Сны реальности. Lectori benevolo salutem. Хамелеон. Неизвестность…
Добавить в моё избранное
53 мин, 23 сек 18425
— «Поздравляю! Для тебя это редкая гостья.» — недослушав прервал Шурика Алексей. — Не зуди, Леха! В общем, собирайся в темпе, народ ждет.«— будто не заметив его замечания продолжал Саня. — Ну-у, как бы тебе сказать, чтобы не обидеть… Я занят!» — «Да ты что, пошли-пошли!» Поняв, что спорить бесполезно Алексей без разговоров ушел в другую комнату и появился с литровой бутылкой.
— «Держи, здесь Aqua Vitae — спирт. Я не пойду — как-нибудь в следующий раз» — бескомпромиссно заявил он и начал выпроваживать компанию. Они еще немного поупирались, но Алексей все-же победил.
Компания с веселым гомоном, цепляясь рюкзаками за все, что ни попадя, отступила.
— «Ну как хочешь, как хочешь. Ладно пока.» — на прощанье, уже из подьезда крикнул Шурик.
Алексей закрыл дверь, ругая себя за то, что не сделал работу раньше. Шурик и компания оставили после себя кавардак. Суворов поднял и отряхнул затоптанные гостями тапочки. Повесил на место покосившуюся вешалку и пошел на кухню — успокоить нервы. Чайник уже остыл, но греть его он не стал, достал хлеб и распечатал упаковку сосисок. Последующий эксперимент с ним самим в роли corpus vile — подопытного животного показал, что он переоценил свои знания в области географии. Картона в «Астраханских» оказалось не меньше, чем в«Таежных». Спустя полчаса вялого жевания вторсырья, немного успокоившись Алексей отправился работать. И вскоре с досадой осознал, что вся нужная литература осталась или на работе или у Кости в ЦУПе. Сначала он позвонил на работу, но книг там не нашли. Следующим на очереди был ЦУП. На звонок почему-то долго никто не отвечал. Алексей немного подумал и позвонил на вахту.
Видеоизображения не было.
Могу я узнать почему в ЦУПе никто не отвечает?
Не знаю. Нету никого. — ответил вахтер и отключился.
День был окончательно испорчен. Дописывать не представлялось никакой возможности. Для похода в Сеть было еще рано, поэтому Алексей решил поспать.
… Солнечные лучи косо ложились на монитор. В полной тишине раздавалось только редкое шуршание сенсорной клавиатуры: Джеферсон уже третий час играл в «Тетрис» и, похоже, был близок к рекордному результату, но в самый ответственный момент в его мысли ворвался настойчивый писк дежурной системы. Закончив тур и посмотрев на результат, он удовлетворенно вздохнул и откинулся в кресле. Мысли медленно ворочались в голове: — «А не перекусить ли мне?». После плотного ленча он вернулся на рабочее место и запустил новую партию «Тетриса». Однако настойчивый писк следящей системы выводил его из себя. «Опять какие-нибудь 0,65 %» — решил Джеферсон и с наслаждением выключил звук. Но спустя некоторое время он все же решил для очистки совести проверить сигнал. Взглянув на данные Джеферсон лишился дара речи и некоторое время просто не мигая смотрел на монитор — в графе вероятность мигало значение 96,99998%. Этого оказалось слишком для Джеферсона (несмотря на университет и аспирантуру за плечами он оставался просто обыкновенным, среднестатистическим обывателем и перестал верить в Санта-Клауса в пятнадцать лет) — сердце не выдержало, голова безвольно опустилась на грудь, рука в последний раз конвульсивно дернулась, опрокинув кружку на клавиатуру. Кофе тонкими струйками потекло на пол. Образовавшаяся лужица, медленно расползаясь подобралась к отверстию розетки и чуть помедлив, словно живое существо проникла внутрь — электрический разряд потряс уже остывающее тело. Свет на всем этаже погас.
До конца дня в Центре только и судачили о безвременной кончине во всех отношениях замечательного сотрудника. Впрочем на следующий день уже мало кто помнил об этом. Сенсационная информация взорвала рутинную жизнь Центра — пришли данные о сигнале, скорее всего «разумного» происхождения. Как это ни парадоксально сигнал исходил откуда-то из-под поверхности Луны. Расшифровка прошла в кратчайшие стоки, весь смысл послания сводился к просьбе о помощи.
Через два часа доклад об открытии уже лежал на столе у президента. Все материалы сразу были засекречены, сотрудники исследовательского центра изолированы. Практически сразу был разработан план спасательной операции, причем военные аналитики пришли к неожиданным выводам: «спасательная операция, учитывая нынешний уровень научно-технического развития, может быть проведена только при использовании ядерного оружия. Поэтому если она будет инициирована США, то это очень сильно укрепит могущество страны. Данная операция может послужить (при должной пропагандистской подготовке) именно тем отправным пунктом с которого начнется ПОЛНОЕ ядерное разоружение. По расчетам наших ученых данная операция может быть проведена с использованием ВСЕГО имеющегося в мире ядерного оружия»…
Спустя еще два дня решение было принято — открытие было предано огласке. Было созвано чрезвычайно заседание ООН, где практически единогласно было принято решение о проведение переговоров по вопросов спасательной операции.
— «Держи, здесь Aqua Vitae — спирт. Я не пойду — как-нибудь в следующий раз» — бескомпромиссно заявил он и начал выпроваживать компанию. Они еще немного поупирались, но Алексей все-же победил.
Компания с веселым гомоном, цепляясь рюкзаками за все, что ни попадя, отступила.
— «Ну как хочешь, как хочешь. Ладно пока.» — на прощанье, уже из подьезда крикнул Шурик.
Алексей закрыл дверь, ругая себя за то, что не сделал работу раньше. Шурик и компания оставили после себя кавардак. Суворов поднял и отряхнул затоптанные гостями тапочки. Повесил на место покосившуюся вешалку и пошел на кухню — успокоить нервы. Чайник уже остыл, но греть его он не стал, достал хлеб и распечатал упаковку сосисок. Последующий эксперимент с ним самим в роли corpus vile — подопытного животного показал, что он переоценил свои знания в области географии. Картона в «Астраханских» оказалось не меньше, чем в«Таежных». Спустя полчаса вялого жевания вторсырья, немного успокоившись Алексей отправился работать. И вскоре с досадой осознал, что вся нужная литература осталась или на работе или у Кости в ЦУПе. Сначала он позвонил на работу, но книг там не нашли. Следующим на очереди был ЦУП. На звонок почему-то долго никто не отвечал. Алексей немного подумал и позвонил на вахту.
Видеоизображения не было.
Могу я узнать почему в ЦУПе никто не отвечает?
Не знаю. Нету никого. — ответил вахтер и отключился.
День был окончательно испорчен. Дописывать не представлялось никакой возможности. Для похода в Сеть было еще рано, поэтому Алексей решил поспать.
… Солнечные лучи косо ложились на монитор. В полной тишине раздавалось только редкое шуршание сенсорной клавиатуры: Джеферсон уже третий час играл в «Тетрис» и, похоже, был близок к рекордному результату, но в самый ответственный момент в его мысли ворвался настойчивый писк дежурной системы. Закончив тур и посмотрев на результат, он удовлетворенно вздохнул и откинулся в кресле. Мысли медленно ворочались в голове: — «А не перекусить ли мне?». После плотного ленча он вернулся на рабочее место и запустил новую партию «Тетриса». Однако настойчивый писк следящей системы выводил его из себя. «Опять какие-нибудь 0,65 %» — решил Джеферсон и с наслаждением выключил звук. Но спустя некоторое время он все же решил для очистки совести проверить сигнал. Взглянув на данные Джеферсон лишился дара речи и некоторое время просто не мигая смотрел на монитор — в графе вероятность мигало значение 96,99998%. Этого оказалось слишком для Джеферсона (несмотря на университет и аспирантуру за плечами он оставался просто обыкновенным, среднестатистическим обывателем и перестал верить в Санта-Клауса в пятнадцать лет) — сердце не выдержало, голова безвольно опустилась на грудь, рука в последний раз конвульсивно дернулась, опрокинув кружку на клавиатуру. Кофе тонкими струйками потекло на пол. Образовавшаяся лужица, медленно расползаясь подобралась к отверстию розетки и чуть помедлив, словно живое существо проникла внутрь — электрический разряд потряс уже остывающее тело. Свет на всем этаже погас.
До конца дня в Центре только и судачили о безвременной кончине во всех отношениях замечательного сотрудника. Впрочем на следующий день уже мало кто помнил об этом. Сенсационная информация взорвала рутинную жизнь Центра — пришли данные о сигнале, скорее всего «разумного» происхождения. Как это ни парадоксально сигнал исходил откуда-то из-под поверхности Луны. Расшифровка прошла в кратчайшие стоки, весь смысл послания сводился к просьбе о помощи.
Через два часа доклад об открытии уже лежал на столе у президента. Все материалы сразу были засекречены, сотрудники исследовательского центра изолированы. Практически сразу был разработан план спасательной операции, причем военные аналитики пришли к неожиданным выводам: «спасательная операция, учитывая нынешний уровень научно-технического развития, может быть проведена только при использовании ядерного оружия. Поэтому если она будет инициирована США, то это очень сильно укрепит могущество страны. Данная операция может послужить (при должной пропагандистской подготовке) именно тем отправным пунктом с которого начнется ПОЛНОЕ ядерное разоружение. По расчетам наших ученых данная операция может быть проведена с использованием ВСЕГО имеющегося в мире ядерного оружия»…
Спустя еще два дня решение было принято — открытие было предано огласке. Было созвано чрезвычайно заседание ООН, где практически единогласно было принято решение о проведение переговоров по вопросов спасательной операции.
Страница 12 из 16
