другой, не менее страшный — звук тяжёлых, приближающихся шагов…
Оставалось только одно — кричать. Кричать так, чтобы уничтожить себя в этом крике. И он закричал…
Алексей проснулся. Но, даже проснувшись, не смог сдержать возгласа — полукрика, полустона. Долго не мог понять, где находится. Оглядывал глазами комнату, постепенно вспоминал знакомые вещи, но перед глазами по-прежнему стояло это ужасное видение, удерживая его на грани между сном и явью.
Наконец, ему удалось прийти в себя. Но этот приход не был ознаменован радостью. Напротив. На него навалилась тоска, пережитый страх никуда не делся, только теперь он был связан с ожиданием новых сновидений.
Алексей сидел на кровати, обхватив руками голову, и тщетно пытался найти хоть какое-то объяснение этому сну. Он был там второй раз. Первый раз это кошмарное сновидение закончилось рядом с той дверью. Тогда ему удалось вырваться из сна. Теперь он прошёл дальше… Если в следующий раз он вновь окажется там, то… Он содрогнулся. Но не бодрствовать же теперь постоянно?
«Но, почему? Почему?»
Первый раз это место ему снилось, где-то, неделю назад. Тогда он отнесся к сну, как к просто обыкновенному кошмару. Но, несмотря на это, ощущение какой-то тяжести в душе не покидало его долго. Потом всё прошло. Сон забылся. И вот теперь… Это уже не совпадение. Что-то другое. Но, что? Ведь, находясь там, он сразу вспомнил, что будет. Например, ту дверь. Этому не было объяснения.
Он встал, нехотя потащился в душ, долго стоял под струёй, почти холодной, воды. День только начался, а его мысли были направлены на его завершение, и ничего поделать он с этим не мог.
Выйдя из душа, пошёл на кухню, сделал кофе. Окно было открыто, на улице было жарко. В сентябрь вернулось лето. Надолго ли? Уже к вечеру обещали дождь. А впереди два выходных. Алексей приплюсовал к ним сегодняшний день. Всю неделю работал на износ, задерживаясь допоздна. Хотелось выспаться. Выспался… Лучше бы отправился на работу — хоть как-то отвлёкся от этих мыслей. А вечером…
Только сейчас он вспомнил, что вечером договорился встретиться со Станиславом. Ещё на неделе они решили где-нибудь посидеть.
Вспомнив о встрече, Алексей усмехнулся. Судьба! Именно сейчас эта встреча будет, как нельзя более, кстати. Стас — врач-психотерапевт. Когда они были моложе, и Стас только начинал работать по специальности, то за столом не раз развлекал друзей забавными историями из практики. Но теперь друг стал куда серьёзнее. Он вспомнил, как тот ненавязчиво помог ему разобраться с его личной проблемой после развода с женой. Он сам ушёл от неё, понимание между ними полностью исчезло, жизнь превратилась в затянувшийся конфликт, но, оставшись один, он начал сомневаться — правильно ли поступил? К тому же и мать советовала вернуться. И, всё-таки, он в душе был согласен со Стасом. Ничего хорошего бы не получилось. Со временем они всё дальше отдалялись друг от друга, а попросту, становились самими собой, какими были до встречи.
Сейчас бы сесть за руль, просто прокатиться, чтобы выветрить из головы всё ненужное, но машина пока в ремонте.
С трудом, но ему удалось оторвать ноги от пола, осторожно перешагнуть этот ручей. Теперь Алексей шёл быстро, забыв всякую осторожность. Под конец он перешёл на бег.
Коридор закончился площадкой, от которой наверх шли металлические ступени. Он не знал — что там наверху. Память молчала. На площадке даже было довольно большое окно, правда, все грязное и плохо пропускающее свет.
Не глядя наверх, Алексей взялся руками за перила и шагнул на первую ступеньку. Потом на вторую, упорно глядя себе под ноги.
И, вдруг, что-то почувствовал. Подняв голову, застыл на месте.
То, что он увидел на верхней площадке, повергло его даже не в ужас. Он просто оцепенел, на какое-то время перестав существовать.
Никогда, никакое воображение не могло бы создать существо более омерзительное и кошмарное, чем то, какое он увидел. Коренастое, приземистое, покрытое клочьями бурой шерсти, оно, тем не менее, строением напоминало человеческую фигуру. Пугали не столько выдающиеся вперёд челюсти с острыми, жёлтыми зубами, сколько полный ненависти и злобы взгляд, идущий из близко посаженных, глубоких глазниц. Ждать пощады, молить о ней, надеяться на спасение — всё было бессмысленно. Можно было только бежать. Но куда? Путь был только один — обратно по коридору. Но Алексей уже явственно слышал, как где-то там, далеко, взвизгнула дверь, и вслед за этим звуком, раздался другой, не менее страшный — звук тяжёлых, приближающихся шагов…
Оставалось только одно — кричать. Кричать так, чтобы уничтожить себя в этом крике. И он закричал…
Алексей проснулся. Но, даже проснувшись, не смог сдержать возгласа — полукрика, полустона. Долго не мог понять, где находится. Оглядывал глазами комнату, постепенно вспоминал знакомые вещи, но перед глазами по-прежнему стояло это ужасное видение, удерживая его на грани между сном и явью.
Наконец, ему удалось прийти в себя. Но этот приход не был ознаменован радостью. Напротив. На него навалилась тоска, пережитый страх никуда не делся, только теперь он был связан с ожиданием новых сновидений.
Алексей сидел на кровати, обхватив руками голову, и тщетно пытался найти хоть какое-то объяснение этому сну. Он был там второй раз. Первый раз это кошмарное сновидение закончилось рядом с той дверью. Тогда ему удалось вырваться из сна. Теперь он прошёл дальше… Если в следующий раз он вновь окажется там, то… Он содрогнулся. Но не бодрствовать же теперь постоянно?
«Но, почему? Почему?»
Первый раз это место ему снилось, где-то, неделю назад. Тогда он отнесся к сну, как к просто обыкновенному кошмару. Но, несмотря на это, ощущение какой-то тяжести в душе не покидало его долго. Потом всё прошло. Сон забылся. И вот теперь… Это уже не совпадение. Что-то другое. Но, что? Ведь, находясь там, он сразу вспомнил, что будет. Например, ту дверь. Этому не было объяснения.
Он встал, нехотя потащился в душ, долго стоял под струёй, почти холодной, воды. День только начался, а его мысли были направлены на его завершение, и ничего поделать он с этим не мог.
Выйдя из душа, пошёл на кухню, сделал кофе. Окно было открыто, на улице было жарко. В сентябрь вернулось лето. Надолго ли? Уже к вечеру обещали дождь. А впереди два выходных. Алексей приплюсовал к ним сегодняшний день. Всю неделю работал на износ, задерживаясь допоздна. Хотелось выспаться. Выспался… Лучше бы отправился на работу — хоть как-то отвлёкся от этих мыслей. А вечером…
Только сейчас он вспомнил, что вечером договорился встретиться со Станиславом. Ещё на неделе они решили где-нибудь посидеть.
Вспомнив о встрече, Алексей усмехнулся. Судьба! Именно сейчас эта встреча будет, как нельзя более, кстати. Стас — врач-психотерапевт. Когда они были моложе, и Стас только начинал работать по специальности, то за столом не раз развлекал друзей забавными историями из практики. Но теперь друг стал куда серьёзнее. Он вспомнил, как тот ненавязчиво помог ему разобраться с его личной проблемой после развода с женой. Он сам ушёл от неё, понимание между ними полностью исчезло, жизнь превратилась в затянувшийся конфликт, но, оставшись один, он начал сомневаться — правильно ли поступил? К тому же и мать советовала вернуться. И, всё-таки, он в душе был согласен со Стасом. Ничего хорошего бы не получилось. Со временем они всё дальше отдалялись друг от друга, а попросту, становились самими собой, какими были до встречи.
Сейчас бы сесть за руль, просто прокатиться, чтобы выветрить из головы всё ненужное, но машина пока в ремонте.
Страница 11 из 21
