Семеро братьев

Отец и братья усердно трудились, но жили очень бедно. Почти весь урожай с их поля забирал себе Ли Чон Сын — владелец земли. Этот Ли Чон Сын был настолько жаден, что, когда в его амбарах с девяносто девятью закромами находилось свободное местечко, он выдумывал предлог и отбирал у крестьян их рис.

Рассказывают, что в одну из ноябрьских ночей, когда в Корее дуют холодные ветры и кружат метели, отец семерых братьев слег от голода. В ту ночь он позвал семерых своих сыновей, усадил их рядом и сказал:

— Все годы я жил в бедности и печали и не дал вам даже имен. Да и на что имя сыну простого землепашца?! Но вы, сынки мои, разумны, и каждый из вас наделен чудесными способностями. Поэтому решил я дать вам имена: Первому сыну — «Далеко, а все слышу», Второму — «Высоко, а мне низко», Третьему — «Без ключа открою», Четвертому — «Горячо, а мне холодно», Пятому — «Сруби — снова отрасту», Шестому — «Тяжелое мне легко», Седьмому — «Бей — мне не больно».

Отец умер, и братья собрались устроить похороны, но в доме не нашлось ни гроша денег, ни щепотки рису. «Как быть?» — думали братья. Весь рис, выращенный ими в поте лица, был ссыпан в помещичьи амбары. И братья решили взять обратно рис, отнятый у них помещиком.

«Высоко, а мне низко», «Тяжелое мне легко» и«Без ключа открою» направились к дому помещика. Помещичий дом с черепичной, похожей на спину кита крышей окружала высокая стена. Но«Высоко, а мне низко» налег на эту стену, и она превратилась в низенькую ограду. Подошел«Высоко, а мне низко» с братьями к амбару и видит: заперт амбар на железный замок.«Без ключа открою» потрогал замок, и тот сразу сам открылся. Братья растворили железные двери, вошли в амбар, взяли сколько им было надо рису, взвалили мешки на«Тяжелое мне легко» и вернулись домой. Теперь они смогли устроить похороны отца.

Прошло несколько дней. Ли Чон Сын узнал, что из его амбара пропал рис, и глаза у него от ярости чуть не вылезли на лоб. Разослал он по всем деревням слуг. Те стали расспрашивать людей, вопрошать шамана и узнали наконец, что рис взяли семеро братьев. Но об этих розысках проведал «Далеко, а все слышу». Он оставил дома только «Бей — мне не больно», а сам с остальными братьями скрылся.

Ли Чон Сын ворвался в дом к братьям, перевернул все вверх дном, но из семерых нашел только одного — «Бей — мне не больно». Захлебываясь от злости, помещик приказал его выпороть. И вот «Бей — мне не больно» стали бить с утра до вечера, но сколько его ни пороли, ему хоть бы что, боли он не чувствовал и не сказал, куда скрылись братья.

Когда Ли Чон Сын понял, что «Бей — мне не больно» ничего не скажет, он заточил его в темницу, чтобы утром сжечь на костре.

Об этом узнал «Далеко, а все слышу» и отправил в дом помещика«Горячо, а мне холодно» и«Без ключа открою». Зная, что младшему брату грозит опасность, они шагали очень быстро и до рассвета подошли к дому Ли Чон Сына. «Без ключа открою» бесшумно отворил железные двери, выпустил«Бей — мне не больно», а вместо него оставил «Горячо, а мне холодно».

На следующее утро Ли Чон Сын приказал своим слугам сложить из поленьев целую гору, посадить на нее вора и поджечь дрова. Дрова загорелись, и вскоре забушевало море огня.

Когда поленья сгорели и пламя спало, все увидели живого и невредимого «Горячо, а мне холодно». Он стоял среди горячих углей и, весь дрожа, приговаривал:

— Эге, вот это холод!

Ли Чон Сын и его слуги пришли в изумление. Наутро они решили сбросить «Горячо, а мне холодно» с высокого обрыва.

«Далеко, а все слышу» узнал об этом и на сей раз послал в дом Ли Чон Сына«Высоко, а мне низко» и«Без ключа открою». Братья освободили из темницы «Горячо, а мне холодно», а вместо него оставили «Высоко, а мне низко».

На следующий день Ли Чон Сын приказал слугам сбросить вора в пропасть глубиной в десятки кил.

[Кил-мера длины, равная примерно 30 см.]

Те толкнули его, но «Высоко, а мне низко» шагнул — и спокойно сошел вниз с обрыва. Увидели это Ли Чон Сын и его слуги, и от страха тело у них покрылось гусиной кожей, а лица стали такими бледными, как листы белой бумаги.

Задумал тогда Ли Чон Сын согнать назавтра людей и на глазах у всех отрубить «Высоко, а мне низко» голову. Но братья, узнав об этом, ничуть не испугались. Вместо«Высоко, а мне низко» они оставили в темнице«Сруби — снова отрасту».

Утром Ли Чон Сын стал хвастаться перед людьми:

— Эй, смотрите хорошенько! Этот вор совершил неслыханную кражу, и я сейчас отрублю ему голову.

«Сруби — снова отрасту» обезглавили, но на туловище его тотчас же выросла новая голова, а к отсеченной голове приросло новое туловище. Вместо одного«Сруби — снова отрасту» стало двое, а из двух — четверо, из четверых — восьмеро. Вскоре бесчисленное множество«Сруби — снова отрасту» с криком бросились на Ли Чон Сына и его стражников, выхватили у них мечи и, как траву, скосили им головы.