Анимаг

Мы подумали, что Void просто сошел с ума.

— Да, он сам во всем виноват, — поддерживала Ринджин.

— Ушел из редакции, никому ничего не сказав.

— Я должен был торопиться. У меня просто не было времени. А теперь из-за вас этот парк уже черт знает где.

— Значит, потерял концентрацию, вы все потеряли этот парк? — Void фыркнул и демонстративно отвернулся.

— Что ж, я разочарован. Вы не поняли друг друга, и это помогло Жене и Саше сбежать. Но мне вот интересно, откуда Антон и Дина знали о том, что Женя замешан во всем этом? — Все просто, — ответил Антон.

— Женя — не тот человек, который без предупреждения станет бросать журнал. Я это понял, еще когда делал с ним совместный обзор на «Мелодию Забвения».

— Только интуиция? — Я почувствовала то же самое, когда работала с ним в команде, — сказала Алексиэль.

— Ладно, — как будто поверив им, оставил вопрос Алекс. Он поднялся со своего места.

— Мы не можем допустить, чтобы Женя навсегда застрял в этом мире. Мы должны его найти.

— Алекс снял со стены катану в черных ножнах со слегка поблескивающей рукояткой.

— На этот раз я сам им займусь.

Глава 7: Дело N 137/9 Что случилось? Где я? Почему здесь так холодно? Вокруг сплошная пустота, только я нахожусь в потоке неестественно белого света, от которого раскалывается голова. Вдалеке время от времени мелькают лица людей, но ничего не меняется. Я свободен, но сколько бы я ни прошел, картина не меняется. Я чувствую, что это пространство мне очень знакомо, но я его точно никогда не видел. В какой-то момент головная боль становится настолько привычной, что я перестаю ее замечать. Она словно находится не внутри, а где-то далеко за пределами света. Я остановился и закрыл глаза. Хаотичные мысли не давали сосредоточиться, а глаза не погружались в темноту. Казалось, свет легко проходил сквозь веки. Я открыл глаза. В нескольких шагах от меня находился светящий тусклым светом силуэт человека. Синее сияние приковывало к себе внимание, а электронное мерцание только прибавляло эффекта. Оно будто поглощало все вокруг себя, но при этом оставалось в определенных рамках. Не знаю, почему, но я сразу узнал его. Это было мое отражение в кривом зеркале.

— Приветствую, Женя. Вот мы и встретились вновь. Я очень рад.

— Его электронный голос в обычной ситуации резал бы слух, но сейчас он просто утопал в бесконечной тьме, оставляя после себя лишь сухие слова без всякой интонации.

— К сожалению, я не разделяю твоей радости.

— Ничего удивительного. Этот мир не позволяет проявляться твоим чувствам. Поэтому ты не можешь радоваться, смеяться, плакать. Сейчас ты способен просто воспринимать и перерабатывать информацию.

— Это хорошо? — почему-то спросил я. Совершенно непонятно, какая логика двигала мной.

— Существует две позиции. Первая — осознание самого себя. Ты губишь себя, как человека. Устраняя свои чувства, ты становишься лишь инструментом в собственных руках. Твоя личная жизнь перестает существовать. Ты полностью посвящаешь себя какому-то делу. Такие люди иногда становятся известными личностями, но, в большинстве своем, так и остаются никем, проживая пустую жизнь и не оставляя о себе никаких воспоминаний. Именно такими тебя хотят видеть близкие родственники — покорителя самых сложных вершин. Они хотят, чтобы ты был везде лучшим, получал хорошую зарплату и высокое место в обществе, забывая о том, что сам ты всю свою жизнь будешь идти по карьерной лестнице, пока либо не умрешь на ее ступеньках, либо не доберешься до вершины, с которой рано или поздно упадешь. Такие люди вскоре понимают, что всю жизнь жили для других. Они были словно бездушные роботы, которые только и думали, что о делах. Вторая позиция — это следование своим интересам. Ты делаешь только то, что тебя интересует. Ты ведешь свободный образ жизни, развлекаешься, веселишься, забываешь о проблемах. Такое отношение может помочь тебе найти себя в жизни и по достоинству оценить. Ты проживешь полноценную жизнь, не зацикливаясь на работе. До недавнего времени ты шел по самому краю этого пути. Ты испытывал абсолютное счастье. И неважно, что это было лишь твое воображение, оно всегда останется счастьем. Ты уже не заботишься о своем здоровье, о своей жизни — ты просто ею наслаждаешься.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Он сделал несколько шагов вперед.

— Я не могу на него ответить. Я лишь осветил интересующий тебя вопрос. А что лучше для тебя, решаешь только ты сам.

— Его голос стал громче, но не четче.

— С чего ты взял, что этот вопрос интересует меня? — Женя, ты забываешь о явных вещах. Я уже говорил, что ты — это я. Я знаю все, что знаешь ты.

— Тогда зачем ты говоришь мне то, что я знаю? Или я этого не знал? — Все ты знал, Женя. Ты просто забыл. У тебя короткая память, и ты сам это не раз признавал. Но какая-то часть тебя до сих пор понимает эту простую истину.