Пуля вошла под левый глаз, разрывая череп на затылке. Враг умер мгновенно, пополняя ряды трупов в развалинах полуразрушенного, когда-то величественного небоскреба. Артем наслаждался смертями врагов…
Добавить в моё избранное
41 мин, 47 сек 7243
Но перед смертью он хотел увидеть мать, чтобы попрощаться с ней.
Мысли постепенно утащили Артема в сон. Ему снилось небо. Голубое, с белыми облаками и ласточками. А вокруг разнообразие цветов и трав степи. Ветер едва их колышет, птицы чирикают разными мотивами, и чистый воздух пьянит ароматами зелени. «Здесь бы остаться навсегда», — промелькивает мысль у Артема, прежде чем он замечает растущий на горизонте черный «гриб». По мере того, как он начинает понимать, что это такое, его глаза становятся все больше и больше. Земля, на которой он лежит, начинает дрожать, слышится постепенно нарастающий гул. «Нет»… — успевает подумать Артем и ударная волна ядерного взрыва в одно мгновенье сметает его и все, что он любил на своем пути.
Снова красная комната, будто продолжение сна. Окна зашторены. «Что зам за окном? Идет ли еще война? Если так, то кто побеждает?» Очередная порция депрессии.«Главное проститься с матерью. Она должна знать, что я жив. А потом можно и на тот свет»…
— Я вижу, вы уже встали. — Перебил мысли доктор Эдоми. Артем не заметил, когда доктор успел войти. — Ну что ж, сегодня готовим вас к выписке.
Красный доктор, в красном халате, в красной комнате. Теперь Артем начал понимать, что красным видит мир только он. Возможно, взрыв повлиял на его зрение.
— Скажите доктор, война еще идет? — Вопрос Артема словно заинтересовал Эдоми. Впервые на его лице появилось выражение легкого удивления. Впрочем, это было мимолетной мимикой, и в следующую секунду лицо доктора Эдо стало таким же непробиваемо-угрюмым.
— Война окончена. — Сказал спокойно он. — Трудно сказать, кто победил или остался в выигрыше. — Эдоми сделал небольшую паузу, а потом добавил — Думаю, когда вы отсюда выйдите сами все узнаете.
ПОПУТЧИК
Стоя у выхода больницы, с рюкзаком на плечах, Артем смотрел на свои культи. От левой руки осталась одна треть, правая заканчивалась на локте. «С этим уродством мне придется жить. — Утешал он себя. — Недолго конечно, но придется». Постояв еще с полминуты Артем, наконец, пнул дверь ногой и вышел в свет.
Горячий воздух сразу обжег его лицо. «Господи, что это?» — Только Артем подумал об этом, и голова разорвалась яркой мгновенной болью. Он упал на землю, не в силах этого выдержать. Из рюкзака вывалились какие-то вещи. Когда он, наконец, пришел в себя, то увидел маленькое зеркальце, выпавшее с вещами из рюкзака. По привычке он хотел было взять его рукой, и тут же выругал сам себя за этот необдуманный жест. Быть без рук оказалось очень неудобно. Но, приловчившись, он все же смог дотянуться до зеркальца и перевернуть его остатком правой руки. Какое-то мгновение он не решался взглянуть в зеркало. Лицо горело огнем, а воздух вокруг был словно раскален.«Жаркое лето? Возможно. Последний бой был в феврале. Сколько же я лежал в больнице?» Вдобавок ко всему красная пелена перед глазами делала мир уродливо-красным комиксом. В мире теперь существовало только два цвета различных оттенков, и Артем словно смотрел черно-белый телевизор. Только вместо белого был красный. Наконец набравшись смелости, он наклонился к зеркалу. Уродливое лицо, перекореженное шрамами от ожогов, заставило память на миг показать картину надвигающегося огня, за мгновение до того, как Артем ушел в небытие и очнулся в госпитале. Накатившая ярость заставила его размахнуться и ударить правой культей со всей силы по зеркалу. По началу он ничего не почувствовал, но боль дала о себе знать, когда он увидел торчащий осколок из руки.
«Вот блин, что за хрень»… — Выругался мысленно он, вставая на ноги.
Шоссе, перед которым он стоял, было пустынно. Кругом полуразрушенные здания, некоторые еще дымились. «Госпиталь Черного И»… из которого вышел Артем тоже был по большей части разрушен. Последнее слово выгорело в огне, так что кем был этот Черный И понять было не возможно. «Странное название для госпиталя» — подумал Артем. Зубами он выковырял осколок стекла из культи и выплюнул в сторону.
Кровь была черной. Пугающе черной, но Артем понимал, что это не так. Просто его зрение было теперь другим. Доктор Эдоми сказал, что это побочный эффект войны повлиял на его восприятие мира, но что означали его слова он не уточнил. Странный доктор. Таких странных Артем еще не встречал на своей памяти. Может на Эдоми тоже каким-то образом повлияла эта война, и поэтому он стал таким. Артем не знал. Но мир точно изменился. Он это чувствовал своим нутром.
Кровь все не переставала идти, и Артем не придумал ничего лучше, чем воткнуть культю себе в бок под ребра. Одежду ему выдали ту, что была в наличии больницы, так как его военная форма практически полностью сгорела от взрыва. Рубашка, судя по всему, белая, но на вид красная, напитавшись кровью, образовала черное пятно, которое было, судя по всему, красным. Подумав об этом, Артем улыбнулся. «Парадокс, однако». Штаны различных черных оттенков, судя по всему, были хаки. И жуткие туфли. Как на вид, так и по ощущениям.
Мысли постепенно утащили Артема в сон. Ему снилось небо. Голубое, с белыми облаками и ласточками. А вокруг разнообразие цветов и трав степи. Ветер едва их колышет, птицы чирикают разными мотивами, и чистый воздух пьянит ароматами зелени. «Здесь бы остаться навсегда», — промелькивает мысль у Артема, прежде чем он замечает растущий на горизонте черный «гриб». По мере того, как он начинает понимать, что это такое, его глаза становятся все больше и больше. Земля, на которой он лежит, начинает дрожать, слышится постепенно нарастающий гул. «Нет»… — успевает подумать Артем и ударная волна ядерного взрыва в одно мгновенье сметает его и все, что он любил на своем пути.
Снова красная комната, будто продолжение сна. Окна зашторены. «Что зам за окном? Идет ли еще война? Если так, то кто побеждает?» Очередная порция депрессии.«Главное проститься с матерью. Она должна знать, что я жив. А потом можно и на тот свет»…
— Я вижу, вы уже встали. — Перебил мысли доктор Эдоми. Артем не заметил, когда доктор успел войти. — Ну что ж, сегодня готовим вас к выписке.
Красный доктор, в красном халате, в красной комнате. Теперь Артем начал понимать, что красным видит мир только он. Возможно, взрыв повлиял на его зрение.
— Скажите доктор, война еще идет? — Вопрос Артема словно заинтересовал Эдоми. Впервые на его лице появилось выражение легкого удивления. Впрочем, это было мимолетной мимикой, и в следующую секунду лицо доктора Эдо стало таким же непробиваемо-угрюмым.
— Война окончена. — Сказал спокойно он. — Трудно сказать, кто победил или остался в выигрыше. — Эдоми сделал небольшую паузу, а потом добавил — Думаю, когда вы отсюда выйдите сами все узнаете.
ПОПУТЧИК
Стоя у выхода больницы, с рюкзаком на плечах, Артем смотрел на свои культи. От левой руки осталась одна треть, правая заканчивалась на локте. «С этим уродством мне придется жить. — Утешал он себя. — Недолго конечно, но придется». Постояв еще с полминуты Артем, наконец, пнул дверь ногой и вышел в свет.
Горячий воздух сразу обжег его лицо. «Господи, что это?» — Только Артем подумал об этом, и голова разорвалась яркой мгновенной болью. Он упал на землю, не в силах этого выдержать. Из рюкзака вывалились какие-то вещи. Когда он, наконец, пришел в себя, то увидел маленькое зеркальце, выпавшее с вещами из рюкзака. По привычке он хотел было взять его рукой, и тут же выругал сам себя за этот необдуманный жест. Быть без рук оказалось очень неудобно. Но, приловчившись, он все же смог дотянуться до зеркальца и перевернуть его остатком правой руки. Какое-то мгновение он не решался взглянуть в зеркало. Лицо горело огнем, а воздух вокруг был словно раскален.«Жаркое лето? Возможно. Последний бой был в феврале. Сколько же я лежал в больнице?» Вдобавок ко всему красная пелена перед глазами делала мир уродливо-красным комиксом. В мире теперь существовало только два цвета различных оттенков, и Артем словно смотрел черно-белый телевизор. Только вместо белого был красный. Наконец набравшись смелости, он наклонился к зеркалу. Уродливое лицо, перекореженное шрамами от ожогов, заставило память на миг показать картину надвигающегося огня, за мгновение до того, как Артем ушел в небытие и очнулся в госпитале. Накатившая ярость заставила его размахнуться и ударить правой культей со всей силы по зеркалу. По началу он ничего не почувствовал, но боль дала о себе знать, когда он увидел торчащий осколок из руки.
«Вот блин, что за хрень»… — Выругался мысленно он, вставая на ноги.
Шоссе, перед которым он стоял, было пустынно. Кругом полуразрушенные здания, некоторые еще дымились. «Госпиталь Черного И»… из которого вышел Артем тоже был по большей части разрушен. Последнее слово выгорело в огне, так что кем был этот Черный И понять было не возможно. «Странное название для госпиталя» — подумал Артем. Зубами он выковырял осколок стекла из культи и выплюнул в сторону.
Кровь была черной. Пугающе черной, но Артем понимал, что это не так. Просто его зрение было теперь другим. Доктор Эдоми сказал, что это побочный эффект войны повлиял на его восприятие мира, но что означали его слова он не уточнил. Странный доктор. Таких странных Артем еще не встречал на своей памяти. Может на Эдоми тоже каким-то образом повлияла эта война, и поэтому он стал таким. Артем не знал. Но мир точно изменился. Он это чувствовал своим нутром.
Кровь все не переставала идти, и Артем не придумал ничего лучше, чем воткнуть культю себе в бок под ребра. Одежду ему выдали ту, что была в наличии больницы, так как его военная форма практически полностью сгорела от взрыва. Рубашка, судя по всему, белая, но на вид красная, напитавшись кровью, образовала черное пятно, которое было, судя по всему, красным. Подумав об этом, Артем улыбнулся. «Парадокс, однако». Штаны различных черных оттенков, судя по всему, были хаки. И жуткие туфли. Как на вид, так и по ощущениям.
Страница 2 из 11
