Чтобы Изюмка не скучал, Гномыч ему из моркови, репы и капустных кочерыжек целый игрушечный зверинец сделал. Изюмке очень нравились эти игрушки. Но иногда он забывался и ни с того ни с сего принимался их грызть. Смотришь, а он уже съел все игрушки без остатка. Приходилось Гном Гномычу снова мастерить зверюшек.
Добавить в моё избранное
3 мин, 29 сек 13155
Он вырезал их из сухих кукурузных початков. Они оказались не такими вкусными, как прежние, поэтому Изюмка их совсем не ел.
Не пожелал он пообедать и куклой из кукурузной кочерыжки в платье из початковой чешуи и с волосами из кукурузных усов. Наоборот, он так полюбил эту свою новую куклу, что не мог уснуть без нее. Имя он ей дал: Куку-куколка. На его языке это означало: «кукурузная куколка».
Так же, как, например, можно было бы для краткости говорить вместо «кукурузная палочка» и«кукурузная мука» — «кукупалочка» или«кукумука».
Днем Изюмка сидел в своей теплой печурке, играл с куклой, приговаривал:
— Не чавкай, когда ешь, Куку! Вытри носик, Куку-куколка!
И тогда Гномыч мог спокойно заниматься делами по хозяйству.
Но Изюмке очень быстро надоело играть с Куку-куколкой, и он опять начал приставать к Гномычу:
— Поиграй со мной!
А Гномыч как раз был занят: подошва у ботинка оторвалась, он ее и пришивал.
— Если я сейчас не пришью подошву к ботинку, завтра мне и во двор не в чем будет выйти! Ты пока один поиграй со своей куколкой.
Но Изюмка обиделся на Гномыча и швырнул Куку на пол.
Прошло немного времени, вдруг в дверь кто-то постучал. Оказалось, это пришел Филя, по фамилии Зайчик, младший сын из большого семейства Зайчиков. Ростом он был с Изюмку, только уши у него отросли намного длиннее.
А пришел Филя попросить взаймы свечку, потому что в доме у них выключили свет.
Гномик принялся искать свечку в деревянном ящике, а Зайчик Филя стал шевелить ушами, чтобы рассмешить Изюмку. Но тот не хотел вылезать из своего подпечка и что-то там все время сердито хрюкал.
И вдруг Филя Зайчик заметил Куку-куколку, которая валялась на полу:
— Ой, какая хорошая куколка! Давай, Изюмка, поиграем с тобой в куклы?
— Не трогай ее! — завизжал Изюмка и сразу выскочил из подпечка. Схватил куклу, прижал к груди, зло хрюкнул: — Это моя кукла! Не дам я тебе играть с Куку-куколкой!
— Что я ее, съем? — обиделся Зайчик. — Да у меня у самого, если хочешь знать, целый заячий полк есть. Из капустных кочерыжек. Я и то их не грызу! Ты таких зайцев и не видал.
А то подумаешь! «Моя, моя»!
Тем временем Гномыч отыскал свечку, дал ее Филе.
— Спасибо, — вежливо сказал Филя Зайчик. — Ну я поскакал, а то у меня там все заячье семейство в темноте сидит. Филя убежал, Гномыч вернулся к своим делам. Немного погодя ковыляет к нему Изюмка и жалобно так ноет:
— Ск-у-у-учно мне!
— Почему же? Играй с куколкой. Теперь у тебя никто ее просить не будет.
— А как с ней играть? Я уже покормил ее и спать уложил.
— Жаль. Мне с тобой в куклы играть некогда. Ботинок чинить надо. Вот был бы здесь Филя, он-то уж обязательно какую-нибудь игру придумал. Их, зайчат, вон сколько. Они много всяких игр знают.
Изюмка долго думал, потом тоже согласился:
— Да, жалко, что нет Фили.
— Верно: жалко, — подтвердил Гномыч. — У него бы нашлось время с тобой поиграть.
И когда через несколько дней Филя принес назад свечку, Гномыч сказал зайчонку:
— Поиграй, Филя, с Изюмкой!
Филя обрадовался приглашению. Ведь его братцы съели весь Филин заячий полк, сделанный из капустных кочерыжек.
Забрались они вместе с Изюмкой в подпечек и затеяли там игру: будто их Куку-куколка заболела и нужно срочно вызывать к ней доктора.
Сначала Филя был за доктора. Потом Изюмка накинул на плечи вместо халата белое полотенце и сам стал доктором. Позднее это же полотенце снова сделалось халатом, только теперь уже — на парикмахере. Поочередно стригли куклу — то Филя, то Изюмка. От этого у Куку-куколки волосы становились все короче и короче, пока она совсем без волос не осталась.
Пришлось ей новые волосы приклеивать — из кукурузных усов. Потом Изюмка вместе с Филей песенку ей пели. Колыбельную.
Словом, такая у них хорошая игра получилась, что Филя и домой идти позабыл. Ладно, старый Грач напомнил, постучал в окошко клювом:
— Эй, Филя, слышал я мимолетом: ругают тебя дома, что ты до сих пор где-то еще бродишь!
Филя испугался: чего доброго, и без ужина останешься — и поскакал стремглав домой. А Изюмка — в слезы.
— Почему Филя убежал? Я еще хотел с ним играть.
Уговаривал его Гномыч и так и этак — ревет неразумный поросенок, Филю к себе требует. В конце концов надоело Гномычу уговаривать.
— Вот скажу Филе, — пригрозил он, — чтобы он больше никогда не приходил к тебе играть.
Тут Изюмка сразу перестал плакать.
Не пожелал он пообедать и куклой из кукурузной кочерыжки в платье из початковой чешуи и с волосами из кукурузных усов. Наоборот, он так полюбил эту свою новую куклу, что не мог уснуть без нее. Имя он ей дал: Куку-куколка. На его языке это означало: «кукурузная куколка».
Так же, как, например, можно было бы для краткости говорить вместо «кукурузная палочка» и«кукурузная мука» — «кукупалочка» или«кукумука».
Днем Изюмка сидел в своей теплой печурке, играл с куклой, приговаривал:
— Не чавкай, когда ешь, Куку! Вытри носик, Куку-куколка!
И тогда Гномыч мог спокойно заниматься делами по хозяйству.
Но Изюмке очень быстро надоело играть с Куку-куколкой, и он опять начал приставать к Гномычу:
— Поиграй со мной!
А Гномыч как раз был занят: подошва у ботинка оторвалась, он ее и пришивал.
— Если я сейчас не пришью подошву к ботинку, завтра мне и во двор не в чем будет выйти! Ты пока один поиграй со своей куколкой.
Но Изюмка обиделся на Гномыча и швырнул Куку на пол.
Прошло немного времени, вдруг в дверь кто-то постучал. Оказалось, это пришел Филя, по фамилии Зайчик, младший сын из большого семейства Зайчиков. Ростом он был с Изюмку, только уши у него отросли намного длиннее.
А пришел Филя попросить взаймы свечку, потому что в доме у них выключили свет.
Гномик принялся искать свечку в деревянном ящике, а Зайчик Филя стал шевелить ушами, чтобы рассмешить Изюмку. Но тот не хотел вылезать из своего подпечка и что-то там все время сердито хрюкал.
И вдруг Филя Зайчик заметил Куку-куколку, которая валялась на полу:
— Ой, какая хорошая куколка! Давай, Изюмка, поиграем с тобой в куклы?
— Не трогай ее! — завизжал Изюмка и сразу выскочил из подпечка. Схватил куклу, прижал к груди, зло хрюкнул: — Это моя кукла! Не дам я тебе играть с Куку-куколкой!
— Что я ее, съем? — обиделся Зайчик. — Да у меня у самого, если хочешь знать, целый заячий полк есть. Из капустных кочерыжек. Я и то их не грызу! Ты таких зайцев и не видал.
А то подумаешь! «Моя, моя»!
Тем временем Гномыч отыскал свечку, дал ее Филе.
— Спасибо, — вежливо сказал Филя Зайчик. — Ну я поскакал, а то у меня там все заячье семейство в темноте сидит. Филя убежал, Гномыч вернулся к своим делам. Немного погодя ковыляет к нему Изюмка и жалобно так ноет:
— Ск-у-у-учно мне!
— Почему же? Играй с куколкой. Теперь у тебя никто ее просить не будет.
— А как с ней играть? Я уже покормил ее и спать уложил.
— Жаль. Мне с тобой в куклы играть некогда. Ботинок чинить надо. Вот был бы здесь Филя, он-то уж обязательно какую-нибудь игру придумал. Их, зайчат, вон сколько. Они много всяких игр знают.
Изюмка долго думал, потом тоже согласился:
— Да, жалко, что нет Фили.
— Верно: жалко, — подтвердил Гномыч. — У него бы нашлось время с тобой поиграть.
И когда через несколько дней Филя принес назад свечку, Гномыч сказал зайчонку:
— Поиграй, Филя, с Изюмкой!
Филя обрадовался приглашению. Ведь его братцы съели весь Филин заячий полк, сделанный из капустных кочерыжек.
Забрались они вместе с Изюмкой в подпечек и затеяли там игру: будто их Куку-куколка заболела и нужно срочно вызывать к ней доктора.
Сначала Филя был за доктора. Потом Изюмка накинул на плечи вместо халата белое полотенце и сам стал доктором. Позднее это же полотенце снова сделалось халатом, только теперь уже — на парикмахере. Поочередно стригли куклу — то Филя, то Изюмка. От этого у Куку-куколки волосы становились все короче и короче, пока она совсем без волос не осталась.
Пришлось ей новые волосы приклеивать — из кукурузных усов. Потом Изюмка вместе с Филей песенку ей пели. Колыбельную.
Словом, такая у них хорошая игра получилась, что Филя и домой идти позабыл. Ладно, старый Грач напомнил, постучал в окошко клювом:
— Эй, Филя, слышал я мимолетом: ругают тебя дома, что ты до сих пор где-то еще бродишь!
Филя испугался: чего доброго, и без ужина останешься — и поскакал стремглав домой. А Изюмка — в слезы.
— Почему Филя убежал? Я еще хотел с ним играть.
Уговаривал его Гномыч и так и этак — ревет неразумный поросенок, Филю к себе требует. В конце концов надоело Гномычу уговаривать.
— Вот скажу Филе, — пригрозил он, — чтобы он больше никогда не приходил к тебе играть.
Тут Изюмка сразу перестал плакать.
