Девочка, облокотившись о деревянные, облупленные на солнце перила балкона, уткнув худенький подбородок в раскрытые ладони и расслабив плечи, смотрела вдаль с высоты тринадцатого этажа высотного дома.
Добавить в моё избранное
5 мин, 42 сек 1505
Неужто и он способен летать? И он тоже?
Девочка недоуменно посмотрела по сторонам. Ей еще не верилось, что её идиллия оказалась нарушенной. Но то, что открылось её взору мгновение спустя, больше не вызывало сомнений.
Правее, метрах в двадцати от нее, неторопливо поднимался чудной мужчина в распахнутой на груди рубахе и со взъерошенными волосами. Его сомнамбулическое выражение лица отражало покой и счастье.
Откуда-то из-под ног, чуть не сбив её, выскочил Пашка Еремин из 7-«А», отчаянный и задиристый хулиган. Он промчался мимо быстро, и девочка успела заметить только его дерзкую ухмылку и торчащую из кармана брюк резинку рогатки.
Потом в стороне проплыли вверх мальчик со скрипкой, девочка с куклой, пожилая женщина с авоськой, набитой разной снедью. И вот уже то тут, то там, из дымки, из пелены облаков выныривали разные люди, знакомые и незнакомые, и возносились всё выше и выше, выше и выше, исчезая из виду.
На руках усатых мужчин-кавказцев мимо пронеслись девочки со стадиона, ярко размалеванные и пестро одетые; какие-то мальчики в шлемах космонавтов; одна — две парочки влюбленных, беременная женщина, пьяный мужчина с бутылкой в руке и даже Розалия Львовна под руку с огромным культуристом. Тут же, злобно рыча, мимо неё промчалась иностранная машина, пролетел истребитель и, звоном оглашая всю округу, простучал по невидимым рельсам старый-престарый трамвай, пестро размалеванный, праздничный, веселый, увитый яркими цветными лентами, к которым на тонких ниточках были привязаны круглые и продолговатые воздушные шары. Как у того мальчика, которого она встретила здесь в первый раз.
Вскоре весь небосвод заполонили парящие существа, и бывшее некогда безбрежным пространство вдруг стало таким ограниченным, что девочка то и дело ощущала то слева, то справа толчки, пинки, тычки, иногда шальные подзатыльники.
А она всё поднималась и поднималась, с каждым продвижением осознавая, что лететь дальше, до бесконечности уже не сможет. Да, возможно, и нет её, этой самой бесконечности. И ежели на подлете к границе раздела земной атмосферы и невесомости такая теснота, какая бывает только в переполненном помещении дискотеки, то там, у края оболочки, несомненно, давка, словно в городском автобусе в час пик.
От такого представления девочку даже передернуло. К тому же на глаза вновь попалась Розалия Львовна с блаженной улыбкой на устах. Её появление явилось переполненной чашей терпения. Девочка брезгливо скривилась, вздрогнула вновь и почувствовала, как тело начинает наливаться свинцовой тяжестью. И как только она явственно ощутила шевеление фаланг пальцев рук и ног, как только кровь горячим потоком застучала в мозгу, сила тяготения вернула всё на круги своя: девочка сорвалась и понеслась вниз, стараясь не обращать внимания на скользившие оболочки, возносящиеся ввысь.
Не прошло и пяти секунд, как она рухнула на свой любимый диван с обивкой под мореный дуб и с облегчением распласталась на нем, широко раскинув руки и ноги.
С тех пор девочка больше никогда не летала.
Девочка недоуменно посмотрела по сторонам. Ей еще не верилось, что её идиллия оказалась нарушенной. Но то, что открылось её взору мгновение спустя, больше не вызывало сомнений.
Правее, метрах в двадцати от нее, неторопливо поднимался чудной мужчина в распахнутой на груди рубахе и со взъерошенными волосами. Его сомнамбулическое выражение лица отражало покой и счастье.
Откуда-то из-под ног, чуть не сбив её, выскочил Пашка Еремин из 7-«А», отчаянный и задиристый хулиган. Он промчался мимо быстро, и девочка успела заметить только его дерзкую ухмылку и торчащую из кармана брюк резинку рогатки.
Потом в стороне проплыли вверх мальчик со скрипкой, девочка с куклой, пожилая женщина с авоськой, набитой разной снедью. И вот уже то тут, то там, из дымки, из пелены облаков выныривали разные люди, знакомые и незнакомые, и возносились всё выше и выше, выше и выше, исчезая из виду.
На руках усатых мужчин-кавказцев мимо пронеслись девочки со стадиона, ярко размалеванные и пестро одетые; какие-то мальчики в шлемах космонавтов; одна — две парочки влюбленных, беременная женщина, пьяный мужчина с бутылкой в руке и даже Розалия Львовна под руку с огромным культуристом. Тут же, злобно рыча, мимо неё промчалась иностранная машина, пролетел истребитель и, звоном оглашая всю округу, простучал по невидимым рельсам старый-престарый трамвай, пестро размалеванный, праздничный, веселый, увитый яркими цветными лентами, к которым на тонких ниточках были привязаны круглые и продолговатые воздушные шары. Как у того мальчика, которого она встретила здесь в первый раз.
Вскоре весь небосвод заполонили парящие существа, и бывшее некогда безбрежным пространство вдруг стало таким ограниченным, что девочка то и дело ощущала то слева, то справа толчки, пинки, тычки, иногда шальные подзатыльники.
А она всё поднималась и поднималась, с каждым продвижением осознавая, что лететь дальше, до бесконечности уже не сможет. Да, возможно, и нет её, этой самой бесконечности. И ежели на подлете к границе раздела земной атмосферы и невесомости такая теснота, какая бывает только в переполненном помещении дискотеки, то там, у края оболочки, несомненно, давка, словно в городском автобусе в час пик.
От такого представления девочку даже передернуло. К тому же на глаза вновь попалась Розалия Львовна с блаженной улыбкой на устах. Её появление явилось переполненной чашей терпения. Девочка брезгливо скривилась, вздрогнула вновь и почувствовала, как тело начинает наливаться свинцовой тяжестью. И как только она явственно ощутила шевеление фаланг пальцев рук и ног, как только кровь горячим потоком застучала в мозгу, сила тяготения вернула всё на круги своя: девочка сорвалась и понеслась вниз, стараясь не обращать внимания на скользившие оболочки, возносящиеся ввысь.
Не прошло и пяти секунд, как она рухнула на свой любимый диван с обивкой под мореный дуб и с облегчением распласталась на нем, широко раскинув руки и ноги.
С тех пор девочка больше никогда не летала.
Страница 2 из 2
