Виктор ещё раз прошёлся по комнате, оглядывая стены, когда его Ксанка, наконец, не выдержала...
Добавить в моё избранное
63 мин, 47 сек 13815
От самого плеча до кисти рук шли длинные, извилистые порезы, с которых продолжала сочиться кровь, медленно стекающая на диван. В неровном свете свечи, которую держала в рука девушка можно было разглядеть краснеющую плоть, просто вывороченную кое-где наружу. Страшное зрелище чуть не заставило его уже на самом деле потерять сознание. Он сглотнул сухой комок в глотке, пытаясь что-то сказать Ксане.
Та присела рядом, проведя кончиками пальцев по его ладони.
— Извини, что я на тебя наорала. Сейчас я тебе чем-нибудь это перевяжу, выпьешь несколько таблеток обезболивающего и валим отсюда. Надеюсь, на улице мобильники заработают. Переночуем у Пашки или Севы…
Виктор перестал ошалело смотреть на свои раны, с усилием переведя взгляд на ее лицо.
— А зачем? Давай сразу позвоним хозяину… В полицию… В скорую…
Ксана состроила страдальческое лицо, и, наклонившись к уху Вити, прошептала:
— И что скажут менты о произошедшем? О трупе Серого, например? Или как мы объясним это скорой? Не говоря уж о том, что Боренька нас предупреждал. Ты думаешь, что он не в курсе?
Виктор зло фыркнул, отстранившись. Ну что за глупости! Хотя… Он читал как-то в интернете о том, как могут отреагировать на неясное дело. Действительно, наверное, лучше без скорой и полиции обойтись. Пока что. Но как он в таком виде, посреди ночи, побежит к Севке с Ксаной? Лучше уж сразу к родителям тогда! «Мама, папа, нас призраки избили!». Бред же!
— Ты не хочешь уходить, так? — Тусклым голосом спросила Ксана, поднимаясь на ноги, вложив ему в руку свечку.
Тот только неопределенно мотнул головой.
— Ладно, я тебя перевяжу, надеюсь, времени хватит… А потом… посмотрим.
Виктор кое-как поднялся на ноги, чувствуя навалившееся головокружение. Боль пульсировала в руке, терзая ее, как будто ржавая пила медленно скребла по его конечности. Собственно, судя по всему, это уже и произошло. Маньяк, запертый в комнате… как скоро он выйдет наружу? Или даже демон, как считает Ксана, но во что верить ему совсем не хотелось, потому что это отдает полным сумасшествием и репертуаром кабельного телевидения.
Уныло посмотрев на мобильник, который он держал левой рукой, Виктор в очередной раз убедился в том, что сеть таки не ловит. Надо действительно выйти из квартиры, может даже на улицу. И позвонить… раз не в полицию и скорую — значит, Борису Михайловичу. Припугнуть его как-то. Пусть расскажет что за дела тут творятся.
Сглотнув горькую слюну со слабым привкусом металла, он убрал телефон в карман, окликнув Ксану, торчавшей где-то в коридоре и караулившей дверь, чтобы оттуда не вырвалось… вырвался… маньяк.
— Ксан, я готов. Ну что, спустимся во двор?
— Да, иди сюда. Только не споткнись и не свались по дороге. — Раздался громкий шепот оттуда.
— Помогла бы… Это вполне я могу сейчас упасть. В такой темноте ни черта не видно!
— Я караулю… Глаза не соврут. — Меланхолично выдала та, и после короткой паузы добавила. — Не поминай его лишний раз, один уже тут и так есть, за дверкой.
Виктор тихонько фыркнул, но промолчал, признавая, что в такой ситуации она может быть даже права, как ни прискорбно. Поправив повязку из бинтов на руке, уже пропитавшуюся кровью, он наощупь, выставив перед собой здоровую ладонь, пошел в коридор, часто смаргивая пот, заструившийся по лбу.
Добравшись до коридора, он увидел смутный силуэт своей девушки, и ускорил шаг, приблизившись к ней. Молча коснувшись ладонью ее плеча, он почувствовал как она напряжена. Впрочем, это было неудивительно. Ксана повернулась к нему, пытаясь рассмотреть его лицо в темноте:
— Ты тоже видел глаза этой твари? Они видят нас насквозь… Как в тех снах. И сплошное страдание… — Ее голос был тих и задумчив. — Может быть, это брат Бориса Михайлыча? И он мстит за то, что Серый потревожил его покой? Если бы как-то с ним договориться, задобрить…
— Ксан, давай ты не будешь об этом думать. Нам бы сейчас живыми отсюда выйти. — Покладисто заметил Виктор, морщась от жуткой боли в руке.
— Да, ты прав. Идем. Ключи взял? — Ее тон мгновенно приобрел обычный деловой оттенок.
— Взял, в кармане. Как и мобила. Ты свою взяла?
Ксана лишь мотнула головой и медленно отступила к входной двери.
— Открывай.
Виктор загремел во тьме ключами, пытаясь нащупать замок. И почему они не оплатили стационарный телефон? Вот же ж — «в наше время он не нужен, все пользуются мобильниками, а платить за коммуналку ощутимо меньше» — он сам говорил! И, казалось, был прав. Кто мог предвидеть такое?
Когда дверь, наконец, поддалась — он все же смог додуматься подсветить фонариком на телефоне замочную скважину, Виктор быстро вышел в подъезд, чувствуя себя гораздо лучше от того, что он оказался относительно далеко от проклятой комнаты. Тем более, под потолком лестничной клетки, рядом с лифтом, одиноко висела слабая лампочка, которая хоть и несильно, но разгоняла темноту.
Та присела рядом, проведя кончиками пальцев по его ладони.
— Извини, что я на тебя наорала. Сейчас я тебе чем-нибудь это перевяжу, выпьешь несколько таблеток обезболивающего и валим отсюда. Надеюсь, на улице мобильники заработают. Переночуем у Пашки или Севы…
Виктор перестал ошалело смотреть на свои раны, с усилием переведя взгляд на ее лицо.
— А зачем? Давай сразу позвоним хозяину… В полицию… В скорую…
Ксана состроила страдальческое лицо, и, наклонившись к уху Вити, прошептала:
— И что скажут менты о произошедшем? О трупе Серого, например? Или как мы объясним это скорой? Не говоря уж о том, что Боренька нас предупреждал. Ты думаешь, что он не в курсе?
Виктор зло фыркнул, отстранившись. Ну что за глупости! Хотя… Он читал как-то в интернете о том, как могут отреагировать на неясное дело. Действительно, наверное, лучше без скорой и полиции обойтись. Пока что. Но как он в таком виде, посреди ночи, побежит к Севке с Ксаной? Лучше уж сразу к родителям тогда! «Мама, папа, нас призраки избили!». Бред же!
— Ты не хочешь уходить, так? — Тусклым голосом спросила Ксана, поднимаясь на ноги, вложив ему в руку свечку.
Тот только неопределенно мотнул головой.
— Ладно, я тебя перевяжу, надеюсь, времени хватит… А потом… посмотрим.
Виктор кое-как поднялся на ноги, чувствуя навалившееся головокружение. Боль пульсировала в руке, терзая ее, как будто ржавая пила медленно скребла по его конечности. Собственно, судя по всему, это уже и произошло. Маньяк, запертый в комнате… как скоро он выйдет наружу? Или даже демон, как считает Ксана, но во что верить ему совсем не хотелось, потому что это отдает полным сумасшествием и репертуаром кабельного телевидения.
Уныло посмотрев на мобильник, который он держал левой рукой, Виктор в очередной раз убедился в том, что сеть таки не ловит. Надо действительно выйти из квартиры, может даже на улицу. И позвонить… раз не в полицию и скорую — значит, Борису Михайловичу. Припугнуть его как-то. Пусть расскажет что за дела тут творятся.
Сглотнув горькую слюну со слабым привкусом металла, он убрал телефон в карман, окликнув Ксану, торчавшей где-то в коридоре и караулившей дверь, чтобы оттуда не вырвалось… вырвался… маньяк.
— Ксан, я готов. Ну что, спустимся во двор?
— Да, иди сюда. Только не споткнись и не свались по дороге. — Раздался громкий шепот оттуда.
— Помогла бы… Это вполне я могу сейчас упасть. В такой темноте ни черта не видно!
— Я караулю… Глаза не соврут. — Меланхолично выдала та, и после короткой паузы добавила. — Не поминай его лишний раз, один уже тут и так есть, за дверкой.
Виктор тихонько фыркнул, но промолчал, признавая, что в такой ситуации она может быть даже права, как ни прискорбно. Поправив повязку из бинтов на руке, уже пропитавшуюся кровью, он наощупь, выставив перед собой здоровую ладонь, пошел в коридор, часто смаргивая пот, заструившийся по лбу.
Добравшись до коридора, он увидел смутный силуэт своей девушки, и ускорил шаг, приблизившись к ней. Молча коснувшись ладонью ее плеча, он почувствовал как она напряжена. Впрочем, это было неудивительно. Ксана повернулась к нему, пытаясь рассмотреть его лицо в темноте:
— Ты тоже видел глаза этой твари? Они видят нас насквозь… Как в тех снах. И сплошное страдание… — Ее голос был тих и задумчив. — Может быть, это брат Бориса Михайлыча? И он мстит за то, что Серый потревожил его покой? Если бы как-то с ним договориться, задобрить…
— Ксан, давай ты не будешь об этом думать. Нам бы сейчас живыми отсюда выйти. — Покладисто заметил Виктор, морщась от жуткой боли в руке.
— Да, ты прав. Идем. Ключи взял? — Ее тон мгновенно приобрел обычный деловой оттенок.
— Взял, в кармане. Как и мобила. Ты свою взяла?
Ксана лишь мотнула головой и медленно отступила к входной двери.
— Открывай.
Виктор загремел во тьме ключами, пытаясь нащупать замок. И почему они не оплатили стационарный телефон? Вот же ж — «в наше время он не нужен, все пользуются мобильниками, а платить за коммуналку ощутимо меньше» — он сам говорил! И, казалось, был прав. Кто мог предвидеть такое?
Когда дверь, наконец, поддалась — он все же смог додуматься подсветить фонариком на телефоне замочную скважину, Виктор быстро вышел в подъезд, чувствуя себя гораздо лучше от того, что он оказался относительно далеко от проклятой комнаты. Тем более, под потолком лестничной клетки, рядом с лифтом, одиноко висела слабая лампочка, которая хоть и несильно, но разгоняла темноту.
Страница 11 из 18
