— Не буду я подметать! — крикнула Анна. — Не буду, и все! Это ниже моего достоинства.
Добавить в моё избранное
198 мин, 52 сек 8528
Страх яиц шел у него из самого нутра — огромным прыжком Руггедо перескочил с трона на середину зала и отбежал в дальний угол.
Яйца покатились в том же направлении, следуя за ним медленно, но неуклонно. Руггедо швырнул в них сначала скипетр, потом свою рубиновую корону, стащил с ног тяжелые золотые башмаки — и их тоже швырнул в надвигающиеся яйца. Но те уворачивались от всех снарядов и подкатывались все ближе и ближе. Король стоял весь дрожа, с глазами, расширенными от ужаса, пока яйца не оказались от него в каком-нибудь шаге, — тут он прыгнул, перелетел через них и, едва приземлившись, опрометью кинулся по проходу, ведущему вон из пещеры.
Дракон, прикованный цепью, по-прежнему занимал весь проход, а голова его находилась в пещере. Увидев бегущего Руггедо, он пригнулся как можно ниже и прижал подбородок к полу, так что между телом и сводом подземного коридора оставался совсем маленький просвет.
Руггедо не колебался ни секунды: гонимый страхом, он вспрыгнул Квоксу на нос, затем вскарабкался на спину и протиснулся через узкое отверстие. Когда голова Дракона осталась позади, места стало немного больше, и Руггедо пополз по драконьей чешуе к хвосту, а добравшись до его конца, со всех ног помчался к выходу. Он был так перепуган, что даже там не остановился, а понесся дальше, вниз по горной тропе, однако довольно скоро споткнулся и упал.
Поднявшись, Руггедо обнаружил, что за ним никто не гонится. Он остановился, чтобы отдышаться, и тут вспомнил о приговоре Джинджина: он должен быть изгнан из своего королевства и навеки стать земным скитальцем. Что ж, он действительно изгнан из своей пещеры, его изгнали эти отвратительные яйца. Но он вернется и покажет им! Он не покорится Титити-Хучу и ни за что не отдаст свое любимое королевство и неограниченную власть!
Преодолевая страх, Руггедо все-таки заставил себя прокрасться по тропе обратно к тому месту, где начинался подземный ход, но, приблизившись, увидел, что все шесть яиц лежат рядком у самого входа в пещеру.
Он остановился на безопасном расстоянии, чтобы решить, что делать дальше, поскольку яйца в данный момент оставались неподвижны. Размышляя, что бы такое предпринять, он вспомнил о волшебном заклинании, с помощью которого можно уничтожить яйца и защитить Гномов от опасности: нужно было сделать девять пассов и прочитать шесть стихов; Руггедо знал их все. Спешить было некуда, и Король Гномов тщательно исполнил весь ритуал, стараясь не упустить ни одной мелочи.
Заклинание не возымело ни малейшего эффекта: яйца, вопреки его ожиданиям, не исчезли. Он повторил всю процедуру сначала — и вновь его постигла неудача. Застонав от отчаяния, он вспомнил, что его лишили волшебных чар и могущества у него теперь не больше, чем у простого смертного. Яйца навсегда преградили ему путь в королевство, которым он безраздельно владел долгие годы. Он бросал в яйца камни, но так ни разу и не попал. Руггедо пришел в неистовство, он изрыгал проклятия, рвал на себе волосы, не жалея ни шевелюры, ни бороды; он топал ногами в бессильной ярости, но ничто уже не могло помочь. Справедливый вердикт, вынесенный Джинджином, был неотвратим, и Руггедо сам навлек его на себя своими дурными поступками.
Отныне он стал изгнанником — скитальцем, обреченным вечно бродить по земле. Спасаясь бегством из своего бывшего королевства, он даже забыл наполнить карманы золотом и алмазами!
Когда Король Гномов обратился в бегство, Книггз заговорил с Драконом:
— Увы! Что же ты не пришел раньше? — Голос его был полон грусти. — Оттого, что ты спал и вовремя не пришел к нам на помощь, очаровательная Принцесса Роз превратилась в скрипку без смычка, а Косматый стал голубем и теперь только и может, что ворковать.
— Не беспокойся, — отвечал Квокс, — ТититиХучу хорошо знает свое дело. Великий Джинджин сам дал мне все указания. Неси сюда скрипку и дотронься ею до моей розовой ленточки.
Книггз исполнил, что ему было ведено, и лишь только скрипка коснулась ленточки, чары Короля Гномов разрушились, и Принцесса Роз явилась перед Книггзом, как всегда прелестная и улыбающаяся.
Все это видел и слышал голубь, сидевший на спинке трона. Не дожидаясь указаний, он подлетел к Дракону и опустился прямо на ленточку. В следующий миг Косматый обрел свой прежний облик, а Квокс проворчал:
— Будь добр, сойди с моей левой лапы, и в следующий раз смотри, куда наступаешь.
— Прости, пожалуйста! — извинился Косматый, который был счастлив вновь обрести свое прежнее обличье. Он бросился к Тик-Току, снял с него тяжелый золотой слиток и помог Механическому Человеку встать на ноги.
— Боль-шо-е-спа-си-бо! — проговорил Тик-Ток. — Где-же-мерзкий-король, который-хотел-броситьменя-в-плавильный-котел?
— Он ушел и никогда не вернется, — объявила Многоцветка. Ей удалось протиснуться мимо Дракона, и теперь она с большим любопытством наблюдала за всем происходящим. — Интересно, а где же Бетси Боббин и Хенк?
Яйца покатились в том же направлении, следуя за ним медленно, но неуклонно. Руггедо швырнул в них сначала скипетр, потом свою рубиновую корону, стащил с ног тяжелые золотые башмаки — и их тоже швырнул в надвигающиеся яйца. Но те уворачивались от всех снарядов и подкатывались все ближе и ближе. Король стоял весь дрожа, с глазами, расширенными от ужаса, пока яйца не оказались от него в каком-нибудь шаге, — тут он прыгнул, перелетел через них и, едва приземлившись, опрометью кинулся по проходу, ведущему вон из пещеры.
Дракон, прикованный цепью, по-прежнему занимал весь проход, а голова его находилась в пещере. Увидев бегущего Руггедо, он пригнулся как можно ниже и прижал подбородок к полу, так что между телом и сводом подземного коридора оставался совсем маленький просвет.
Руггедо не колебался ни секунды: гонимый страхом, он вспрыгнул Квоксу на нос, затем вскарабкался на спину и протиснулся через узкое отверстие. Когда голова Дракона осталась позади, места стало немного больше, и Руггедо пополз по драконьей чешуе к хвосту, а добравшись до его конца, со всех ног помчался к выходу. Он был так перепуган, что даже там не остановился, а понесся дальше, вниз по горной тропе, однако довольно скоро споткнулся и упал.
Поднявшись, Руггедо обнаружил, что за ним никто не гонится. Он остановился, чтобы отдышаться, и тут вспомнил о приговоре Джинджина: он должен быть изгнан из своего королевства и навеки стать земным скитальцем. Что ж, он действительно изгнан из своей пещеры, его изгнали эти отвратительные яйца. Но он вернется и покажет им! Он не покорится Титити-Хучу и ни за что не отдаст свое любимое королевство и неограниченную власть!
Преодолевая страх, Руггедо все-таки заставил себя прокрасться по тропе обратно к тому месту, где начинался подземный ход, но, приблизившись, увидел, что все шесть яиц лежат рядком у самого входа в пещеру.
Он остановился на безопасном расстоянии, чтобы решить, что делать дальше, поскольку яйца в данный момент оставались неподвижны. Размышляя, что бы такое предпринять, он вспомнил о волшебном заклинании, с помощью которого можно уничтожить яйца и защитить Гномов от опасности: нужно было сделать девять пассов и прочитать шесть стихов; Руггедо знал их все. Спешить было некуда, и Король Гномов тщательно исполнил весь ритуал, стараясь не упустить ни одной мелочи.
Заклинание не возымело ни малейшего эффекта: яйца, вопреки его ожиданиям, не исчезли. Он повторил всю процедуру сначала — и вновь его постигла неудача. Застонав от отчаяния, он вспомнил, что его лишили волшебных чар и могущества у него теперь не больше, чем у простого смертного. Яйца навсегда преградили ему путь в королевство, которым он безраздельно владел долгие годы. Он бросал в яйца камни, но так ни разу и не попал. Руггедо пришел в неистовство, он изрыгал проклятия, рвал на себе волосы, не жалея ни шевелюры, ни бороды; он топал ногами в бессильной ярости, но ничто уже не могло помочь. Справедливый вердикт, вынесенный Джинджином, был неотвратим, и Руггедо сам навлек его на себя своими дурными поступками.
Отныне он стал изгнанником — скитальцем, обреченным вечно бродить по земле. Спасаясь бегством из своего бывшего королевства, он даже забыл наполнить карманы золотом и алмазами!
Когда Король Гномов обратился в бегство, Книггз заговорил с Драконом:
— Увы! Что же ты не пришел раньше? — Голос его был полон грусти. — Оттого, что ты спал и вовремя не пришел к нам на помощь, очаровательная Принцесса Роз превратилась в скрипку без смычка, а Косматый стал голубем и теперь только и может, что ворковать.
— Не беспокойся, — отвечал Квокс, — ТититиХучу хорошо знает свое дело. Великий Джинджин сам дал мне все указания. Неси сюда скрипку и дотронься ею до моей розовой ленточки.
Книггз исполнил, что ему было ведено, и лишь только скрипка коснулась ленточки, чары Короля Гномов разрушились, и Принцесса Роз явилась перед Книггзом, как всегда прелестная и улыбающаяся.
Все это видел и слышал голубь, сидевший на спинке трона. Не дожидаясь указаний, он подлетел к Дракону и опустился прямо на ленточку. В следующий миг Косматый обрел свой прежний облик, а Квокс проворчал:
— Будь добр, сойди с моей левой лапы, и в следующий раз смотри, куда наступаешь.
— Прости, пожалуйста! — извинился Косматый, который был счастлив вновь обрести свое прежнее обличье. Он бросился к Тик-Току, снял с него тяжелый золотой слиток и помог Механическому Человеку встать на ноги.
— Боль-шо-е-спа-си-бо! — проговорил Тик-Ток. — Где-же-мерзкий-король, который-хотел-броситьменя-в-плавильный-котел?
— Он ушел и никогда не вернется, — объявила Многоцветка. Ей удалось протиснуться мимо Дракона, и теперь она с большим любопытством наблюдала за всем происходящим. — Интересно, а где же Бетси Боббин и Хенк?
Страница 41 из 57
