Было так или не было — жил-был один дровосек, и был у него осёл. Ежедневно гонял дровосек осла в пустыню, нагружал его хворостом и колючками — словом, целый день заставлял его трудиться, а вечером бросал ему охапку грубой соломы. Измучился осёл от такой жизни, и стал он думать о том, как бы из рук дровосека. Ума у него хватило только на то, чтобы не есть и притвориться больным.
Добавить в моё избранное
6 мин, 3 сек 17541
Однажды вечером воротился осёл из степи усталый и измученный, не стал есть соломы и упал на землю. Утром дровосек пришёл за ослом, увидел его в таком состоянии и опечалился. «Эх, заболел мой осёл, — горевал дровосек, — дела мои теперь совсем встанут».
Тут он ещё раз взглянул на осла, видит, тот совсем на земле распластался. «Непохоже, чтобы осёл скоро поправился, — сказал дровосек себе, — а держать больного осла мне не по средствам, да он уж, видимо, своё отслужил, сил у него больше не осталось. Лучше подниму его пинками и прогоню прочь!»
Тут дровосек заставил осла подняться, осмотрел его: видит, бедняга совсем отощал. Почесла он бороду, поразмыслил и решил, что осёл уж больше никуда не годен. Пинками он заставил осла выйти из конюшни с помощью своих родственников и соседей дотащил его до пустыни и отпустил на все четыре стороны.
Осёл очень этому обрадовался. Побрёл он по пустыне. Шёл, шёл и наконец дошёл до какого-то леса, а на опушке леса был хороший луг. Шло время, осёл с каждым днём становился всё глаже и жирнее и наконец так окреп, что никто бы не узнал в нём прежнего осла.
Однажды пасся он на лугу, пощипывал с удовольствием траву. Тут вдруг, откуда не возмись, вышел из леса лев и страшно зарычал. Как услышал осёл этот рёв, едва не умер от страха.
«Что мне делать, как быть? — думает он. — Может, бросить всё и удрать? А вдруг натолкнусь на того, кто так рычит? Может, лучше остаться? Но тогда боюсь, лев или тигр, или другой хищник бросится и съест меня!»
Но потом осёл сказал себе: «Ведь и у меня есть голос, заору-ка я и напугаю врага!»
Изо всей силы, какая только была у него, осёл принялся орать, да так, что крик его разнёсся по всему лесу и долетел до льва.
Что скрывать, лев тоже испугался и сказал себе: «О господи, до сих пор я думал, что нет голоса громче и зычнее, чем у меня, но вот голос во сто раз сильнее и зычнее! А вдруг, спаси Аллах, этот зверь и сам окажется сильнее и крупнее меня? И зачем я только в этот лес пришёл!»
Словом, лев тоже струсил, растерялся, стоит, размышляет: «Остаться мне, — думает, — или уйти? Как быть, что делать?»
Итак, в одном конце леса осёл, а в другом лев дрожали от испуга истраха, и как-то очутились они друг перед другом. Осёл понял, что это — лев. Он страшно испугался, но не растерялся и не выдал себя. А лев не догадался, что перед ним — осёл. Он только увидел, что перед ним стоит большое стройное животное. Стал он размышлять: «Кем бы мог быть этот зверь?»
Хотел лев обратно повернуть — боится: вдруг этот зверь сзади на него бросится! Ничего лучше не придумал, подошёл к ослу и поздоровался с ним вежливо и почтительно, поцеловал перед ослом землю. Осёл тут сообразил, что лев боится его, тоже поздоровался и говорит:
— Как ты осмелился самовольно прийти сюда? Кто ты такой, как тебя звать?
Лев ответил:
— Я лев, пришёл сюда служить тебе, быть твоим слугой!
— А я тоже лев, лев-охотник. Я возьму тебя в слуги, но знай, если ты провинишься три раза, сделаешь что-нибудь дурное, я тебе живот распорю и потроха выну!
— Путсть будет так! — ответил лев.
Стали лев и осёл жить вместе. Но осёл всё время раздумывал, как бы ему избавиться от льва.
Однажды он сказал:
— О лев, я хочу поспать немного, а ты стой рядом и охраняй меня!
Сказал это осёл и лёг спать. Он надеялся, что, когда он заснёт, лев удерёт. По правде сказать, лев тоже думал удрать, но испугался, что опять попадёт в лапы осла.
Лежит осёл, будто дремлет. Вдруг ему на лоб села муха. Лев засуетился, подскочил, осторожно кончиком хвоста согнал муху и всячески её обругал. Но тут осёл начал вопить и орать:
— Кто тебе велел прогонять муху, которая очищала мою кровь? Смтотри же, берегись, вот твой первый проступок! Горе тебе, если ты провинишься во второй и третий раз.
— Прости меня, — взмолися лев, — я ошибся, больше я не сделаю ничего подобного!
— Ну что ж, посмотрим, — сказал осёл.
На следующий день осёл, а за ним лев шли по лесу и попалось им на пути болото.
Осёл нечаянно ступил на топкое место, увяз и утонул бы, но тут лев быстро бросился к нему, подхватил его и вытащил. А осёл опять давай вопить и орать:
— Какой ты нахал! Суёшь свой нос во все дела! Сам я не смогу из болота, что ли? Да знаешь ли ты, что здесь могила моего отца, да блгословит его Аллах! Я вспомнил его и хотел для облегчения его души прочесть молитву у могилы, а ты не дал мне сделать этого! Смотри же, счёт в твоих руках — ведь это второй твой проступок. Горе тебе, если ты совершишь третий!
После этого прошло два или три дня. Оба они, и осёл и лев, от страха друг перед другом дрожали и неотступно следили один за другим. Как-то направились они к реке. Осёл увидел воду и почуствовал, что он изнывает от жажды. Вошёл он в реку напиться воды, да как-то поскользнулся, течение подхватило его и понесло.
Тут он ещё раз взглянул на осла, видит, тот совсем на земле распластался. «Непохоже, чтобы осёл скоро поправился, — сказал дровосек себе, — а держать больного осла мне не по средствам, да он уж, видимо, своё отслужил, сил у него больше не осталось. Лучше подниму его пинками и прогоню прочь!»
Тут дровосек заставил осла подняться, осмотрел его: видит, бедняга совсем отощал. Почесла он бороду, поразмыслил и решил, что осёл уж больше никуда не годен. Пинками он заставил осла выйти из конюшни с помощью своих родственников и соседей дотащил его до пустыни и отпустил на все четыре стороны.
Осёл очень этому обрадовался. Побрёл он по пустыне. Шёл, шёл и наконец дошёл до какого-то леса, а на опушке леса был хороший луг. Шло время, осёл с каждым днём становился всё глаже и жирнее и наконец так окреп, что никто бы не узнал в нём прежнего осла.
Однажды пасся он на лугу, пощипывал с удовольствием траву. Тут вдруг, откуда не возмись, вышел из леса лев и страшно зарычал. Как услышал осёл этот рёв, едва не умер от страха.
«Что мне делать, как быть? — думает он. — Может, бросить всё и удрать? А вдруг натолкнусь на того, кто так рычит? Может, лучше остаться? Но тогда боюсь, лев или тигр, или другой хищник бросится и съест меня!»
Но потом осёл сказал себе: «Ведь и у меня есть голос, заору-ка я и напугаю врага!»
Изо всей силы, какая только была у него, осёл принялся орать, да так, что крик его разнёсся по всему лесу и долетел до льва.
Что скрывать, лев тоже испугался и сказал себе: «О господи, до сих пор я думал, что нет голоса громче и зычнее, чем у меня, но вот голос во сто раз сильнее и зычнее! А вдруг, спаси Аллах, этот зверь и сам окажется сильнее и крупнее меня? И зачем я только в этот лес пришёл!»
Словом, лев тоже струсил, растерялся, стоит, размышляет: «Остаться мне, — думает, — или уйти? Как быть, что делать?»
Итак, в одном конце леса осёл, а в другом лев дрожали от испуга истраха, и как-то очутились они друг перед другом. Осёл понял, что это — лев. Он страшно испугался, но не растерялся и не выдал себя. А лев не догадался, что перед ним — осёл. Он только увидел, что перед ним стоит большое стройное животное. Стал он размышлять: «Кем бы мог быть этот зверь?»
Хотел лев обратно повернуть — боится: вдруг этот зверь сзади на него бросится! Ничего лучше не придумал, подошёл к ослу и поздоровался с ним вежливо и почтительно, поцеловал перед ослом землю. Осёл тут сообразил, что лев боится его, тоже поздоровался и говорит:
— Как ты осмелился самовольно прийти сюда? Кто ты такой, как тебя звать?
Лев ответил:
— Я лев, пришёл сюда служить тебе, быть твоим слугой!
— А я тоже лев, лев-охотник. Я возьму тебя в слуги, но знай, если ты провинишься три раза, сделаешь что-нибудь дурное, я тебе живот распорю и потроха выну!
— Путсть будет так! — ответил лев.
Стали лев и осёл жить вместе. Но осёл всё время раздумывал, как бы ему избавиться от льва.
Однажды он сказал:
— О лев, я хочу поспать немного, а ты стой рядом и охраняй меня!
Сказал это осёл и лёг спать. Он надеялся, что, когда он заснёт, лев удерёт. По правде сказать, лев тоже думал удрать, но испугался, что опять попадёт в лапы осла.
Лежит осёл, будто дремлет. Вдруг ему на лоб села муха. Лев засуетился, подскочил, осторожно кончиком хвоста согнал муху и всячески её обругал. Но тут осёл начал вопить и орать:
— Кто тебе велел прогонять муху, которая очищала мою кровь? Смтотри же, берегись, вот твой первый проступок! Горе тебе, если ты провинишься во второй и третий раз.
— Прости меня, — взмолися лев, — я ошибся, больше я не сделаю ничего подобного!
— Ну что ж, посмотрим, — сказал осёл.
На следующий день осёл, а за ним лев шли по лесу и попалось им на пути болото.
Осёл нечаянно ступил на топкое место, увяз и утонул бы, но тут лев быстро бросился к нему, подхватил его и вытащил. А осёл опять давай вопить и орать:
— Какой ты нахал! Суёшь свой нос во все дела! Сам я не смогу из болота, что ли? Да знаешь ли ты, что здесь могила моего отца, да блгословит его Аллах! Я вспомнил его и хотел для облегчения его души прочесть молитву у могилы, а ты не дал мне сделать этого! Смотри же, счёт в твоих руках — ведь это второй твой проступок. Горе тебе, если ты совершишь третий!
После этого прошло два или три дня. Оба они, и осёл и лев, от страха друг перед другом дрожали и неотступно следили один за другим. Как-то направились они к реке. Осёл увидел воду и почуствовал, что он изнывает от жажды. Вошёл он в реку напиться воды, да как-то поскользнулся, течение подхватило его и понесло.
Страница 1 из 2
