«Что увидишь ты?» Пропавшую девочку нашли в лесополосе, за ручьем. Двое мальчишек сошли с дороги, чтобы побросать в воду камни и наткнулись на ее изуродованный труп. В тот день, когда это случилось, выпал первый снег…
Добавить в моё избранное
26 мин, 6 сек 16222
Света присела на кровать сестры, молча разглядывая фосфорные звездочки. Ей давно уже хотелось расплакаться снова, как тогда, в парке, но глаза все эти дни оставались сухими. За эту неделю ей вспомнились все ссоры с Оксаной, и девочка боялась, что в раю, их отголоски мешают сестре быть счастливой. Она не знала, как это исправить, ведь ей было всего двенадцать лет, а все взрослые вокруг, даже ее собственная мать, вдруг превратились в медиумов, призывающих мертвых, дарящих им все свое внимание и любовь.
От горьких мыслей Свету отвлек дребезжащий звук, донесшийся с первого этажа. Словно бы кто-то тряс ручку входной двери. Девочка поднялась с кровати и выглянула из комнаты, вслушиваясь в тишину спящего дома. Шум прекратился, но спустя некоторое время, повторился снова, а потом, Света услышала, как скрипнули дверные петли. Страх защекотал шею, вызывая мурашки, и девочка попыталась разгладить их дрожащей рукой. Но ледяной ручей озноба уже лился по спине, стекая в ложбинку ниже поясницы, и дальше, по ногам, скручивая и парализуя мышцы. Девочка знала — это был зверь. По дому распространился противный запах псины, и Света заставила себя сдвинуться с места, чтобы не оказаться запертой в ловушке собственной спальни. Сжав потные кулачки, она на цыпочках прокралась к перилам и сверху осмотрела первый этаж. Тонкая полоска уличного света, проникала в дом сквозь щель приоткрытой двери. А значит, и оборотень был где-то рядом. Прятался во тьме, скопившейся в углах.
«Боже, Боже, прошу тебя, не дай мне умереть»…
Девочка спустилась по скрипящим ступеням вниз, и, прижавшись к стене, доползла до телефона. Поднятая трубка недовольно загудела, а тонкие пальцы, на ощупь, принялись набирать заученный наизусть номер следователя.
«Пожалуйста, пожалуйста»…
Гудки вызова пунктирной линией бежали по проводам, наполняя веселой музыкой темный салон автомобиля. А Света все ждала и ждала, пока, наконец, связь не прервалась, сменившись женским голосом, сообщившим о том, что абонент не отвечает или находится вне зоны действия сети.
Она принялась лихорадочно набирать номер полицейского участка, но поняла, что телефон больше не реагирует на нажатие клавиш, а в трубке висит мертвая тишина.
«О, нет»…
Темнота в углу шевельнулась, и девочка увидела проблеск желтых глаз. А потом зверь прыгнул на нее, повалив на пол, и Света почувствовала, как когтистые лапы рвут на ней свитер, сдирая его вместе с кожей. Оборотень схватил ее мечущиеся руки, и раскрыл смердящую пасть, примеряясь клыками к шее.
— Нет! — крикнула девочка, и зверь впился ей в горло, через вязаный ворот свитера. Раздался хруст ломаемых зубов, и кровь из развороченных десен брызнула Свете в лицо. Оборотень взвыл от боли, сползая с девочки, а она подскочила на ноги и побежала прочь из дома, слушая, как бренчит на шее кованый ошейник. Раненый зверь кинулся в погоню, выпустив когти, и выскочил вслед за Светой в, искрящуюся снегопадом, ночь. Он нагнал ее у машины следователя, схватив за волосы и ударив лицом в боковое стекло.
— Больше не воскреснешь, сука! — прорычал оборотень и сбил девочку с ног. Сквозь слипшиеся от крови веки, Света увидела, как над ней блеснула огромная лапа с когтями, а потом, зверь с воем слетел с нее, и она услышала грубый голос кузнеца.
— Ты ублюдок… Мать твою, ты гребаный ублюдок!
Оборотень зарычал и побежал прочь по заснеженной улице, а над Светой повисло знакомое, небритое лицо.
— Ты как, девочка, в порядке?
— Да… я… — но слезы не дали ей договорить. Она разревелась, и мужчина поднял ее на руки.
— Ну, тихо-тихо, маленькая. Все позади… Господи, этот ошейник и вправду тебя спас! Ты очень храбрая девочка…
На крыльцо дома, в халате, уже выбежала мать Светы, очнувшаяся, наконец, от пьяного сна. Она сбежала по ступенькам, напуганная и бледная, не понимая, что происходит.
— Стас, что ты тут делаешь… что все это значит?
— Вызывай скорую, быстрее, ты слышишь?! Он порезал ее… чертов сукин сын!
— Господи… Света? Я… я не понимаю… это кровь?! У нее кровь?
— Бегом звони в больницу, я сказал!
Женщина, побелевшая, точно призрак, скрылась в проеме двери.
— Он оборвал телефон… — прошептала Света.
— Твоя мать иногда бывает невыносима, но она догадается позвонить с мобильника.
— Вы, правда, думаете, что я храбрая?
— О, — улыбнулся кузнец. — Храбрее девочки я еще не встречал.
Зверь пытался спрятаться в своей норе, но разгневанную толпу было не остановить. Люди вытащили человека на улицу, вместе с его дочерью, умоляющей отпустить ее, и обоих растерзали на куски. Не было в ту ночь другого Бога, кроме голодной луны.
А снег все кружил и кружил, вглядываясь в людские лица. Но они отворачивались от него, не желая вспоминать прошлого. И тогда он понял, кто подарит ему бессмертие.
От горьких мыслей Свету отвлек дребезжащий звук, донесшийся с первого этажа. Словно бы кто-то тряс ручку входной двери. Девочка поднялась с кровати и выглянула из комнаты, вслушиваясь в тишину спящего дома. Шум прекратился, но спустя некоторое время, повторился снова, а потом, Света услышала, как скрипнули дверные петли. Страх защекотал шею, вызывая мурашки, и девочка попыталась разгладить их дрожащей рукой. Но ледяной ручей озноба уже лился по спине, стекая в ложбинку ниже поясницы, и дальше, по ногам, скручивая и парализуя мышцы. Девочка знала — это был зверь. По дому распространился противный запах псины, и Света заставила себя сдвинуться с места, чтобы не оказаться запертой в ловушке собственной спальни. Сжав потные кулачки, она на цыпочках прокралась к перилам и сверху осмотрела первый этаж. Тонкая полоска уличного света, проникала в дом сквозь щель приоткрытой двери. А значит, и оборотень был где-то рядом. Прятался во тьме, скопившейся в углах.
«Боже, Боже, прошу тебя, не дай мне умереть»…
Девочка спустилась по скрипящим ступеням вниз, и, прижавшись к стене, доползла до телефона. Поднятая трубка недовольно загудела, а тонкие пальцы, на ощупь, принялись набирать заученный наизусть номер следователя.
«Пожалуйста, пожалуйста»…
Гудки вызова пунктирной линией бежали по проводам, наполняя веселой музыкой темный салон автомобиля. А Света все ждала и ждала, пока, наконец, связь не прервалась, сменившись женским голосом, сообщившим о том, что абонент не отвечает или находится вне зоны действия сети.
Она принялась лихорадочно набирать номер полицейского участка, но поняла, что телефон больше не реагирует на нажатие клавиш, а в трубке висит мертвая тишина.
«О, нет»…
Темнота в углу шевельнулась, и девочка увидела проблеск желтых глаз. А потом зверь прыгнул на нее, повалив на пол, и Света почувствовала, как когтистые лапы рвут на ней свитер, сдирая его вместе с кожей. Оборотень схватил ее мечущиеся руки, и раскрыл смердящую пасть, примеряясь клыками к шее.
— Нет! — крикнула девочка, и зверь впился ей в горло, через вязаный ворот свитера. Раздался хруст ломаемых зубов, и кровь из развороченных десен брызнула Свете в лицо. Оборотень взвыл от боли, сползая с девочки, а она подскочила на ноги и побежала прочь из дома, слушая, как бренчит на шее кованый ошейник. Раненый зверь кинулся в погоню, выпустив когти, и выскочил вслед за Светой в, искрящуюся снегопадом, ночь. Он нагнал ее у машины следователя, схватив за волосы и ударив лицом в боковое стекло.
— Больше не воскреснешь, сука! — прорычал оборотень и сбил девочку с ног. Сквозь слипшиеся от крови веки, Света увидела, как над ней блеснула огромная лапа с когтями, а потом, зверь с воем слетел с нее, и она услышала грубый голос кузнеца.
— Ты ублюдок… Мать твою, ты гребаный ублюдок!
Оборотень зарычал и побежал прочь по заснеженной улице, а над Светой повисло знакомое, небритое лицо.
— Ты как, девочка, в порядке?
— Да… я… — но слезы не дали ей договорить. Она разревелась, и мужчина поднял ее на руки.
— Ну, тихо-тихо, маленькая. Все позади… Господи, этот ошейник и вправду тебя спас! Ты очень храбрая девочка…
На крыльцо дома, в халате, уже выбежала мать Светы, очнувшаяся, наконец, от пьяного сна. Она сбежала по ступенькам, напуганная и бледная, не понимая, что происходит.
— Стас, что ты тут делаешь… что все это значит?
— Вызывай скорую, быстрее, ты слышишь?! Он порезал ее… чертов сукин сын!
— Господи… Света? Я… я не понимаю… это кровь?! У нее кровь?
— Бегом звони в больницу, я сказал!
Женщина, побелевшая, точно призрак, скрылась в проеме двери.
— Он оборвал телефон… — прошептала Света.
— Твоя мать иногда бывает невыносима, но она догадается позвонить с мобильника.
— Вы, правда, думаете, что я храбрая?
— О, — улыбнулся кузнец. — Храбрее девочки я еще не встречал.
Зверь пытался спрятаться в своей норе, но разгневанную толпу было не остановить. Люди вытащили человека на улицу, вместе с его дочерью, умоляющей отпустить ее, и обоих растерзали на куски. Не было в ту ночь другого Бога, кроме голодной луны.
А снег все кружил и кружил, вглядываясь в людские лица. Но они отворачивались от него, не желая вспоминать прошлого. И тогда он понял, кто подарит ему бессмертие.
Страница 7 из 8
