Когда дома становится тихо, а огни ламп гаснут, наступает время смотреть в окно. Дима лежал в своей кроватке и смотрел в окно, за которым поселился хоть и не большой, но достаточно густой сад. Днем Дима играл среди его деревьев, а ночные тени на широком окне в Диминой комнате, завораживали его воображение по ночам.
Добавить в моё избранное
26 мин, 6 сек 13449
Дима дополз до очередно стены и ему снова пришлось повернуть налево. Добравшись до ближайшего прохода он, краем глаза, увидел там шевеление и направил туда фонарь. Тварь стояла там. Смотрела на него своими белесыми глазами.
Лицо было разодрано в клочья, от чего оно стало выглядеть ещё более жутко. От этого зрелища у Димы стыла кровь в жилах, но Ростика он стал уважать много больше.
Тварь сорвалась с места и побежала на мальчика, который бросился под ближайший правый стеллаж. Рука твари больно ударила по уже и так раненой правой ноге, но схватить не успела. Тогда монстр начал раскачивать стеллаж, под которым прополз мальчик, чтобы опрокинуть на него гору ненужного хлама, так что Дима не стал задерживаться и нырнул под следующий.
Грохот падающего хлама и металлической конструкции подстегивал мальчика ползти быстрее. Он прополз ещё один ряд и понял, что и он начал заваливаться под весом предыдущего. Диме не оставалось ничего другого, кроме как ползти дальше, спасаясь от этого гигантского домино. За спиной грохотали стеллажи один за другим, на голову Диме сыпалась всякая мелочь, которая иногда больно била по спине, ногам и даже голове.
В какой-то момент Дима с ужасом понял, что уперся в стену. Сжавшись калачиком он приготовился принять на себя лавину из банок, гвоздей, гаечных ключей или что там лежит на последнем стеллаже.
К облегчению Димы на него посыпалась только пыль. Последний стеллаж оказался пустым, а сама конструкция уперлась в стену. Дима знал, что промедление не позволительно и начал ползти вдоль стены. Он даже толком не понимал куда, но в итоге он уперся в коробку с какими-то тряпками, в которых что-то шевелилось.
— Ростик! — радостно зашептал мальчик, беря раненого кота на руки.
Кот был жив. Он был сильно ранен, но жив. Его мордочка была в крови, а сам он еле дышал! Прижав кота к себе мальчик сориентировался и начал, ползком, пробираться к выходу.
— А потом, Дима, тебя заберут в психбольницу, потому что даже участковому-неумехе будет понятно, что это ты зарезал своих родителей. — продолжил свою тираду Гость. — Там тебя будут колоть уколами с иглой размером с Эверест, но это ещё не всё!
Дима уже был близок к лестнице. Ползти с котом на руках было ужасно неудобно, но ничего лучше он придумать не смог.
— Я буду приходить к тебе каждый день. Я буду в красках тебе напоминать, как ты покончил со своими родителями, как трусливо прятался от меня под ящиками. Буду приходить до тех пор, пока ты окончательно не съедешь с катушек и не начнешь пускать слюни и гадить под себя.
Дима снова повернул налево и пробирался между стеной и рухнувшими стеллажами. Фонарик он выключил, так как с поваленными конструкциями он уж совсем как на ладони. Скорее всего тварь и так всё видит, но сам он не мог переступить этот барьер.
По ощущениям он уже должен был быть рядом с лестницей, но никак не мог её увидеть. Поваленные стеллажи закончились, так что он оказался в коридоре между двумя из оставшихся стоять. Дима решил воспользоваться фонариком.
Включив его и направив вперед он увидел тварь почти прямо перед собой. Их разделяли каких-то жалких три метра. Прямо за спиной монстра была лестница к выходу из подвала. Тварь медленно оглянулась назад и снова повернула взгляд к Диме.
— Ну что, Дима, понял, что бежать тебе некуда? Я вижу ты нашел своего мертвого кота? — пролепетала тварь.
Дима посмотрел на Ростика. В руках он держал покрытую опарышами тушку, которая, как оказалась, ужасно воняла. Мальчик испугался, но быстро взял себя в руки, как только понял, что кот не мог так быстро сгнить до такого состояния.
— Нет, ты врешь! — Воскликнул Дима. — Я видел, что Ростик живой! Ты постоянно врешь! Ты обманул меня, когда я выгнал Ростика, ты обманул меня с фломастером и сейчас врешь!
— Эх, Дима. Я думал мы станем друзьями. Если бы ты сделал всё как я просил, то во всем обвинили бы твоего папу…
— Я не хочу чтобы моего папу в чем-то винили… — попытался возразить Дима.
— …а потом тебя бы отправили в детский дом, — невозмутимо продолжил Гость — где мы с тобой были бы как короли! Мы смогли бы сделать так, чтобы тебе там служили все дети и взрослые… Да… — мечтательно вздохнула тварь — с твоим воображением нам бы многое стало доступно. Да ещё и без родителей, которые его, со временем, убьют. Ты даже не в курсе на что способен, Дима, и никогда уже не будешь. Теперь, когда ты оказался таким упрямым, мне придется тебя убить.
Тварь двинулась на Диму, протягивая к нему свои длинные, костлявые руки. Дима отступал назад, пока не уперся в котел отопления. Гость спокойно подошел к беззащитному мальчику и ударил его по лицу тыльной стороной ладони.
У Димы захрустели шейные позвонки, кота, который жалобно мяукнул, он выронил, а сам отлетел на добрый метр и упал на живот. Снова пришлось отползать вглубь подвала.
Лицо было разодрано в клочья, от чего оно стало выглядеть ещё более жутко. От этого зрелища у Димы стыла кровь в жилах, но Ростика он стал уважать много больше.
Тварь сорвалась с места и побежала на мальчика, который бросился под ближайший правый стеллаж. Рука твари больно ударила по уже и так раненой правой ноге, но схватить не успела. Тогда монстр начал раскачивать стеллаж, под которым прополз мальчик, чтобы опрокинуть на него гору ненужного хлама, так что Дима не стал задерживаться и нырнул под следующий.
Грохот падающего хлама и металлической конструкции подстегивал мальчика ползти быстрее. Он прополз ещё один ряд и понял, что и он начал заваливаться под весом предыдущего. Диме не оставалось ничего другого, кроме как ползти дальше, спасаясь от этого гигантского домино. За спиной грохотали стеллажи один за другим, на голову Диме сыпалась всякая мелочь, которая иногда больно била по спине, ногам и даже голове.
В какой-то момент Дима с ужасом понял, что уперся в стену. Сжавшись калачиком он приготовился принять на себя лавину из банок, гвоздей, гаечных ключей или что там лежит на последнем стеллаже.
К облегчению Димы на него посыпалась только пыль. Последний стеллаж оказался пустым, а сама конструкция уперлась в стену. Дима знал, что промедление не позволительно и начал ползти вдоль стены. Он даже толком не понимал куда, но в итоге он уперся в коробку с какими-то тряпками, в которых что-то шевелилось.
— Ростик! — радостно зашептал мальчик, беря раненого кота на руки.
Кот был жив. Он был сильно ранен, но жив. Его мордочка была в крови, а сам он еле дышал! Прижав кота к себе мальчик сориентировался и начал, ползком, пробираться к выходу.
— А потом, Дима, тебя заберут в психбольницу, потому что даже участковому-неумехе будет понятно, что это ты зарезал своих родителей. — продолжил свою тираду Гость. — Там тебя будут колоть уколами с иглой размером с Эверест, но это ещё не всё!
Дима уже был близок к лестнице. Ползти с котом на руках было ужасно неудобно, но ничего лучше он придумать не смог.
— Я буду приходить к тебе каждый день. Я буду в красках тебе напоминать, как ты покончил со своими родителями, как трусливо прятался от меня под ящиками. Буду приходить до тех пор, пока ты окончательно не съедешь с катушек и не начнешь пускать слюни и гадить под себя.
Дима снова повернул налево и пробирался между стеной и рухнувшими стеллажами. Фонарик он выключил, так как с поваленными конструкциями он уж совсем как на ладони. Скорее всего тварь и так всё видит, но сам он не мог переступить этот барьер.
По ощущениям он уже должен был быть рядом с лестницей, но никак не мог её увидеть. Поваленные стеллажи закончились, так что он оказался в коридоре между двумя из оставшихся стоять. Дима решил воспользоваться фонариком.
Включив его и направив вперед он увидел тварь почти прямо перед собой. Их разделяли каких-то жалких три метра. Прямо за спиной монстра была лестница к выходу из подвала. Тварь медленно оглянулась назад и снова повернула взгляд к Диме.
— Ну что, Дима, понял, что бежать тебе некуда? Я вижу ты нашел своего мертвого кота? — пролепетала тварь.
Дима посмотрел на Ростика. В руках он держал покрытую опарышами тушку, которая, как оказалась, ужасно воняла. Мальчик испугался, но быстро взял себя в руки, как только понял, что кот не мог так быстро сгнить до такого состояния.
— Нет, ты врешь! — Воскликнул Дима. — Я видел, что Ростик живой! Ты постоянно врешь! Ты обманул меня, когда я выгнал Ростика, ты обманул меня с фломастером и сейчас врешь!
— Эх, Дима. Я думал мы станем друзьями. Если бы ты сделал всё как я просил, то во всем обвинили бы твоего папу…
— Я не хочу чтобы моего папу в чем-то винили… — попытался возразить Дима.
— …а потом тебя бы отправили в детский дом, — невозмутимо продолжил Гость — где мы с тобой были бы как короли! Мы смогли бы сделать так, чтобы тебе там служили все дети и взрослые… Да… — мечтательно вздохнула тварь — с твоим воображением нам бы многое стало доступно. Да ещё и без родителей, которые его, со временем, убьют. Ты даже не в курсе на что способен, Дима, и никогда уже не будешь. Теперь, когда ты оказался таким упрямым, мне придется тебя убить.
Тварь двинулась на Диму, протягивая к нему свои длинные, костлявые руки. Дима отступал назад, пока не уперся в котел отопления. Гость спокойно подошел к беззащитному мальчику и ударил его по лицу тыльной стороной ладони.
У Димы захрустели шейные позвонки, кота, который жалобно мяукнул, он выронил, а сам отлетел на добрый метр и упал на живот. Снова пришлось отползать вглубь подвала.
Страница 6 из 7
