Железный Дровосек сидел на сверкающем железном троне в роскошном железном тронном зале своего сверкающего железного замка в Стране Мигунов, которая входит в Страну Оз. Рядом с ним на плетеном соломенном стуле сидел его давний друг Страшила…
Добавить в моё избранное
145 мин, 7 сек 11463
Железная Сова уселась на спинку другого кресла, а Медвежонок опустился на задние лапы в центре комнаты.
— Кажется, я припоминаю Джинджер, — прощебетала Канарейка. — Она, конечно, вряд ли может помочь нам — в магии она не разбирается. Разве что она укажет нам, как пройти к замку Глинды. Но она хорошая, честная и неглупая девушка. Я буду рада с ней увидеться.
— Все наши беды начались с моего желания навестить Нимми Эми и предложить ей руку и сердце, — сказал Железный Дровосек. — Я никого не виню, но это Бут мне подал идею.
— Лично я очень рада, что он это сделал, — отозвалась Канарейка. — Если бы вы не попали в замок госпожи Юп, я бы по-прежнему томилась в ее золотой клетке. Куда лучше быть на свободе, даже в виде Канарейки.
— Думаешь, мы снова когда-нибудь станем самими собой? — спросила Зеленая Мартышка.
Канарейка не сразу ответила на этот важный для всех вопрос.
— Я-то всегда считала, что на всякое колдовство есть другое колдовство, но госпожа Юп утверждала, что ее чары не развеять ничем. Во всяком случае, я на это не способна, хотя мне казалось, что феи воздуха могущественней земных волшебников. Но магия рода Юкуку сильно отличается от волшебства тех, кто населяет Страну Оз. Остается надеяться, что Глинде оно по плечу. Если она не поможет, нам суждено оставаться теми, кем мы стали.
— Быть Канарейкой не так уж плохо, — сказала Железная Сова, мигая круглыми глазами. — И если тебе удастся найти маму — Радугу, тебе не о чем будет беспокоиться.
— Ничего подобного! — воскликнул Бут. — Я-то понимаю, что на душе у Многоцветки. Одно дело быть прекрасной девушкой, и совсем другое — птичкой. Точно так же, как мальчиком быть куда приятнее, чем зеленой обезьяной. Пока мы не станем собой, нам не быть счастливыми.
— Я с тобой согласен, — откликнулся Медвежонок. — Что бы сказала моя подруга Лоскутушка, если бы увидела меня в этом четвероногом обличье?!
— Она бы хохотала до слез, — предположил Дровосек. — Мне со своей стороны придется отказаться от намерения жениться на Нимми Эми, но я постараюсь не очень огорчаться. Я хотел выполнить свой долг, но если этому помешает магия — что ж, буду порхать сам по себе.
Наступило молчание. Все так задумались о постигшем их несчастье, что никто не заметил, как в дом вошла Джинджер. Некоторое время она изумленно взирала на пришельцев, но затем удивление сменилось гневом. В ее любимом кресле развалилась какая-то Мартышка, на другое уселась Железная Сова, а на ковре расположился Медведь. Джинджер не заметила Канарейки, но, схватив метлу, ворвалась в комнату.
— А ну, брысь отсюда, дикие создания! Как вы смели войти в мой дом?!
Ловким ударом метлы она сбила Медвежонка. Железная Сова, не дожидаясь того же, вспорхнула и стала летать по комнате, грохоча крыльями и уворачиваясь от метлы. Зеленая Мартышка так перепугалась, что сиганула в камин, где, по счастью, не было огня, и попыталась вылезти через трубу. Но труба оказалась слишком узкой, и она вернулась назад. Так и сидела она в камине, перепачканная с головы до ног сажей и золой, и дрожала мелкой дрожью. Оттуда ей было хорошо видно и комнату, и хозяйку.
— Перестань, Джинджер, перестань! — завопил Медведь, когда над ним снова вознеслась метла. — Неужели ты меня не узнаешь? Я твой старый друг Страшила.
— Не валяй дурака, — отозвалась Джинджер. — Ты меня не проведешь. Разве я не вижу, что ты Медведь, и к тому же довольно убогий на вид.
— Это потому, что во мне маловато соломы, — пояснил Страшила. — Когда госпожа Юп превратила меня в Медведя, она не сообразила, что меня надо получше набить.
— Кто такая госпожа Юп? — спросила Джинджер, недоверчиво качая головой и не опуская метлу.
— Великанша из Страны Гилликинов.
— А! Теперь понятно. Значит, она тебя заколдовала? А ты Страшила?
— Был когда-то. Теперь я Медведь, и к тому же кое-как набитый. Железная Сова — это не кто иной, как Железный Дровосек, император Мигунов, а Зеленая Мартышка — мальчик Бут, с которым мы недавно познакомились.
— А я Многоцветка, дочь Радуги, — сообщила Канарейка, подлетая к Джинджер, — и меня тоже заколдовали.
— Ну и ну! — воскликнула Джинджер. — Великанша, видать, могучая и злая волшебница!
— Она из рода Юкуку, — пояснила Многоцветка. — Но нам удалось бежать из ее замка, и теперь мы держим путь к Глинде. Она должна нам помочь.
— В таком случае я приношу вам свои извинения, — сказала Джинджер, ставя метлу в угол. — Я-то приняла вас за диких нахальных животных. Добро пожаловать в мой дом. Жаль, что не могу вас расколдовать. Но мой дом к вашим услугам.
После этого заявления Медвежонок поднялся на ноги. Сова снова уселась на спинку кресла, а Мартышка вылезла из камина. Увидев Бута, Джинджер фыркнула:
— В жизни не видала такой черной Зеленой Мартышки. Ты замажешь мою чистенькую комнату сажей и золой.
— Кажется, я припоминаю Джинджер, — прощебетала Канарейка. — Она, конечно, вряд ли может помочь нам — в магии она не разбирается. Разве что она укажет нам, как пройти к замку Глинды. Но она хорошая, честная и неглупая девушка. Я буду рада с ней увидеться.
— Все наши беды начались с моего желания навестить Нимми Эми и предложить ей руку и сердце, — сказал Железный Дровосек. — Я никого не виню, но это Бут мне подал идею.
— Лично я очень рада, что он это сделал, — отозвалась Канарейка. — Если бы вы не попали в замок госпожи Юп, я бы по-прежнему томилась в ее золотой клетке. Куда лучше быть на свободе, даже в виде Канарейки.
— Думаешь, мы снова когда-нибудь станем самими собой? — спросила Зеленая Мартышка.
Канарейка не сразу ответила на этот важный для всех вопрос.
— Я-то всегда считала, что на всякое колдовство есть другое колдовство, но госпожа Юп утверждала, что ее чары не развеять ничем. Во всяком случае, я на это не способна, хотя мне казалось, что феи воздуха могущественней земных волшебников. Но магия рода Юкуку сильно отличается от волшебства тех, кто населяет Страну Оз. Остается надеяться, что Глинде оно по плечу. Если она не поможет, нам суждено оставаться теми, кем мы стали.
— Быть Канарейкой не так уж плохо, — сказала Железная Сова, мигая круглыми глазами. — И если тебе удастся найти маму — Радугу, тебе не о чем будет беспокоиться.
— Ничего подобного! — воскликнул Бут. — Я-то понимаю, что на душе у Многоцветки. Одно дело быть прекрасной девушкой, и совсем другое — птичкой. Точно так же, как мальчиком быть куда приятнее, чем зеленой обезьяной. Пока мы не станем собой, нам не быть счастливыми.
— Я с тобой согласен, — откликнулся Медвежонок. — Что бы сказала моя подруга Лоскутушка, если бы увидела меня в этом четвероногом обличье?!
— Она бы хохотала до слез, — предположил Дровосек. — Мне со своей стороны придется отказаться от намерения жениться на Нимми Эми, но я постараюсь не очень огорчаться. Я хотел выполнить свой долг, но если этому помешает магия — что ж, буду порхать сам по себе.
Наступило молчание. Все так задумались о постигшем их несчастье, что никто не заметил, как в дом вошла Джинджер. Некоторое время она изумленно взирала на пришельцев, но затем удивление сменилось гневом. В ее любимом кресле развалилась какая-то Мартышка, на другое уселась Железная Сова, а на ковре расположился Медведь. Джинджер не заметила Канарейки, но, схватив метлу, ворвалась в комнату.
— А ну, брысь отсюда, дикие создания! Как вы смели войти в мой дом?!
Ловким ударом метлы она сбила Медвежонка. Железная Сова, не дожидаясь того же, вспорхнула и стала летать по комнате, грохоча крыльями и уворачиваясь от метлы. Зеленая Мартышка так перепугалась, что сиганула в камин, где, по счастью, не было огня, и попыталась вылезти через трубу. Но труба оказалась слишком узкой, и она вернулась назад. Так и сидела она в камине, перепачканная с головы до ног сажей и золой, и дрожала мелкой дрожью. Оттуда ей было хорошо видно и комнату, и хозяйку.
— Перестань, Джинджер, перестань! — завопил Медведь, когда над ним снова вознеслась метла. — Неужели ты меня не узнаешь? Я твой старый друг Страшила.
— Не валяй дурака, — отозвалась Джинджер. — Ты меня не проведешь. Разве я не вижу, что ты Медведь, и к тому же довольно убогий на вид.
— Это потому, что во мне маловато соломы, — пояснил Страшила. — Когда госпожа Юп превратила меня в Медведя, она не сообразила, что меня надо получше набить.
— Кто такая госпожа Юп? — спросила Джинджер, недоверчиво качая головой и не опуская метлу.
— Великанша из Страны Гилликинов.
— А! Теперь понятно. Значит, она тебя заколдовала? А ты Страшила?
— Был когда-то. Теперь я Медведь, и к тому же кое-как набитый. Железная Сова — это не кто иной, как Железный Дровосек, император Мигунов, а Зеленая Мартышка — мальчик Бут, с которым мы недавно познакомились.
— А я Многоцветка, дочь Радуги, — сообщила Канарейка, подлетая к Джинджер, — и меня тоже заколдовали.
— Ну и ну! — воскликнула Джинджер. — Великанша, видать, могучая и злая волшебница!
— Она из рода Юкуку, — пояснила Многоцветка. — Но нам удалось бежать из ее замка, и теперь мы держим путь к Глинде. Она должна нам помочь.
— В таком случае я приношу вам свои извинения, — сказала Джинджер, ставя метлу в угол. — Я-то приняла вас за диких нахальных животных. Добро пожаловать в мой дом. Жаль, что не могу вас расколдовать. Но мой дом к вашим услугам.
После этого заявления Медвежонок поднялся на ноги. Сова снова уселась на спинку кресла, а Мартышка вылезла из камина. Увидев Бута, Джинджер фыркнула:
— В жизни не видала такой черной Зеленой Мартышки. Ты замажешь мою чистенькую комнату сажей и золой.
Страница 19 из 40
