Первый снег пал на Муми дол хмурым утром. Он подкрался, густой и безмолвный, и за несколько часов выбелил всю долину.
Добавить в моё избранное
115 мин, 38 сек 14364
— Мм… и так ничего, — сказала Муми мама, — только, пожалуй, без шляпы ты выглядишь гораздо солиднее.
Муми папа оглядел себя в зеркале и спереди и сзади, оглядел с боков и со вздохом положил шляпу на комод.
— Ты права, — сказал он. — Не шляпа красит человека, а человек шляпу.
— Не то хорошо, что хорошо, а что к чему идет, — добродушно заметила Муми мама. — Ешьте побольше яиц, дети, ведь вы прожили на хвойных иголках целую зиму!
И она снова ушла на кухню.
— Но ведь должна же она на что нибудь пригодиться! — не унимался Снифф. — Такая прекрасная шляпа!
— Используем ее вместо корзины для бумаг, — ответил Муми папа и удалился наверх писать мемуары (большую книгу о своей бурной юности).
Снусмумрик поставил шляпу на пол между комодом и кухонной дверью.
— Ну вот, теперь у вас прибавилось обстановки, — сказал он, широко ухмыляясь: радость обладания вещами была ему совершенно чужда. Он вполне обходился старым платьем, которое носил с того момента, когда родился (где и как — неизвестно), и единственное, с чем он никогда не расставался, была губная гармошка.
— Покончите с завтраком, пойдем проведаем снорков, — сказал Муми тролль и, прежде чем выйти в сад, бросил яичную скорлупу в новую корзину для бумаг, потому что (иногда) он был очень аккуратный муми тролль.
Гостиная опустела. А в углу, между комодом и дверью на кухню, осталась шляпа Волшебника с яичной скорлупой. И тут сотворилось чудо: яичная скорлупа начала преображаться.
Дело в том, что всякая вещь, если она достаточно долго пролежит в шляпе Волшебника, превращается в нечто совершенно иное — и никогда нельзя знать заранее, во что именно. Муми папе ужасно повезло, что шляпа ему не подошла: побудь он в ней чуточку подольше — и только покровителю всех троллей и сниффов известно, какая участь его ожидала.
Муми папа заработал лишь легкую головную боль (которая прошла после обеда). Зато яичные скорлупки, оставшиеся в шляпе, мало помалу начали менять свой вид. Они сохранили белый цвет, но все росли и росли в размерах и стали мягкими и пухлыми. Немного погодя они целиком заполнили шляпу, а потом из шляпы выпорхнули пять маленьких круглых тучек. Они выплыли на веранду, мягко спустились с крыльца и повисли в воздухе над самой землей. А в шляпе Волшебника стало пусто.
— Это надо же! — сказал Муми тролль.
— Уж не пожар ли? — обеспокоенно спросил Снорк.
Тучки неподвижно стояли перед ними и словно чего то ждали.
Фрекен Снорк тихонечко протянула лапу и потрогала тучку, которая была к ней поближе.
— Совсем как вата! — удивленно сказала она.
Тут все придвинулись ближе и стали ощупывать тучки.
— Подушка, да и только, — сказал Снифф.
Снусмумрик осторожно толкнул одну из тучек. Она проплыла немного в воздухе и снова застыла на месте.
— Чьи они? — спросил Снифф. — Как они попали на веранду?
Муми тролль только покачал головой в ответ.
— Таких чудес со мной еще не вытворялось, — сказал он. — Пожалуй, надо позвать маму.
— Нет, нет! — возразила фрекен Снорк. — Исследуем их сами. — Она прижала тучку к земле и погладила ее лапами. — Какая мяконькая! — В следующее мгновение она уже сидела на тучке и с хихиканьем подскакивала на ней.
— А я то! А я то! — завопил Снифф и мигом взобрался на другую тучку. — А ну давай!
И только он крикнул: «А ну давай!» — как тучка поднялась над землей и описала небольшую изящную дугу.
— О господи! — изумленно воскликнул Снифф. — Она движется!
Тут уж и все остальные взобрались каждый на свою тучку и закричали: «А ну давай! Гоп!»
Тучки, словно большие послушные кролики, парили над землей. Ими можно было управлять — это открытие сделал Снорк. Легкий нажим одной ногой — поворот. Обеими ногами — полный вперед. Чуть покачаешь тучку — и она набирает высоту.
Все это было страшно занятно. Расхрабрившись, они взлетали до верхушек деревьев и даже на крышу Муми дома. А Муми тролль остановился на своей тучке перед окном Муми папы и громко крикнул: «Кукареку!» (Ему просто не пришло в голову ничего более умного, в таком восторге он был.) Муми папа выронил ручку и бросился к окну.
— Клянусь моим хвостом! — вырвалось у него. — Клянусь моим хвостом!
Больше он ничего не мог сказать.
— Из этого выйдет мировая глава для твоих мемуаров, — сказал Муми тролль и, подрулив к кухонному окну, позвал маму. Но Муми мама спешно готовила мясо с картошкой и луком, и ей было некогда.
— Что ты еще там придумал, золотко мое? — спросила она. — Смотри не упади!
А внизу в саду Снорк и Снусмумрик изобрели новую игру. Они с разгона сталкивались друг с другом, и кто сваливался на землю, тот проигрывал.
— Сейчас я тебе покажу! — кричал Снусмумрик, пришпоривая тучку. — А ну пошла!
Муми папа оглядел себя в зеркале и спереди и сзади, оглядел с боков и со вздохом положил шляпу на комод.
— Ты права, — сказал он. — Не шляпа красит человека, а человек шляпу.
— Не то хорошо, что хорошо, а что к чему идет, — добродушно заметила Муми мама. — Ешьте побольше яиц, дети, ведь вы прожили на хвойных иголках целую зиму!
И она снова ушла на кухню.
— Но ведь должна же она на что нибудь пригодиться! — не унимался Снифф. — Такая прекрасная шляпа!
— Используем ее вместо корзины для бумаг, — ответил Муми папа и удалился наверх писать мемуары (большую книгу о своей бурной юности).
Снусмумрик поставил шляпу на пол между комодом и кухонной дверью.
— Ну вот, теперь у вас прибавилось обстановки, — сказал он, широко ухмыляясь: радость обладания вещами была ему совершенно чужда. Он вполне обходился старым платьем, которое носил с того момента, когда родился (где и как — неизвестно), и единственное, с чем он никогда не расставался, была губная гармошка.
— Покончите с завтраком, пойдем проведаем снорков, — сказал Муми тролль и, прежде чем выйти в сад, бросил яичную скорлупу в новую корзину для бумаг, потому что (иногда) он был очень аккуратный муми тролль.
Гостиная опустела. А в углу, между комодом и дверью на кухню, осталась шляпа Волшебника с яичной скорлупой. И тут сотворилось чудо: яичная скорлупа начала преображаться.
Дело в том, что всякая вещь, если она достаточно долго пролежит в шляпе Волшебника, превращается в нечто совершенно иное — и никогда нельзя знать заранее, во что именно. Муми папе ужасно повезло, что шляпа ему не подошла: побудь он в ней чуточку подольше — и только покровителю всех троллей и сниффов известно, какая участь его ожидала.
Муми папа заработал лишь легкую головную боль (которая прошла после обеда). Зато яичные скорлупки, оставшиеся в шляпе, мало помалу начали менять свой вид. Они сохранили белый цвет, но все росли и росли в размерах и стали мягкими и пухлыми. Немного погодя они целиком заполнили шляпу, а потом из шляпы выпорхнули пять маленьких круглых тучек. Они выплыли на веранду, мягко спустились с крыльца и повисли в воздухе над самой землей. А в шляпе Волшебника стало пусто.
— Это надо же! — сказал Муми тролль.
— Уж не пожар ли? — обеспокоенно спросил Снорк.
Тучки неподвижно стояли перед ними и словно чего то ждали.
Фрекен Снорк тихонечко протянула лапу и потрогала тучку, которая была к ней поближе.
— Совсем как вата! — удивленно сказала она.
Тут все придвинулись ближе и стали ощупывать тучки.
— Подушка, да и только, — сказал Снифф.
Снусмумрик осторожно толкнул одну из тучек. Она проплыла немного в воздухе и снова застыла на месте.
— Чьи они? — спросил Снифф. — Как они попали на веранду?
Муми тролль только покачал головой в ответ.
— Таких чудес со мной еще не вытворялось, — сказал он. — Пожалуй, надо позвать маму.
— Нет, нет! — возразила фрекен Снорк. — Исследуем их сами. — Она прижала тучку к земле и погладила ее лапами. — Какая мяконькая! — В следующее мгновение она уже сидела на тучке и с хихиканьем подскакивала на ней.
— А я то! А я то! — завопил Снифф и мигом взобрался на другую тучку. — А ну давай!
И только он крикнул: «А ну давай!» — как тучка поднялась над землей и описала небольшую изящную дугу.
— О господи! — изумленно воскликнул Снифф. — Она движется!
Тут уж и все остальные взобрались каждый на свою тучку и закричали: «А ну давай! Гоп!»
Тучки, словно большие послушные кролики, парили над землей. Ими можно было управлять — это открытие сделал Снорк. Легкий нажим одной ногой — поворот. Обеими ногами — полный вперед. Чуть покачаешь тучку — и она набирает высоту.
Все это было страшно занятно. Расхрабрившись, они взлетали до верхушек деревьев и даже на крышу Муми дома. А Муми тролль остановился на своей тучке перед окном Муми папы и громко крикнул: «Кукареку!» (Ему просто не пришло в голову ничего более умного, в таком восторге он был.) Муми папа выронил ручку и бросился к окну.
— Клянусь моим хвостом! — вырвалось у него. — Клянусь моим хвостом!
Больше он ничего не мог сказать.
— Из этого выйдет мировая глава для твоих мемуаров, — сказал Муми тролль и, подрулив к кухонному окну, позвал маму. Но Муми мама спешно готовила мясо с картошкой и луком, и ей было некогда.
— Что ты еще там придумал, золотко мое? — спросила она. — Смотри не упади!
А внизу в саду Снорк и Снусмумрик изобрели новую игру. Они с разгона сталкивались друг с другом, и кто сваливался на землю, тот проигрывал.
— Сейчас я тебе покажу! — кричал Снусмумрик, пришпоривая тучку. — А ну пошла!
Страница 3 из 33
