Первый снег пал на Муми дол хмурым утром. Он подкрался, густой и безмолвный, и за несколько часов выбелил всю долину.
Добавить в моё избранное
115 мин, 38 сек 14376
Их беспокойство все возрастало. Но в шляпе все было тихо.
— Все это ерунда, — сказал Снифф.
И как раз в это мгновение словарь иностранных слов начал съеживаться. Снифф от волнения укусил Хемуля за палец.
— Осторожно! — сердито сказал Хемуль. — Ты укусил меня за палец.
— Ой, прости, — сказал Снифф. — Я думал, это мой палец.
А словарь съеживался и съеживался. Его страницы походили теперь на увядшие листья. Иностранные слова вылезли из него и расползлись по полу.
— Это надо же! — сказал Муми тролль.
И вдруг что то произошло. С полей шляпы закапало. Полилось. Вода потоками выплескивалась на ковер, и иностранным словам пришлось искать спасения на стенах.
— Муравьиный лев превратился в воду, и все, — разочарованно сказал Снусмумрик.
— А мне кажется, это песок стал водой, — прошептал Снорк. — Сейчас появится и сам лев.
Снова потянулось невыносимое ожидание. Фрекен Снорк спрятала голову на груди Муми тролля, Снифф попискивал от страха. И вот на полях шляпы показался ежик — наверное, самый маленький ежик на свете. Весь взъерошенный, мокрый, он поводил носом во все стороны, подслеповато щуря глаза.
Несколько секунд в комнате стояла мертвая тишина. А потом Снусмумрик расхохотался. Когда он остановился перевести дух, остальные продолжили за него. Все не то что смеялись, а буквально ревели и катались от радости под столом. Не смеялся один только Хемуль. Он с удивлением поглядел на своих друзей и сказал:
— Да, но ведь мы и так знали, что муравьиный лев преобразится! Ума не приложу, чего вы всегда поднимаете столько шуму из за самых обыкновенных вещей.
А ежик тем временем с торжественным и чуточку печальным видом прошествовал к выходу и спустился с крыльца. Вода перестала лить из шляпы и лужей растеклась по полу веранды. А весь потолок кишел иностранными словами.
Когда о случившемся рассказали Муми папе и Муми маме, они отнеслись к происшествию очень серьезно и решили, что шляпу Волшебника надо уничтожить. Ее осторожно скатили вниз к реке и сбросили в воду.
— Теперь понятно, откуда взялись тучки и страшилище, — сказала Муми мама, стоя на берегу и глядя, как шляпа уплывает вниз по течению.
— А что, тучки то были мировые, — сказал несколько расстроенный Муми тролль. — Пускай бы их было еще больше.
— Ну да, а также воды и иностранных слов, — сказала Муми мама. — Боже, что стало с верандой! Ума не приложу, как теперь избавляться от этой ползучей мелюзги. Путается везде под ногами, и никакого порядка в доме!
— Все равно тучки были мировые, — упорствовал Муми тролль.
Вечером ему не спалось. Он лежал и смотрел в светлую июньскую ночь, полную одиноких криков, плясок и шороха крадущихся шагов. Благоухали цветы.
Снусмумрик еще не возвращался. В такие ночи он часто бродил один со своей губной гармошкой. Но в эту ночь его песен не было слышно. Наверное, он отправился в путешествие, делать какие нибудь открытия. Скоро он разобьет на речном берегу палатку и совсем перестанет ночевать дома… Муми тролль вздохнул. Ему было грустно, хотя тужить было не о чем.
Тут под окошком раздался негромкий свист, и сердце Муми тролля так и подпрыгнуло от радости. Он тихонько подошел к окну и выглянул наружу. Свист означал: совершенно секретно! Внизу у веревочной лестницы стоял Снусмумрик.
— Ты умеешь хранить тайны? — шепотом спросил он, когда Муми тролль спустился вниз.
Муми тролль с жаром потряс головой.
Снусмумрик склонился к нему и сказал еще тише:
— Шляпу вынесло на сушу, на песчаную отмель чуть ниже по реке.
В глазах Муми тролля сверкнул огонек.
— Ты согласен? — спросил Снусмумрик простым поднятием бровей.
— Еще бы! — отвечал Муми тролль чуть заметным шевелением ушей.
Словно тени, проскользнули они росистым садом к реке.
— Это за две излучины отсюда, — понизив голос, сказал Снусмумрик. — Собственно говоря, спасти ее — наш долг; вода, которая в нее затекает, становится красной. Все, кто живет вниз по течению, в ужас придут от этой жуткой воды.
— Нам следовало подумать об этом с самого начала, — сказал Муми тролль. Он был горд и рад, что ему довелось выйти вот так ночью вместе со Снусмумриком. Прежде Снусмумрик всегда уходил в свои ночные странствия один.
— Где то здесь, — сказал Снусмумрик. — В том месте, где в воде начинается темная полоса. Видишь?
— Не очень, — отвечал Муми тролль, который шел в полутьме, спотыкаясь на каждом шагу. — Я не так хорошо вижу ночью, как ты.
— Не представляю, как мы ее достанем, — размышлял вслух Снусмумрик, остановившись на берегу и глядя на реку. — Как жалко, что у твоего отца нет лодки.
Муми тролль задумался.
— Я не так уж плохо плаваю, — сказал он наконец. — Если только вода не слишком холодная.
— Куда тебе!
— Все это ерунда, — сказал Снифф.
И как раз в это мгновение словарь иностранных слов начал съеживаться. Снифф от волнения укусил Хемуля за палец.
— Осторожно! — сердито сказал Хемуль. — Ты укусил меня за палец.
— Ой, прости, — сказал Снифф. — Я думал, это мой палец.
А словарь съеживался и съеживался. Его страницы походили теперь на увядшие листья. Иностранные слова вылезли из него и расползлись по полу.
— Это надо же! — сказал Муми тролль.
И вдруг что то произошло. С полей шляпы закапало. Полилось. Вода потоками выплескивалась на ковер, и иностранным словам пришлось искать спасения на стенах.
— Муравьиный лев превратился в воду, и все, — разочарованно сказал Снусмумрик.
— А мне кажется, это песок стал водой, — прошептал Снорк. — Сейчас появится и сам лев.
Снова потянулось невыносимое ожидание. Фрекен Снорк спрятала голову на груди Муми тролля, Снифф попискивал от страха. И вот на полях шляпы показался ежик — наверное, самый маленький ежик на свете. Весь взъерошенный, мокрый, он поводил носом во все стороны, подслеповато щуря глаза.
Несколько секунд в комнате стояла мертвая тишина. А потом Снусмумрик расхохотался. Когда он остановился перевести дух, остальные продолжили за него. Все не то что смеялись, а буквально ревели и катались от радости под столом. Не смеялся один только Хемуль. Он с удивлением поглядел на своих друзей и сказал:
— Да, но ведь мы и так знали, что муравьиный лев преобразится! Ума не приложу, чего вы всегда поднимаете столько шуму из за самых обыкновенных вещей.
А ежик тем временем с торжественным и чуточку печальным видом прошествовал к выходу и спустился с крыльца. Вода перестала лить из шляпы и лужей растеклась по полу веранды. А весь потолок кишел иностранными словами.
Когда о случившемся рассказали Муми папе и Муми маме, они отнеслись к происшествию очень серьезно и решили, что шляпу Волшебника надо уничтожить. Ее осторожно скатили вниз к реке и сбросили в воду.
— Теперь понятно, откуда взялись тучки и страшилище, — сказала Муми мама, стоя на берегу и глядя, как шляпа уплывает вниз по течению.
— А что, тучки то были мировые, — сказал несколько расстроенный Муми тролль. — Пускай бы их было еще больше.
— Ну да, а также воды и иностранных слов, — сказала Муми мама. — Боже, что стало с верандой! Ума не приложу, как теперь избавляться от этой ползучей мелюзги. Путается везде под ногами, и никакого порядка в доме!
— Все равно тучки были мировые, — упорствовал Муми тролль.
Вечером ему не спалось. Он лежал и смотрел в светлую июньскую ночь, полную одиноких криков, плясок и шороха крадущихся шагов. Благоухали цветы.
Снусмумрик еще не возвращался. В такие ночи он часто бродил один со своей губной гармошкой. Но в эту ночь его песен не было слышно. Наверное, он отправился в путешествие, делать какие нибудь открытия. Скоро он разобьет на речном берегу палатку и совсем перестанет ночевать дома… Муми тролль вздохнул. Ему было грустно, хотя тужить было не о чем.
Тут под окошком раздался негромкий свист, и сердце Муми тролля так и подпрыгнуло от радости. Он тихонько подошел к окну и выглянул наружу. Свист означал: совершенно секретно! Внизу у веревочной лестницы стоял Снусмумрик.
— Ты умеешь хранить тайны? — шепотом спросил он, когда Муми тролль спустился вниз.
Муми тролль с жаром потряс головой.
Снусмумрик склонился к нему и сказал еще тише:
— Шляпу вынесло на сушу, на песчаную отмель чуть ниже по реке.
В глазах Муми тролля сверкнул огонек.
— Ты согласен? — спросил Снусмумрик простым поднятием бровей.
— Еще бы! — отвечал Муми тролль чуть заметным шевелением ушей.
Словно тени, проскользнули они росистым садом к реке.
— Это за две излучины отсюда, — понизив голос, сказал Снусмумрик. — Собственно говоря, спасти ее — наш долг; вода, которая в нее затекает, становится красной. Все, кто живет вниз по течению, в ужас придут от этой жуткой воды.
— Нам следовало подумать об этом с самого начала, — сказал Муми тролль. Он был горд и рад, что ему довелось выйти вот так ночью вместе со Снусмумриком. Прежде Снусмумрик всегда уходил в свои ночные странствия один.
— Где то здесь, — сказал Снусмумрик. — В том месте, где в воде начинается темная полоса. Видишь?
— Не очень, — отвечал Муми тролль, который шел в полутьме, спотыкаясь на каждом шагу. — Я не так хорошо вижу ночью, как ты.
— Не представляю, как мы ее достанем, — размышлял вслух Снусмумрик, остановившись на берегу и глядя на реку. — Как жалко, что у твоего отца нет лодки.
Муми тролль задумался.
— Я не так уж плохо плаваю, — сказал он наконец. — Если только вода не слишком холодная.
— Куда тебе!
Страница 8 из 33
