Когда это было — никто не помнит, но говорят, это было давно. Недалеко от одного на-нинского стойбища страшная великанша Калдяму поселилась. Качая своего младенца, она пела голосом, похожим на грохот отдаленного грома…
Добавить в моё избранное
17 мин, 22 сек 19850
Люди суетились, никак не могли подтянуть свои лодки на безопасное место: сумасшедшие волны не давали им этого.
— Анае, что делать, разобьет единственную лодку, как будем рыбу ловить? — заголосила рдна старуха, а за ней другие.
— Побежали помогать людям! — крикнула Носка мальчикам и первая бросилась к берегу.
За нею поспешил Калдямушка. Подхватит лодку, поднимет ее, как обыкновенное корыто, выльет воду и поставит далеко от берега. Быстро он все лодки перенес на безопасное место, даже лодку старухи Аякты, которую далеко в Амур унесло ветром, достал и поставил у самого порога ее дома. Люди сначала удивленно смотрели на Калдямушку, потом заулыбались, а когда он лодку старухи поставил около двери ее фанзы, веселый смех прокатился по берегу.
— Почему люди смеются, Носка? — обиженнно спросил добрый великан.
— Лодку надо ставить недалеко от берега, чтобы потом ее легче было столкнуть в воду. А на людей не обижайся, они любя смеются, — разъяснила Носка.
Наблюдала старая Аякта, как Калдямушка спасал лодки, и, довольная, сказала:
— Хороший, оказывается, этот Калдямушка. Зря я его боялась. Стал Калдямушка и в других делах людям помогать: то собак поможет кормить, а то и дров на зиму заготовит для всех.
Вот однажды решил он рыбы поймать. Попросил у отца Носки сети и отправился рыбу ловить. Небольшие речки ему по пути путь преградят — их перешагнет, пошире попадутся — перейдет вброд. Что ему перейти какую-то речку или залив, когда самые глубокие из них ему по колено!
Носке интересно было, как будет Калдямушка рыбу ловить: ведь он никогда не брал в руки сети.
Девочка потихоньку пошла за ним и, когда он выбрал место для лова, спряталась в траве.
Калдямушка выбрал широкий с узким устьем залив Карамчу. Вот он поставил сетку. Но как? Носку давит смех, она еле сдерживается, чтобы не выдать своего присутствия. Сеткой перегораживают залив или протоку, а Калдямушка поставил сеть вдоль устья залива. Разве поймаешь так рыбу? Будь Калдямушка опытным рыбаком, он бы перегородил сетью устье залива.
Вот он пошел гонять рыбу. Гонял, гонял, потом проверил сеть, а рыбы ни одной.
«Наверное, плохо гонял», — думает Калдямушка. Опять пошел погонять. Вернулся — а сеть пуста.
Разозлился молодой великан, давай рыть ил и перегораживать устье залива. Закончив работу, он нашел большую доску из старой выброшенной лодки и пошел по заливу. Идет и ногами и своей большой палкой разгребает воду, будто это снег, а не вода залива. От этого разгулялись волны, как в сильную бурю. Рыбу стало выбрасывать на берег. Калдямушка радостно засмеялся и стал собирать рыбу в большую вандаку — корзину, сделанную из лозы и корней тальника. Мелкая рыба осталась на мокром берегу.
«Мальки пропадут!» — испугалась Носка и выбежала из своего укрытия.
— Анае, так мелкую рыбу нельзя оставлять, Калдямушка, она быстро погибнет в такую жару. Давай ее будем выбрасывать в воду.
Когда всю мелкую рыбу они выбросили в воду, Носка научила Калдямушку правильно ставить сетку. И дамбу из ила и песка они разрушили: залив нельзя превращать в закрытое озеро: рыба в него не будет заходить.
А люди благодарили Калдямушку за рыбу. Крепко полюбили они мальчика-великана за его доброе сердце и умелые руки. Калдямушка научился со временем и охотиться: зверя и дичи убивал столько, чтобы прокормились люди стойбища, но чтобы тайга от этого не стала похожа на амбар бедного нани.
Так постепенно он своим человеком в стойбище стал, знакомым с обычаями нани. Да не сразу!
Однажды по нанинским стойбищам прошел тревожный слух, что между родами Губату и Пунади должна произойти большая битва. Говорили, что кто-то из рода Пунади сильно обидел кого-то из рода Губату — вот люди должны убивать друг друга из мести. Нани — мирные люди, они не любят убийства, некоторые дальние роды послали своих людей к Губату и Пунади. Но помирить их не удалось.
Услышала об этом и Носка, обратилась к старому сагдимди Сайде:
— Дама, милый, научи, что делать? Тот ответил:
— Ты ведь знаешь Вайкиного отца Алдангу? Он хороший манга: он добился мира между родами Сульдака и Лонки, когда они тоже хотели биться между собой из-за охотничьих угодий.
[Манга (ульчск.) — посредник в родовых спорах. ]
— Так его надо послать! — торопливо перебила Носка.
— Мы посылали, но они даже слушать его не захотели. Особенно Губату. Пусть своей кровью отвечают Пунади за нанесенную нам обиду, — говорят они.
— Значит, ничего нельзя сделать, дама?
— Выходит, так, моя маленькая.
— И пусть они убивают друг друга, а дети останутся сиротами?!
— Не знаю, ам, что можно сделать, — слабым голосом ответил старейший.
[Ам — ласковое обращение отца к ребенку. ]
Опечаленная Носка покинула фанзу старейшего сагдимди.
— Анае, что делать, разобьет единственную лодку, как будем рыбу ловить? — заголосила рдна старуха, а за ней другие.
— Побежали помогать людям! — крикнула Носка мальчикам и первая бросилась к берегу.
За нею поспешил Калдямушка. Подхватит лодку, поднимет ее, как обыкновенное корыто, выльет воду и поставит далеко от берега. Быстро он все лодки перенес на безопасное место, даже лодку старухи Аякты, которую далеко в Амур унесло ветром, достал и поставил у самого порога ее дома. Люди сначала удивленно смотрели на Калдямушку, потом заулыбались, а когда он лодку старухи поставил около двери ее фанзы, веселый смех прокатился по берегу.
— Почему люди смеются, Носка? — обиженнно спросил добрый великан.
— Лодку надо ставить недалеко от берега, чтобы потом ее легче было столкнуть в воду. А на людей не обижайся, они любя смеются, — разъяснила Носка.
Наблюдала старая Аякта, как Калдямушка спасал лодки, и, довольная, сказала:
— Хороший, оказывается, этот Калдямушка. Зря я его боялась. Стал Калдямушка и в других делах людям помогать: то собак поможет кормить, а то и дров на зиму заготовит для всех.
Вот однажды решил он рыбы поймать. Попросил у отца Носки сети и отправился рыбу ловить. Небольшие речки ему по пути путь преградят — их перешагнет, пошире попадутся — перейдет вброд. Что ему перейти какую-то речку или залив, когда самые глубокие из них ему по колено!
Носке интересно было, как будет Калдямушка рыбу ловить: ведь он никогда не брал в руки сети.
Девочка потихоньку пошла за ним и, когда он выбрал место для лова, спряталась в траве.
Калдямушка выбрал широкий с узким устьем залив Карамчу. Вот он поставил сетку. Но как? Носку давит смех, она еле сдерживается, чтобы не выдать своего присутствия. Сеткой перегораживают залив или протоку, а Калдямушка поставил сеть вдоль устья залива. Разве поймаешь так рыбу? Будь Калдямушка опытным рыбаком, он бы перегородил сетью устье залива.
Вот он пошел гонять рыбу. Гонял, гонял, потом проверил сеть, а рыбы ни одной.
«Наверное, плохо гонял», — думает Калдямушка. Опять пошел погонять. Вернулся — а сеть пуста.
Разозлился молодой великан, давай рыть ил и перегораживать устье залива. Закончив работу, он нашел большую доску из старой выброшенной лодки и пошел по заливу. Идет и ногами и своей большой палкой разгребает воду, будто это снег, а не вода залива. От этого разгулялись волны, как в сильную бурю. Рыбу стало выбрасывать на берег. Калдямушка радостно засмеялся и стал собирать рыбу в большую вандаку — корзину, сделанную из лозы и корней тальника. Мелкая рыба осталась на мокром берегу.
«Мальки пропадут!» — испугалась Носка и выбежала из своего укрытия.
— Анае, так мелкую рыбу нельзя оставлять, Калдямушка, она быстро погибнет в такую жару. Давай ее будем выбрасывать в воду.
Когда всю мелкую рыбу они выбросили в воду, Носка научила Калдямушку правильно ставить сетку. И дамбу из ила и песка они разрушили: залив нельзя превращать в закрытое озеро: рыба в него не будет заходить.
А люди благодарили Калдямушку за рыбу. Крепко полюбили они мальчика-великана за его доброе сердце и умелые руки. Калдямушка научился со временем и охотиться: зверя и дичи убивал столько, чтобы прокормились люди стойбища, но чтобы тайга от этого не стала похожа на амбар бедного нани.
Так постепенно он своим человеком в стойбище стал, знакомым с обычаями нани. Да не сразу!
Однажды по нанинским стойбищам прошел тревожный слух, что между родами Губату и Пунади должна произойти большая битва. Говорили, что кто-то из рода Пунади сильно обидел кого-то из рода Губату — вот люди должны убивать друг друга из мести. Нани — мирные люди, они не любят убийства, некоторые дальние роды послали своих людей к Губату и Пунади. Но помирить их не удалось.
Услышала об этом и Носка, обратилась к старому сагдимди Сайде:
— Дама, милый, научи, что делать? Тот ответил:
— Ты ведь знаешь Вайкиного отца Алдангу? Он хороший манга: он добился мира между родами Сульдака и Лонки, когда они тоже хотели биться между собой из-за охотничьих угодий.
[Манга (ульчск.) — посредник в родовых спорах. ]
— Так его надо послать! — торопливо перебила Носка.
— Мы посылали, но они даже слушать его не захотели. Особенно Губату. Пусть своей кровью отвечают Пунади за нанесенную нам обиду, — говорят они.
— Значит, ничего нельзя сделать, дама?
— Выходит, так, моя маленькая.
— И пусть они убивают друг друга, а дети останутся сиротами?!
— Не знаю, ам, что можно сделать, — слабым голосом ответил старейший.
[Ам — ласковое обращение отца к ребенку. ]
Опечаленная Носка покинула фанзу старейшего сагдимди.
Страница 3 из 5
