В очень давние времена жил один царь. Сказывают, долго не женился, все выбирал себе жену подходящую. А кто долго выбирает — тот прогадает; кто под ноги не глядит — тот в болото угодит. Вот и этот царь, не ведавший что такое печаль, познал ее: жена ему досталась самая лютая.
Добавить в моё избранное
10 мин, 5 сек 7537
У нее от злости шелковые волосы превратятся в языки пламени, ты не отпускай. Хлещи ее камчой, покуда не скажет: «Я твоя, егет». Только дав тебе слово, она станет твоей. Тогда перекинь ее поперек седла, и мы умчимся.
Вот миновали они семь пустынь, добрались до волшебного сада. Разметав джинов в разные стороны, егет кинулся к зат от ой колыбели, где нежилась девушка, схватил ее за шелковые ват осы, начал стегать плеткой. Извивается она по змеиному, черная кровь так и брызжет, а волосы ее превратились в языки пламени. Но наш егет-батыр не отпускает. В конце концов обессилевшая дева джинов говорит ему:
— Похитил ты у меня яблоню, я стерпела. Курай похитил, тоже стерпела. Теперь меня забрать хочешь! Отпусти, егет, я ведь не человеческого рода, тебе не пара.
Егет продолжает хлестать ее. Только когда она вымолвила: «Я твоя, егет», он перекинул ее поперек седла и помчал коня обратно. Потом дружески распрощался с конем пустыни, пересел на лошадь табунщика, доехал до родных мест. С распростертыми объятьями встретила сестра брата и невестку. Таким образом, добыл парень и чудесную яблоню, и чудесный курай, и красавицу-жену. Но ведь чтобы жить, дом нужен, земли участок, а на то царское разрешение требуется. Видя, что муж невесел, дочь джинов заиграла на чудесном курае. Тотчас стаями слетелись джины. Одни дом рубят, другие сад разбивают, из ничего все сделали. Зажили они в свое удовотьствие.
Егет по-прежнему на охоту ходил. Как-то опять повстречался с царем.
— Человека увидишь один раз — встречный, два раза — знакомый, а три раза — уже сотрапезник. Поэтому, — говорит царь, — милости прошу к себе в гости.
Раз царь кланяется, приглашая в гости, как егету не согласиться. Вернувшись домой, рассказал об этом сестре и жене. Царь же сообщил своей злой жене:
— Пригласил в гости того самого егета. Промолчала недобрая женщина, ничего теперь сделать не может.
Наступило время ехать в гости. Егет взял с собой жену с сестрой. Жена его прихватила и курай, и яблоко с чудесной яблони. Предупредила:
— Поступайте так, как я буду поступать.
Вот пришли они в царский дворец, надо мимо Аклимы пройти.
— Плюйте!— приказывает им стражник-солдат. Дочь джинов прошла и не плюнула. Так же поступили и ее муж с сестрой. Об их неповиновении тотчас же было донесено царю.
— Ладно уж, гости ведь они, — говорит царь. — Хоть и нарушили мой указ, не плюнули, но пусть проходят.
Войдя во дворец, брат и сестра, как научила их дочь джинов, упросили царя привести сюда Аклиму.
Привели ее. Дочь джиннов дала ей съесть яблоко с чудесной яблони. Аклима сразу обрела свой прежний прекрасный облик. А старшая жена царя вместе со старухой-колдуньей растерялись, не знают что делать.
После того, как гости отведали царского угощения, дочь джинов объявила:
— Сейчас я вам покажу кое-что поучительное. — И заиграла на курае. В то же время на одной из стен дворца появилось изображение прошлой жизни Аклимы, ее детей-близнецов — девочки и мальчика, злой жены царя и старухи-колдуньи. Одна картина сменялась другой. Все оторопели от изумления. А старшая царская жена со старухой-колдуньей заметались я страхе туда-сюда. Подрались и, задыхаясь от злобы, превратились в черный дым. Лишь горечь дыма разъела царю глаза и вышибла слезы.
— Теперь все понял?— спросила Аклима.
— Понял все, Аклима, — ответил царь.
После этого зажили они, как сказывают, душа в душу.
Вот миновали они семь пустынь, добрались до волшебного сада. Разметав джинов в разные стороны, егет кинулся к зат от ой колыбели, где нежилась девушка, схватил ее за шелковые ват осы, начал стегать плеткой. Извивается она по змеиному, черная кровь так и брызжет, а волосы ее превратились в языки пламени. Но наш егет-батыр не отпускает. В конце концов обессилевшая дева джинов говорит ему:
— Похитил ты у меня яблоню, я стерпела. Курай похитил, тоже стерпела. Теперь меня забрать хочешь! Отпусти, егет, я ведь не человеческого рода, тебе не пара.
Егет продолжает хлестать ее. Только когда она вымолвила: «Я твоя, егет», он перекинул ее поперек седла и помчал коня обратно. Потом дружески распрощался с конем пустыни, пересел на лошадь табунщика, доехал до родных мест. С распростертыми объятьями встретила сестра брата и невестку. Таким образом, добыл парень и чудесную яблоню, и чудесный курай, и красавицу-жену. Но ведь чтобы жить, дом нужен, земли участок, а на то царское разрешение требуется. Видя, что муж невесел, дочь джинов заиграла на чудесном курае. Тотчас стаями слетелись джины. Одни дом рубят, другие сад разбивают, из ничего все сделали. Зажили они в свое удовотьствие.
Егет по-прежнему на охоту ходил. Как-то опять повстречался с царем.
— Человека увидишь один раз — встречный, два раза — знакомый, а три раза — уже сотрапезник. Поэтому, — говорит царь, — милости прошу к себе в гости.
Раз царь кланяется, приглашая в гости, как егету не согласиться. Вернувшись домой, рассказал об этом сестре и жене. Царь же сообщил своей злой жене:
— Пригласил в гости того самого егета. Промолчала недобрая женщина, ничего теперь сделать не может.
Наступило время ехать в гости. Егет взял с собой жену с сестрой. Жена его прихватила и курай, и яблоко с чудесной яблони. Предупредила:
— Поступайте так, как я буду поступать.
Вот пришли они в царский дворец, надо мимо Аклимы пройти.
— Плюйте!— приказывает им стражник-солдат. Дочь джинов прошла и не плюнула. Так же поступили и ее муж с сестрой. Об их неповиновении тотчас же было донесено царю.
— Ладно уж, гости ведь они, — говорит царь. — Хоть и нарушили мой указ, не плюнули, но пусть проходят.
Войдя во дворец, брат и сестра, как научила их дочь джинов, упросили царя привести сюда Аклиму.
Привели ее. Дочь джиннов дала ей съесть яблоко с чудесной яблони. Аклима сразу обрела свой прежний прекрасный облик. А старшая жена царя вместе со старухой-колдуньей растерялись, не знают что делать.
После того, как гости отведали царского угощения, дочь джинов объявила:
— Сейчас я вам покажу кое-что поучительное. — И заиграла на курае. В то же время на одной из стен дворца появилось изображение прошлой жизни Аклимы, ее детей-близнецов — девочки и мальчика, злой жены царя и старухи-колдуньи. Одна картина сменялась другой. Все оторопели от изумления. А старшая царская жена со старухой-колдуньей заметались я страхе туда-сюда. Подрались и, задыхаясь от злобы, превратились в черный дым. Лишь горечь дыма разъела царю глаза и вышибла слезы.
— Теперь все понял?— спросила Аклима.
— Понял все, Аклима, — ответил царь.
После этого зажили они, как сказывают, душа в душу.
Страница 3 из 3
