— Смерть может и подождать…, — Дэн перевёл дыхание и продолжил, — Она с такой лёгкостью забрала большую часть населения Земли, что вряд ли её интересны наши заблудшие души.
Добавить в моё избранное
55 мин, 1 сек 20017
Он даже не сомневался, что в этот момент его друг почти пробирается через тайгу, не сделав за всё время ни одного привала на отдых и еду. Дэн знал это, ведь сам поступил бы в подобной ситуации именно так, он всецело доверял Тиму, как самому себе. Оставалось только ждать, но это было труднее всего.
Рюкзак находился где-то за завалом, и с собой у Дэна остался только пистолет, фонарик, зажигалка Тима и несколько пакетов с наркотиками. За пазухой также оказался дневник из мастерской.
— Господи, всё заново, только ещё хуже, — прошептал рейдер и, прихрамывая, побрёл вдоль по коридору.
Убежище сильно пострадало при взрыве: некоторые стены были перечерчены широкими трещинами, потолочные плиты местами обрушились, несколько помещений было частично завалено. Когда по убежищу прокатился отчаянный крик Тима, и взрыв сотряс всю гору, Дэн находился в медкабинете и едва успел отпрыгнуть в сторону от обрушившегося потолка. Не смотря на это, несколько тяжёлых обломков всё равно зацепили его. Доктор Семёнов оказался где-то под завалом.
Хотя генераторы и вышли из строя, немного зарядившиеся аккумуляторы некоторое время продолжали питать уцелевшие лампы аварийного освещения. На удивление, коридор, ведущий в котельную, остался невредимым и по-прежнему упирался в тёмный провал дверного проёма. Однако трупы, которые здесь оставались, исчезли. Заглянуть дальше Дэну не позволил почти панический страх, который охватывал его в этом месте.
Когда Дэн приблизился к складу, располагавшемуся в служебной зоне, изнутри до него донеслись звуки, похожие больше всего на чавканье. Вздрогнув, он замер, прислушиваясь и оглядываясь. В углу коридора виднелись сваленные кости. Дэну сразу вспомнился Тим и его решительная непоколебимость. Расслабившись, рейдер удобнее сжал рукоять пистолета и медленно открыл дверь склада — обдало волной трупного запаха. Среди разорванных коробок и пакетов, опрокинутых стеллажей, куч консервных банок и прочих припасов виднелась сгорбившаяся фигура, занятая, видимо, своей трапезой. Дэн уверенно зашёл внутрь, продолжая целиться в спину сидевшему человеку — тот, казалось, не обращал внимания ни на свет фонаря, ни на звук шагов. На окрик фигура тоже не среагировала. Подойдя поближе, Дэн разглядел, что, судя по обнажённой фигуре, это, скорее всего, подросток.
— Будь на моём месте Тим, ты бы уже валялся с дырой в затылке, — крикнул Дэн существу, сидевшему на корточках. То перестало чавкать и замерло. Рейдер стал обходить его сбоку, распинывая консервы и коробки. Существо повернуло голову и уставилось на Дэна, который от неожиданности увиденного запнулся и чуть не упал. Смотревшая на него хищная морда была перепачкана кровью, а в руках существо сжимало наполовину обглоданную человеческую ногу.
— Всё-таки Тим был бы прав, — сказал Дэн и выстрелил.
Стараясь не глядеть на остатки трапезы, рейдер отыскал несколько консерв, пакет орехов, сухофрукты и бутыль с водой, затем спешно удалился. Обосноваться он решил в относительно уцелевшей мастерской, где было немного уютнее и спокойнее. Там же нашлось несколько запасных батарей к фонарику, с которыми при достаточно умеренно экономии света можно было протянуть до прихода Тима. Устроившись за одним из обитых железом столов, Дэн поел. Потом он решил поспать, чтобы забыть обо всех пережитых кошмарах.
Дэн лежал на импровизированной кровати из чехлов, накрывавших некоторые станки. Периодически он замирал, не дыша, и прислушивался, иногда включал фонарь и освещал закрытую дверь мастерской. Ему казалось, что за ней постоянно кто-то проходит, и доносятся какие-то голоса. Убежище существовало своей таинственной и непонятной жизнью. Уставившись в непроницаемую пелену мрака, Дэн пытался успокоиться и расслабиться, думая о хороших вещах: о прежней жизни, об их с другом приключениях, о наступившей, наконец, весне и о девушке Лене из Рудного. Но каждый раз ход его мыслей прерывали ужасные картины из жизни убежища: сумасшедшие взгляды его обитателей, изувеченные трупы, разрушенные помещения…
Измучавшись в конец, но так и не уснув, Дэн включил фонарик, достал записную книжку и стал перечитывать. Потом он отыскал в одном из ящиков старую шариковую ручку, хотя и пришлось потратить несколько минут на то чтобы расписать её. Открыв на последней записи, Дэн продолжил летопись убежища. Он стал в подробностях описывать то, как они с Тимом наши убежище, попали внутрь, и что с ними здесь происходило.
Часы ожидания тянулись незаметно, и Дэн стал постепенно привыкать к своему положению. Темнота и мерещившиеся ему звуки перестали так сильно пугать, и он выбрался из своего убежища в мастерской, чтобы развеять остатки своих иррациональных страхов. Он ходил из комнаты в комнату, смотря на печальные картины разрушений и натыкаясь тут и там на трупы. В конце концов, Дэн настолько привык к ликам смерти, что уже запомнил, где и в каких позах лежат тела, и перестал обращать на них внимание.
Рюкзак находился где-то за завалом, и с собой у Дэна остался только пистолет, фонарик, зажигалка Тима и несколько пакетов с наркотиками. За пазухой также оказался дневник из мастерской.
— Господи, всё заново, только ещё хуже, — прошептал рейдер и, прихрамывая, побрёл вдоль по коридору.
Убежище сильно пострадало при взрыве: некоторые стены были перечерчены широкими трещинами, потолочные плиты местами обрушились, несколько помещений было частично завалено. Когда по убежищу прокатился отчаянный крик Тима, и взрыв сотряс всю гору, Дэн находился в медкабинете и едва успел отпрыгнуть в сторону от обрушившегося потолка. Не смотря на это, несколько тяжёлых обломков всё равно зацепили его. Доктор Семёнов оказался где-то под завалом.
Хотя генераторы и вышли из строя, немного зарядившиеся аккумуляторы некоторое время продолжали питать уцелевшие лампы аварийного освещения. На удивление, коридор, ведущий в котельную, остался невредимым и по-прежнему упирался в тёмный провал дверного проёма. Однако трупы, которые здесь оставались, исчезли. Заглянуть дальше Дэну не позволил почти панический страх, который охватывал его в этом месте.
Когда Дэн приблизился к складу, располагавшемуся в служебной зоне, изнутри до него донеслись звуки, похожие больше всего на чавканье. Вздрогнув, он замер, прислушиваясь и оглядываясь. В углу коридора виднелись сваленные кости. Дэну сразу вспомнился Тим и его решительная непоколебимость. Расслабившись, рейдер удобнее сжал рукоять пистолета и медленно открыл дверь склада — обдало волной трупного запаха. Среди разорванных коробок и пакетов, опрокинутых стеллажей, куч консервных банок и прочих припасов виднелась сгорбившаяся фигура, занятая, видимо, своей трапезой. Дэн уверенно зашёл внутрь, продолжая целиться в спину сидевшему человеку — тот, казалось, не обращал внимания ни на свет фонаря, ни на звук шагов. На окрик фигура тоже не среагировала. Подойдя поближе, Дэн разглядел, что, судя по обнажённой фигуре, это, скорее всего, подросток.
— Будь на моём месте Тим, ты бы уже валялся с дырой в затылке, — крикнул Дэн существу, сидевшему на корточках. То перестало чавкать и замерло. Рейдер стал обходить его сбоку, распинывая консервы и коробки. Существо повернуло голову и уставилось на Дэна, который от неожиданности увиденного запнулся и чуть не упал. Смотревшая на него хищная морда была перепачкана кровью, а в руках существо сжимало наполовину обглоданную человеческую ногу.
— Всё-таки Тим был бы прав, — сказал Дэн и выстрелил.
Стараясь не глядеть на остатки трапезы, рейдер отыскал несколько консерв, пакет орехов, сухофрукты и бутыль с водой, затем спешно удалился. Обосноваться он решил в относительно уцелевшей мастерской, где было немного уютнее и спокойнее. Там же нашлось несколько запасных батарей к фонарику, с которыми при достаточно умеренно экономии света можно было протянуть до прихода Тима. Устроившись за одним из обитых железом столов, Дэн поел. Потом он решил поспать, чтобы забыть обо всех пережитых кошмарах.
Дэн лежал на импровизированной кровати из чехлов, накрывавших некоторые станки. Периодически он замирал, не дыша, и прислушивался, иногда включал фонарь и освещал закрытую дверь мастерской. Ему казалось, что за ней постоянно кто-то проходит, и доносятся какие-то голоса. Убежище существовало своей таинственной и непонятной жизнью. Уставившись в непроницаемую пелену мрака, Дэн пытался успокоиться и расслабиться, думая о хороших вещах: о прежней жизни, об их с другом приключениях, о наступившей, наконец, весне и о девушке Лене из Рудного. Но каждый раз ход его мыслей прерывали ужасные картины из жизни убежища: сумасшедшие взгляды его обитателей, изувеченные трупы, разрушенные помещения…
Измучавшись в конец, но так и не уснув, Дэн включил фонарик, достал записную книжку и стал перечитывать. Потом он отыскал в одном из ящиков старую шариковую ручку, хотя и пришлось потратить несколько минут на то чтобы расписать её. Открыв на последней записи, Дэн продолжил летопись убежища. Он стал в подробностях описывать то, как они с Тимом наши убежище, попали внутрь, и что с ними здесь происходило.
Часы ожидания тянулись незаметно, и Дэн стал постепенно привыкать к своему положению. Темнота и мерещившиеся ему звуки перестали так сильно пугать, и он выбрался из своего убежища в мастерской, чтобы развеять остатки своих иррациональных страхов. Он ходил из комнаты в комнату, смотря на печальные картины разрушений и натыкаясь тут и там на трупы. В конце концов, Дэн настолько привык к ликам смерти, что уже запомнил, где и в каких позах лежат тела, и перестал обращать на них внимание.
Страница 14 из 16
