Темным зимним днем, когда над лондонскими улицами навис такой густой и вязкий туман, что фонари не тушили и они горели, как ночью, а в магазинах зажгли газ, по широким мостовым медленно катил кэб, в котором рядом с отцом сидела странная девочка.
Добавить в моё избранное
257 мин, 43 сек 7745
— Вам нравится, мисс Сара? — спросила она. — Нравится?
— Нравится?! — вскричала Сара. — Бекки, милая, неужели ты сама это сделала?
Бекки радостно всхлипнула, на глазах у нее выступили слезы восторга.
— Это всего-то фланель, мисс, и то не новая, только мне хотелось вам что-то подарить, вот я ночами и смастерила. Вы уж «вообразите», что подушечка шелковая, а булавки бриллиантовые. Я тоже старалась это «вообразить», когда ее шила.
И с сомнением прибавила:
— А карточка, мисс… Ничего, что я ее из корзины для мусора вынула? Мисс Амелия ее выбросила. Своей-то карточки у меня нет, а подарок не подарок, если к нему карточку не пришпилишь, я знаю — вот я и пришпилила мисс Амелию.
Сара бросилась к ней и обняла. В горле у нее стоял комок — почему, она и сама не знала.
— Ах, Бекки! — вскричала она с каким-то странным смехом. — Ты просто прелесть, Бекки! Я так тебя люблю! Да-да, люблю!
— О мисс, — взволнованно прошептала Бекки. — Спасибо, мисс, большое спасибо! Только подарок того не стоит. Фланель-то… не новая.
Когда в тот день Сара ступила в украшенную ветками остролиста классную, ее сопровождала целая процессия. Мисс Минчин в парадном шелковом платье вела Сару за руку. За ней следовал лакей с коробкой, в которой лежала Последняя Кукла, затем служанка еще с одной коробкой, а замыкала шествие Бекки в чистом фартуке и новом чепце и с третьей коробкой в руках. Сара предпочла бы войти как обычно, но мисс Минчин послала за ней, чтобы высказать ей свое пожелание.
— Это не просто день рождения, — возвестила она. — И я хочу, чтобы все это поняли.
Вот почему Сару ввели в классную с такой торжественностью. Она оробела, увидев, что старшие девочки при ее появлении принялись толкать друг друга локтями, а младшие радостно заерзали. По классу пронесся сдержанный гул.
— Тише! — сказала мисс Минчин. — Джеймс, поставь коробку на стол и сними крышку. Эмма, а ты поставь свою на стул. — И вдруг строго прикрикнула: — Бекки!
От волнения Бекки совсем забыла, где она находится, и улыбнулась Лотти, которая в радостном предвкушении вертелась на скамейке. Услышав окрик, Бекки вздрогнула и чуть не уронила коробку; извиняясь, она так боязливо и неловко присела, что Лавиния и Джесси захихикали.
— Ты забываешься, — произнесла мисс Минчин. — Ты не должна смотреть на барышень. Поставь коробку!
Бекки поспешила повиноваться и с испуганным видом попятилась к двери.
— Можете идти, — объявила мисс Минчин слугам, величественно махнув рукой.
Бекки скромно посторонилась, пропуская вперед старших слуг. Не удержавшись, она бросила взгляд на коробку, стоящую на столе. Что-то голубое, атласное сквозило из-под папиросной бумаги.
— Мисс Минчин, — внезапно сказала Сара, — вы не позволите Бекки остаться?
Это был смелый поступок. От неожиданности мисс Минчин чуть не подпрыгнула. Потом поднесла к глазам лорнет и с тревогой вгляделась в свою первую ученицу.
— Бекки?! — повторила она. — Сара, милая!
Сара шагнула к ней.
— Я прошу вас об этом, потому что знаю: ей хочется посмотреть на подарки, — пояснила она. — Она ведь тоже девочка, правда?
Мисс Минчин была шокирована. Она посмотрела на Сару, а потом на Бекки.
— Милая Сара, — сказала она. — Бекки — судомойка. А судомойки… э-э… не девочки.
Мисс Минчин никогда и в голову не приходило, что это не так. В ее глазах судомойки были машинами, которые существовали для того, чтобы мыть посуду, таскать ящики с углем и разжигать огонь.
— Но Бекки — девочка, — возразила Сара. — И я знаю, что ей это будет приятно. Прошу вас, позвольте ей остаться — в честь моего дня рождения.
— Что ж, извольте, — отвечала мисс Минчин с достоинством. — Пусть остается! Ребекка, поблагодари мисс Сару за ее доброту.
Бекки стояла в углу возле двери и нервно теребила край фартука. Она приблизилась, присела и пробормотала слова благодарности; на миг она встретилась глазами с Сарой: в них мелькнуло дружеское понимание.
— Ах, мисс! Я так благодарна, мисс! Мне правда так хотелось взглянуть на куклу! Спасибо, мисс! И вам спасибо, сударыня… — прибавила Бекки испуганно, оборачиваясь к мисс Минчин и делая реверанс. — Спасибо, что вы мне позволили остаться.
Мисс Минчин снова махнула рукой — на этот раз в направлении двери.
— Встань вон там в углу, — распорядилась она. — И не подходи близко к барышням.
Бекки с улыбкой повиновалась. Ей было решительно все равно, где стоять, только бы не уходить на кухню, а остаться здесь, в классной. Мисс Минчин грозно откашлялась и снова заговорила.
— А теперь, девицы, я хочу сказать вам несколько слов, — провозгласила она.
— Она будет речь говорить, — шепнула одна из учениц. — Хоть бы покороче!
Саре стало не по себе. Это был ее день рождения, вполне возможно, что и речь будет посвящена ей.
— Нравится?! — вскричала Сара. — Бекки, милая, неужели ты сама это сделала?
Бекки радостно всхлипнула, на глазах у нее выступили слезы восторга.
— Это всего-то фланель, мисс, и то не новая, только мне хотелось вам что-то подарить, вот я ночами и смастерила. Вы уж «вообразите», что подушечка шелковая, а булавки бриллиантовые. Я тоже старалась это «вообразить», когда ее шила.
И с сомнением прибавила:
— А карточка, мисс… Ничего, что я ее из корзины для мусора вынула? Мисс Амелия ее выбросила. Своей-то карточки у меня нет, а подарок не подарок, если к нему карточку не пришпилишь, я знаю — вот я и пришпилила мисс Амелию.
Сара бросилась к ней и обняла. В горле у нее стоял комок — почему, она и сама не знала.
— Ах, Бекки! — вскричала она с каким-то странным смехом. — Ты просто прелесть, Бекки! Я так тебя люблю! Да-да, люблю!
— О мисс, — взволнованно прошептала Бекки. — Спасибо, мисс, большое спасибо! Только подарок того не стоит. Фланель-то… не новая.
Когда в тот день Сара ступила в украшенную ветками остролиста классную, ее сопровождала целая процессия. Мисс Минчин в парадном шелковом платье вела Сару за руку. За ней следовал лакей с коробкой, в которой лежала Последняя Кукла, затем служанка еще с одной коробкой, а замыкала шествие Бекки в чистом фартуке и новом чепце и с третьей коробкой в руках. Сара предпочла бы войти как обычно, но мисс Минчин послала за ней, чтобы высказать ей свое пожелание.
— Это не просто день рождения, — возвестила она. — И я хочу, чтобы все это поняли.
Вот почему Сару ввели в классную с такой торжественностью. Она оробела, увидев, что старшие девочки при ее появлении принялись толкать друг друга локтями, а младшие радостно заерзали. По классу пронесся сдержанный гул.
— Тише! — сказала мисс Минчин. — Джеймс, поставь коробку на стол и сними крышку. Эмма, а ты поставь свою на стул. — И вдруг строго прикрикнула: — Бекки!
От волнения Бекки совсем забыла, где она находится, и улыбнулась Лотти, которая в радостном предвкушении вертелась на скамейке. Услышав окрик, Бекки вздрогнула и чуть не уронила коробку; извиняясь, она так боязливо и неловко присела, что Лавиния и Джесси захихикали.
— Ты забываешься, — произнесла мисс Минчин. — Ты не должна смотреть на барышень. Поставь коробку!
Бекки поспешила повиноваться и с испуганным видом попятилась к двери.
— Можете идти, — объявила мисс Минчин слугам, величественно махнув рукой.
Бекки скромно посторонилась, пропуская вперед старших слуг. Не удержавшись, она бросила взгляд на коробку, стоящую на столе. Что-то голубое, атласное сквозило из-под папиросной бумаги.
— Мисс Минчин, — внезапно сказала Сара, — вы не позволите Бекки остаться?
Это был смелый поступок. От неожиданности мисс Минчин чуть не подпрыгнула. Потом поднесла к глазам лорнет и с тревогой вгляделась в свою первую ученицу.
— Бекки?! — повторила она. — Сара, милая!
Сара шагнула к ней.
— Я прошу вас об этом, потому что знаю: ей хочется посмотреть на подарки, — пояснила она. — Она ведь тоже девочка, правда?
Мисс Минчин была шокирована. Она посмотрела на Сару, а потом на Бекки.
— Милая Сара, — сказала она. — Бекки — судомойка. А судомойки… э-э… не девочки.
Мисс Минчин никогда и в голову не приходило, что это не так. В ее глазах судомойки были машинами, которые существовали для того, чтобы мыть посуду, таскать ящики с углем и разжигать огонь.
— Но Бекки — девочка, — возразила Сара. — И я знаю, что ей это будет приятно. Прошу вас, позвольте ей остаться — в честь моего дня рождения.
— Что ж, извольте, — отвечала мисс Минчин с достоинством. — Пусть остается! Ребекка, поблагодари мисс Сару за ее доброту.
Бекки стояла в углу возле двери и нервно теребила край фартука. Она приблизилась, присела и пробормотала слова благодарности; на миг она встретилась глазами с Сарой: в них мелькнуло дружеское понимание.
— Ах, мисс! Я так благодарна, мисс! Мне правда так хотелось взглянуть на куклу! Спасибо, мисс! И вам спасибо, сударыня… — прибавила Бекки испуганно, оборачиваясь к мисс Минчин и делая реверанс. — Спасибо, что вы мне позволили остаться.
Мисс Минчин снова махнула рукой — на этот раз в направлении двери.
— Встань вон там в углу, — распорядилась она. — И не подходи близко к барышням.
Бекки с улыбкой повиновалась. Ей было решительно все равно, где стоять, только бы не уходить на кухню, а остаться здесь, в классной. Мисс Минчин грозно откашлялась и снова заговорила.
— А теперь, девицы, я хочу сказать вам несколько слов, — провозгласила она.
— Она будет речь говорить, — шепнула одна из учениц. — Хоть бы покороче!
Саре стало не по себе. Это был ее день рождения, вполне возможно, что и речь будет посвящена ей.
Страница 19 из 70
