Туку

Иди, ласковая госпожа, куда твоей душе угодно, а этот мизинец мы фяна-падишаху отвезем.

Низко поклонилась им Кирана. Дали они ей еды маленько и поехали обратно — доложить царю, что его наказ выполнен. Осталась Кирана одна. Что делать? Пошла она дальше по лесу. Долго так шла. Дни сменялись ночами, а ночи днями. Наконец пришла она к берегу речушки какой-то. На берегу домик увидела. Зашла туда Кирана. Видит: никого в том домике нет, пустой он. И стала там она жить. Дни шли за днями. Зима сменила лето. И родился у Кираны сынок — ясноглазый, красивый. Назвала она его Туку. Рос сынок не по дням, а по часам. И двух лет не прошло, как вырос он в богатыря. И умный, и сильный, и матери помощник. Славно они жили. Вот как-то Туку спрашивает мать:

— Мама, а у меня отец есть?

Отвечает, подумавши, Кирана:

— Понятно, есть. Да только далеко он.

— А где найти мне его, мама? — допытывается Туку.

Тяжко вздохнула Кирана.

Вспомнила она отца своего, свирепого фяна-падишаха, вспомнила, как забрал он у Туку родного отца. Горько ей стало.

— Не найдешь ты его, сынок. Только и осталась тебе от него память-бычок маленький. Да только где он, тот бычок, никому не ведомо.

— Ничего, мама, найду я его. Непременно найду, — отвечает ей Туку.

И стал Туку в путь-дорогу собираться. Испекла ему мать пяток лепешек, сшила сумку, и куда отправился Туку, никому про то неизвестно, — искать бычка Гелана.

Шел он, шел и видит: на опушке леса стадо пасется. Ни пастухов при нем, ни собак. Удивился Туку. Тут подходит к нему одна черная корова и говорит человечьим голосом:

— Здравствуй, Туку! Наконец-то ты пришел. Заждались уж мы. Теперь ты наш хозяин. Делай с нами что хочешь.

— А что мне с вами делать?

— Лучше всего продай. Только оставь себе быка Гелана да купи ему в пару еще одного. Они тебя из любой беды выручат.

Как сказала корова, так и сделал Туку. Продал он стадо. Купил себе бычка в пару к Гелану. Назвал его Жояном.

Запряг он своих быков и поехал домой.

Ну, как он там жил — про то одному ему известно.

Вот прошло несколько лет, выросла у фяна-падишаха приемная дочь, красавица из красавиц.

И объявил фяна-падишах, что, кто его. земли за одни сутки вспашет, тому он свою дочь в жены отдаст.

Узнал про царскую волю Туку, задумался. Увидел это бык Гелан и спрашивает:

— Чего это ты, Туку, невесел? Чего голову повесил?

Рассказал ему Туку о своей думке.

— Ну, не беда. Поможем мы тебе с Жояном. Сходи ты к царю и скажи, чтоб он за девять суток выковал тебе два плуга.

Пришел Туку к царю и говорит:

— Я, государь, вспашу твою землю за сутки. Да только быки-то у меня есть, а плугов нету. Коли сделаешь ты мне за девять суток плугов пару, вспашу я твою землю.

Усмехнулся царь.

— Ладно, — говорит, — приходи на десятый день. Будут тебе плуги.

Девять суток прошло. И явился Туку к фяна-падишаху. Взял он плуги, царскую землю пахать принялся. До обеда пахал. Много земли плугом поднял.

Видит царь: плохо его дело — вспашет этот бедняк землю. Послал он дочку свою:

— Снеси-ка жениху обед. Пошла дочка в поле. Увидела она Туку, сразу полюбила его. И говорит она:

— Садись, добрый молодец, отдохни, покушай. Чем богаты, тем и рады.

Покушал Туку. А царская дочь и говорит:

— На вот, запей добрым вином.

Поклонился ей Туку, а от вина отказался. Только девушка так его просила, чтоб он выпил хоть глоточек, что не устоял Туку, согласился.

А в то вино сам фяна-падишах сонное зелье положил. Про то никто не знал. Даже царская дочь и та не знала.

Только выпил Туку вино, как захотелось ему спать. Прилег он, положил голову на колени девушке и заснул крепким сном. Долго спал Туку. Уже солнце за горы стало заходить. Догадался тут бык Гелан, что это фяна-падишах подстроил. Не растерялся. Поднял он солнце рогами и поставил его от заката опять на полдень. А бык Жоян так чихнул, что проснулся Туку.

— Э-э! Да я, кажись, заснул маленько. За дело, милые помощники.

Ничего не ответили ему быки. Только хвостами помахали.

Не успело солнце снова за горы скрыться, как Туку всю царскую землю вспахал. Пришел к фяна-падишаху и говорит:

— Ну, я свое слово сдержал. Теперь дело за тобой, царь. Когда свадьбу справим?

Не захотелось царю дочку за пахаря отдавать, а отказаться от своего слова нельзя. Задумался царь. А потом и говорит:

— Я свое слово сдержу. Только условие: увезешь все приданое моей дочки этой парой быков, быть по-твоему. А не увезешь — уж не взыщи.

Пришел Туку к быкам грустный-грустный.

— Чего запечалился, Туку? — спрашивает его Гелан.

Рассказал ему Туку про свое горе.

— Ну, эта беда еще не велика.