Рука вошедшего на площадь беса плотно сжимала цепь, на которой шёл цербер. Красная кожа Луи красиво сочеталась с языками, свисающими из всех трёх пастей Руфа, его собаки…
Добавить в моё избранное
6 мин, 30 сек 5661
Там все равно не смотрят, откуда она. Главное штампик!
Она закрыла руками лицо и заплакала. — Я хочу получить этот диплом…
Даже если бы девушка-ангел глаза и не закрыла, всё равно едва ли смогла увидеть, как демон к ней приблизился, настолько плавным и одновременно быстрым было его движение.
— Не плакать, — сурово приказал бес и дотронулся когтем указательного пальца до катящейся по щеке ангела слезинки. Та зашипела и испарилась…
— Я и не плачу, — ответила девушка, убирая ладони. На нежно-белой коже блестели две тонкие дорожки от слез. — Просто если я не получу этот диплом, то меня скорее всего отправят к вам. А я не хочу. Этот запах, эта постоянная оранжево-красная гамма… Какая безвкусица, тьфу!
Девушка сложила руки на груди, не сводя взгляда с Луи.
— Ты же знаешь, сам через это прошел. А помнишь тогда, еще в Преддверии, когда я тебя провожала наверх, обещал, что мы будем парой… Ты меня обманул! — крикнула она, залепив пощечину.
Луи хрустнул челюстью.
— Если ты не знала, что обман в моих привычках, то зовут меня не Луи Кербер, — прошипел бес и кинул взор на пса.
Она схватила его за подбородок и развернула к себе.
— Не отвлекайся на псину! Вот так всегда! Какой-то цербер для тебя важнее, чем я!
Она развернулась к нему спиной.
— Я не думала, что твой обман распространяется и на меня, — сказала ангел. — Просто… (всхлипнула) Просто мне так хотелось… Ну, не знаю… — Она замолчала, украдкой вытерев слезу, и повернулась обратно.
— Тебе так хотелось чего? — переспросил демон. — Быть вместе? Так почему бы тебе ни наплевать на цветовые гаммы и не провалить этот чертов тест? Тогда мы сможем быть вместе. Или снова считаешь, что я обманываю?
Она приблизилась к нему вплотную, так что он мог почувствовать ее дыхание — нежный аромат ванили и мелиссы. Приложив ладонь к его щеке, она осторожно погладила, вспоминая уже такое далекое прошлое. — Я не могу. Ты не понимаешь. Я уже не могу, — в глазах ее — грусть, в душе — сомнение.
— Всё ты…
— Можешь? — она рассмеялась. — Нет, не могу. Поздно. Мы слишком разные.
— Разные? — бес ухмыльнулся. — Все мы одного происхождения. Все мы родились здесь…
— Скоро все изменится. Medias sangres перестанут рождаться на Земле. Каждому будет предписан определенный мир изначально. Нам уже запрещают появляться здесь и вступать в контакты с людьми. Возможно, и наши миры вскоре перестанут общаться.
— Значит, мы не увидимся больше? — бес снова стал красным.
— Не знаю, — девушка натянуто улыбнулась. — Но я хочу остаться в Небесной Обители. В любом случае, ты мой друг навсегда.
Луи чмокнул ее в щеку.
— Раз уж суждено нам быть разлученными — пусть свершится это на мажорной ноте.
— Пусть будет так. А мне пора, — улыбнулась она. — Слишком много народа, а меня тут быть не должно…
— Ты прелесть, я тебе уже говорил?
Ангел покраснела, став одним цветом с бесом.
— Да, но очень давно! — ответила она.
После чего, расправив крылья, стала подниматься вверх, и одновременно бледнеть и исчезать, перемещаясь в Небесную Обитель.
Бес проводил взглядом ангела и уныло посмотрел на Руфа, мирно спящего в сторонке.
— Скоро Содом и Гоморра будут разрушены. Пошли, Руф!
Цербер встрепенулся и зевнул в три глотки.
Луи прицепил цепь к ошейнику и топнул ногой. Мир стал развалиться на куски.
Если и существует граница между двумя мирами, то она проходит здесь, на Земле.
За ангелами. Подглядывая в щели крыш.
Пьёшь чай, прощаешься. Задумчивый. Молчишь.
Как правило, мне посвящаешь прозу и стихи. Я со святыми. Всё играю. В поддавки. За ангелами. По облакам, приметам и луне. Любил меня. Скучал. Изменишь мне. Я ранена — чужим характером с небес. Всё собирался. Пил. Кричал, что нет чудес. За ангелами. Осталась прошлою, собой. Ты сам ушёл. Сказал: Я жил не с той. Мне всё равно — я только в них и влюблена. За ангелами. Шпионаж. Звенит струна.
Она закрыла руками лицо и заплакала. — Я хочу получить этот диплом…
Даже если бы девушка-ангел глаза и не закрыла, всё равно едва ли смогла увидеть, как демон к ней приблизился, настолько плавным и одновременно быстрым было его движение.
— Не плакать, — сурово приказал бес и дотронулся когтем указательного пальца до катящейся по щеке ангела слезинки. Та зашипела и испарилась…
— Я и не плачу, — ответила девушка, убирая ладони. На нежно-белой коже блестели две тонкие дорожки от слез. — Просто если я не получу этот диплом, то меня скорее всего отправят к вам. А я не хочу. Этот запах, эта постоянная оранжево-красная гамма… Какая безвкусица, тьфу!
Девушка сложила руки на груди, не сводя взгляда с Луи.
— Ты же знаешь, сам через это прошел. А помнишь тогда, еще в Преддверии, когда я тебя провожала наверх, обещал, что мы будем парой… Ты меня обманул! — крикнула она, залепив пощечину.
Луи хрустнул челюстью.
— Если ты не знала, что обман в моих привычках, то зовут меня не Луи Кербер, — прошипел бес и кинул взор на пса.
Она схватила его за подбородок и развернула к себе.
— Не отвлекайся на псину! Вот так всегда! Какой-то цербер для тебя важнее, чем я!
Она развернулась к нему спиной.
— Я не думала, что твой обман распространяется и на меня, — сказала ангел. — Просто… (всхлипнула) Просто мне так хотелось… Ну, не знаю… — Она замолчала, украдкой вытерев слезу, и повернулась обратно.
— Тебе так хотелось чего? — переспросил демон. — Быть вместе? Так почему бы тебе ни наплевать на цветовые гаммы и не провалить этот чертов тест? Тогда мы сможем быть вместе. Или снова считаешь, что я обманываю?
Она приблизилась к нему вплотную, так что он мог почувствовать ее дыхание — нежный аромат ванили и мелиссы. Приложив ладонь к его щеке, она осторожно погладила, вспоминая уже такое далекое прошлое. — Я не могу. Ты не понимаешь. Я уже не могу, — в глазах ее — грусть, в душе — сомнение.
— Всё ты…
— Можешь? — она рассмеялась. — Нет, не могу. Поздно. Мы слишком разные.
— Разные? — бес ухмыльнулся. — Все мы одного происхождения. Все мы родились здесь…
— Скоро все изменится. Medias sangres перестанут рождаться на Земле. Каждому будет предписан определенный мир изначально. Нам уже запрещают появляться здесь и вступать в контакты с людьми. Возможно, и наши миры вскоре перестанут общаться.
— Значит, мы не увидимся больше? — бес снова стал красным.
— Не знаю, — девушка натянуто улыбнулась. — Но я хочу остаться в Небесной Обители. В любом случае, ты мой друг навсегда.
Луи чмокнул ее в щеку.
— Раз уж суждено нам быть разлученными — пусть свершится это на мажорной ноте.
— Пусть будет так. А мне пора, — улыбнулась она. — Слишком много народа, а меня тут быть не должно…
— Ты прелесть, я тебе уже говорил?
Ангел покраснела, став одним цветом с бесом.
— Да, но очень давно! — ответила она.
После чего, расправив крылья, стала подниматься вверх, и одновременно бледнеть и исчезать, перемещаясь в Небесную Обитель.
Бес проводил взглядом ангела и уныло посмотрел на Руфа, мирно спящего в сторонке.
— Скоро Содом и Гоморра будут разрушены. Пошли, Руф!
Цербер встрепенулся и зевнул в три глотки.
Луи прицепил цепь к ошейнику и топнул ногой. Мир стал развалиться на куски.
Если и существует граница между двумя мирами, то она проходит здесь, на Земле.
За ангелами. Подглядывая в щели крыш.
Пьёшь чай, прощаешься. Задумчивый. Молчишь.
Как правило, мне посвящаешь прозу и стихи. Я со святыми. Всё играю. В поддавки. За ангелами. По облакам, приметам и луне. Любил меня. Скучал. Изменишь мне. Я ранена — чужим характером с небес. Всё собирался. Пил. Кричал, что нет чудес. За ангелами. Осталась прошлою, собой. Ты сам ушёл. Сказал: Я жил не с той. Мне всё равно — я только в них и влюблена. За ангелами. Шпионаж. Звенит струна.
Страница 2 из 2
