«А кто они — оборотни?» — Знаешь, почему сейчас таким ярким и ослепительным светом сияет полная луна? Да потому что сейчас полнолуние! — ответила Майя с таким гонором, мол,«да какой же дебил не знает всего этого»…
Добавить в моё избранное
56 мин, 38 сек 17577
То есть, получается, одной головы ему было мало.
Все пытались успевать отскакивать в стороны, так, чтобы эта дымящаяся тварь каждого из них не схватила. Поэтому тварь начала биться о мебель, то есть, всё крушить; все предметы, которые находятся вокруг. Поскольку голову отбросить «оно» не может, как собака, схватившаяся за кость, над которой поднимался пар, то именно это препятствие мешает«монстру» двигаться так же проворно, как в самом начале; сразу, как только«оно» вбежало. Монстр, к примеру, подпрыгивает и летит, чтоб с налёту на кого-либо наброситься. Тот, на кого«оно» летит, моментально отскакивает в сторону, заставляя данное человекообразное чудовище врезаться в ту мебель, в строну которой оно летит, подчиняясь чисто физическому закону инерции. Не мистическому или какому-то«не существующему», как рисунки слабоумными монстров, а такому, каков он есть.
После того, как этот оборотень, так никого и не поймав, но довольно наигравшись с молодёжью в догонялки, покинул помещение, то хозяин дома упал на колени, схватился за голову и что-то про себя бормотал непонятное. Так, словно настоящим ОБОРМОТНЕМ был именно он, а не тот, кто давеча почтил своим вниманием его дом. Потом он вдруг резко подскочил и заорал не своим голосом. Мол, надо же перенести такое? Понятно ведь, что вирус такого рода каннибализма не передаётся «через интернет»; то есть, при виртуальном контакте, а не при реальном и вполне себе физическом.
После того ужасного события, в доме, куда Лунь пригласил свою девушку на вечеринку, власти начали рассылать по всему городу листовки с предостережением.
Майя сидела в это время дома и читала книгу, которую Лунь ей подарил. Причём, у неё была такая привычка — отвлекаться во время чтения на разные эмоции, что приходят в голову. Тем более, что книга ерундовая: во вступлении написана примерно такая же чушь, которую только слабоумные придумать и в состоянии (она им покажется вершиной гениальности). «Здесь есть настоящая тайна уничтожения оборотней». Как будто, если бы автор данной писанины обозвал её ненастоящей, то ему меньше бы поверили.
На самом деле Майя пыталась размышлять о том, что произошло на вечеринке. Ведь она хотела, чтоб с той девушкою что-то случилось — и оно случилось. Выходит, она в этом виновата. Может, если бы она не думала о каком-то человеке плохо, то этот оборотень ни на кого бы не сумел напасть, потому что все отскакивали и не давались в лапы чудовищу… Майя при этом не учитывала то обстоятельство, что в лапах у твари была человеческая голова и, если бы головы не было, то ничто не мешало бы монстру двигаться более проворно.
У неё просто, в глазах, всё время стояло это жуткое зрелище: как тварь хватает её подругу сначала за горло, а потом — за «загривок»…
— А, я поняла! — чуть ли не воскликнула Майя (просто сказать всё это вслух ей было недостаточно — обязательно нужно было во весь голос; так, словно в данный момент кто-то её слышит; конечно, не родители, потому что они решат, что дочка вопит так по телефону). — Просто, среди всех собравшихся, у неё, у одной, был бритый затылок!
Да, это действительно было похожим на правду. Все девушки, как обычно, носили длинные волосы, и только эта — пыталась выглядеть моднячей. А, ведь голову у человека очень трудно «снять» с плеч. Для этого нужно перекусить не только горло, но и спинной позвоночник.
То есть, если оборотня интересовали только одни девушки (парни — почти все с бритыми затылками), то именно эта больше остальных подходила на роль жертвы. Так, что неважно, подумала бы Майя о ней плохо или не подумала… Не будет же оборотень хватать девушку и кусать её за волосы? Он, скорее всего, подавится. Ну, пусть не подавится, но потом слишком долго будет «гыркать», пытаясь выплюнуть волосы, облепившие всё его горло.
Эта мысль как-то, да успокоила Майю.
А в это время за её окном послышался голос её парня. Он звал её. Она тут же отбросила в сторону книгу и подбежала к окну. Лунь стоял ровно под окном, на том самом месте, на котором Майя пыталась его разглядеть вчера. Но сегодня у него был такой вид, как будто ему немедленно нужно было сейчас ехать куда-то. Майя собралась со скоростью звука и вылетела на улицу. Ведь ей так не терпелось рассказать кому-то о случившимся прошлой ночью. Не просто о случившемся, а о том, что она только сейчас поняла. Это была такая «нетерпеливая» мысль, которая требовала немедленной публикации, как в случае при расстройстве кишечника.
Но у Луня совершенно не было времени её слушать. Он быстро посадил Майю в машину, сел за руль и… начал топить в пол педаль газа. Главным его условием того, чтоб Майя ехала с ним вместе, а не бежала следом вприпрыжку, было то, чтоб она помалкивала всю дорогу, потому что Луньку не хотелось бы попасть в аварию из-за девки, которую прямо разрывает всю от говорильни — так не терпится открыть свой словесный фонтан. Начать кудахтать-кудахтать и кудахтать, не затыкаясь ни на секунду.
Все пытались успевать отскакивать в стороны, так, чтобы эта дымящаяся тварь каждого из них не схватила. Поэтому тварь начала биться о мебель, то есть, всё крушить; все предметы, которые находятся вокруг. Поскольку голову отбросить «оно» не может, как собака, схватившаяся за кость, над которой поднимался пар, то именно это препятствие мешает«монстру» двигаться так же проворно, как в самом начале; сразу, как только«оно» вбежало. Монстр, к примеру, подпрыгивает и летит, чтоб с налёту на кого-либо наброситься. Тот, на кого«оно» летит, моментально отскакивает в сторону, заставляя данное человекообразное чудовище врезаться в ту мебель, в строну которой оно летит, подчиняясь чисто физическому закону инерции. Не мистическому или какому-то«не существующему», как рисунки слабоумными монстров, а такому, каков он есть.
После того, как этот оборотень, так никого и не поймав, но довольно наигравшись с молодёжью в догонялки, покинул помещение, то хозяин дома упал на колени, схватился за голову и что-то про себя бормотал непонятное. Так, словно настоящим ОБОРМОТНЕМ был именно он, а не тот, кто давеча почтил своим вниманием его дом. Потом он вдруг резко подскочил и заорал не своим голосом. Мол, надо же перенести такое? Понятно ведь, что вирус такого рода каннибализма не передаётся «через интернет»; то есть, при виртуальном контакте, а не при реальном и вполне себе физическом.
После того ужасного события, в доме, куда Лунь пригласил свою девушку на вечеринку, власти начали рассылать по всему городу листовки с предостережением.
Майя сидела в это время дома и читала книгу, которую Лунь ей подарил. Причём, у неё была такая привычка — отвлекаться во время чтения на разные эмоции, что приходят в голову. Тем более, что книга ерундовая: во вступлении написана примерно такая же чушь, которую только слабоумные придумать и в состоянии (она им покажется вершиной гениальности). «Здесь есть настоящая тайна уничтожения оборотней». Как будто, если бы автор данной писанины обозвал её ненастоящей, то ему меньше бы поверили.
На самом деле Майя пыталась размышлять о том, что произошло на вечеринке. Ведь она хотела, чтоб с той девушкою что-то случилось — и оно случилось. Выходит, она в этом виновата. Может, если бы она не думала о каком-то человеке плохо, то этот оборотень ни на кого бы не сумел напасть, потому что все отскакивали и не давались в лапы чудовищу… Майя при этом не учитывала то обстоятельство, что в лапах у твари была человеческая голова и, если бы головы не было, то ничто не мешало бы монстру двигаться более проворно.
У неё просто, в глазах, всё время стояло это жуткое зрелище: как тварь хватает её подругу сначала за горло, а потом — за «загривок»…
— А, я поняла! — чуть ли не воскликнула Майя (просто сказать всё это вслух ей было недостаточно — обязательно нужно было во весь голос; так, словно в данный момент кто-то её слышит; конечно, не родители, потому что они решат, что дочка вопит так по телефону). — Просто, среди всех собравшихся, у неё, у одной, был бритый затылок!
Да, это действительно было похожим на правду. Все девушки, как обычно, носили длинные волосы, и только эта — пыталась выглядеть моднячей. А, ведь голову у человека очень трудно «снять» с плеч. Для этого нужно перекусить не только горло, но и спинной позвоночник.
То есть, если оборотня интересовали только одни девушки (парни — почти все с бритыми затылками), то именно эта больше остальных подходила на роль жертвы. Так, что неважно, подумала бы Майя о ней плохо или не подумала… Не будет же оборотень хватать девушку и кусать её за волосы? Он, скорее всего, подавится. Ну, пусть не подавится, но потом слишком долго будет «гыркать», пытаясь выплюнуть волосы, облепившие всё его горло.
Эта мысль как-то, да успокоила Майю.
А в это время за её окном послышался голос её парня. Он звал её. Она тут же отбросила в сторону книгу и подбежала к окну. Лунь стоял ровно под окном, на том самом месте, на котором Майя пыталась его разглядеть вчера. Но сегодня у него был такой вид, как будто ему немедленно нужно было сейчас ехать куда-то. Майя собралась со скоростью звука и вылетела на улицу. Ведь ей так не терпелось рассказать кому-то о случившимся прошлой ночью. Не просто о случившемся, а о том, что она только сейчас поняла. Это была такая «нетерпеливая» мысль, которая требовала немедленной публикации, как в случае при расстройстве кишечника.
Но у Луня совершенно не было времени её слушать. Он быстро посадил Майю в машину, сел за руль и… начал топить в пол педаль газа. Главным его условием того, чтоб Майя ехала с ним вместе, а не бежала следом вприпрыжку, было то, чтоб она помалкивала всю дорогу, потому что Луньку не хотелось бы попасть в аварию из-за девки, которую прямо разрывает всю от говорильни — так не терпится открыть свой словесный фонтан. Начать кудахтать-кудахтать и кудахтать, не затыкаясь ни на секунду.
Страница 6 из 15
