Вампир остаётся вампиром… Рыжая луна, яркая, словно расплавленный металлический блин, поднималась по тёмному небу, предвещая предстоящее таинство. На аллеи приземлялись увесистые флаеры, из которых высыпали небольшие компании людей и нелюдей, молодых, полных сил и уверенных в себе. На газонах загорались костры, рыжие и пронзительно-синие. Вокруг них собирались компании, и, перекрикивая мощными голосами грохочущую из флаеров музыку, пели песни о тяжёлом и депрессивном молодёжном быте, то и дело пронзая пространство вызывающими криками.
Добавить в моё избранное
23 мин, 45 сек 2621
Что она тебе сделает! Ты поди лучше диджея Валена подразни! Вот это будет круто! И разбираться он вылезет, ещё как вылезет! Он же не настоящий эльф, а так — суррогат! Луны не боится… Кстати, и выпить его тоже можно! Правда, он гоблин, на вкус наверняка паршивай… Но не важно! Родители тебя потом отма-а-ажут!
— Да ты не въехал, недоумок! — отчаянно кричала Пи Явка, — Ты в мысль не въехал! Ты прикинь, как Валена будет колба-а-асить от того, что мы все его обзываем и проклинаем, а вылезти и отомстить он не может! Точно так же, как колбасит этих грёбанных сторожей, которые к нам цепляются, но ничего не могут с нами сделать!
Все трое, видимо, представив себе муки проклятущего духа, с уважением посмотрели на Пи Явку, а потом вскинули кулаки и одобряюще завыли.
Через несколько минут герои стояли у парадного входа в Музей. Нависший над самыми головами, грозный эльф, знаменитый убийца Монстрогонаев и победитель легендарного рыцаря Храброблоха, выглядел устрашающе. Полная острых зубов пасть была оскалена, когтистые лапы опирались о вертикально-поставленный увесистый меч, приподнятые за спиной крылья топорщились острыми перьями.
— Ур-р-род! — первой прокричала Пи Явка, — Мразь некромированная!
— Курица щипанная! — вторил Це Клоп.
— Пожиратель потрохов! — орал Ко Мар.
— Гарпия вонючая! — добавляла Пи Явка, — Животное! Скотина! Корм для вампирьих бомжей! Уродское ничтожество! Грязный индюк! Потрошитель внутренностей! Носитель заразы!
Исчерпав запас изощрённых ругательств, Пи Явка перешла к сокральной части своего лексикона.
— Ва-а-анда, может хватит? — опасливо проблеял Це Клоп.
Пи Явка ошалело посмотрела на него: неужели боевой товарищ перенял черты испитого ягнёнка? Нет, правду говорят — вампиры должны пить людей, а не животных!
— Да чего ты боишься! — сорвалась на него Пи Явка, — Сам сказал, этот гад бронзовый, ничего нам не сделает!
— Это Ко Мар сказал, — заявил Це Клоп, опасливо пятясь.
— Трус! — сжала кулаки Пи Явка, — Его вообще не существует! Все выдумки про Валена — это бред! Его вообще не было никогда, его придумали, чтобы пугать непослушных детей! Идиот!
— И чтобы Монстрогонаям оправдываться, за что они жрут свой хлеб, а твоему предку, Храброблоху, было чем хвалиться, — делая шаг назад, процедил Це Клоп.
— Не трожь моего предка! Он реально был героем! — окрысилась Пи Явка, чувствуя, что последнее, что у неё было, грозило растаять.
— Во-от… — Це Клоп ещё немного отступил, — А вдруг дух Валена правда существует… И от того что ты здесь всякие ругательства про него орёшь, он нашлёт на тебя какое-нибудь проклятье… — Трус! — ещё раз сорвалась Пи Явка, спешно оглянувшись по сторонам, — да что он мелит!
Это сколько он должен был выпить, чтобы всерьёз начать верить в проклятия? А остальные где? Похоже, свалили! Не хватало, чтобы и Це Клоп припустил за ними, ведь без зрителей дразнить Валена как-то не стрёмно… Ведь его правда не существует… Даже если когда-то и был у этого гнуса реальный прототип, то никакого духа точно нет. Храброблох загасил Валена и выпил, а умер не от того, что проклятущий взял контроль над его телом, а наверняка подцепил какой-нибудь сифилис, от того, что спал с женой главы Ордена, и скончался в лихорадке.
— Я не боюсь проклятий! Я сильный маг, всё отведу! — выкрикнула Пи Явка, — Если тебя это успокоит, нарисуем гептограмму!
— Чего?
— Гептограмму! Семилучевую звезду, дубина! — она поскакала по площадке боком, волоча одну ногу, чтобы вычертить в гравии требуемую фигуру, — Гептограммы отгоняют демонов… Нет! Гептограмму нарисуем чтобы у этого гада все кишки бантиками позаплелись и последние перья повылезли! Вален — это демон нечистый, значит, гептограммы должны на него плохо действовать! Даже если он всего лишь дух и материально его как бы нет! Представляю, — она злорадно сощурилась, — Как его там сейчас колба-а-аси-и-ит! Как он орёт, бедненький! У-у-у! А ещё у него начнётся гангрена, геморрой и сифилис!
Замкнув линию, Пи Явка встала перед своим творением. Оно получилось настолько кривым, что вряд ли имело какую-либо магическую силу. Но это всё не важно, всё равно все эти ритуалы — всего лишь суеверия… — Вален, ты мразь позорная! — взвыла Пи Явка, — Дебил имбецилистый! Труп разлагающийся! Импотент поганый! Трус проклятущий!
Откуда-то повеяло ветерком, на ближайших кустах зашелестели листья, по земле зашуршали смятые салфетки, пустые пластиковые бутылки, бумажные стаканы и полиэтиленовые пакеты. Над гептограммой сверкнул зигзаг электрического разряда, пустота медленно наполнилась огненным свечением, и прямо из ничего на фоне парадного входа призрачно прорисовался объятый пламенем, утончённо-изящный человек. Его кулаки были сжаты, плечи агрессивно приподняты, смазливая физиономия недовольно перекошена, глаза неистово светились исподлобья, роскошные платиновые локоны поигрывали в шевелящемся воздухе.
— Да ты не въехал, недоумок! — отчаянно кричала Пи Явка, — Ты в мысль не въехал! Ты прикинь, как Валена будет колба-а-асить от того, что мы все его обзываем и проклинаем, а вылезти и отомстить он не может! Точно так же, как колбасит этих грёбанных сторожей, которые к нам цепляются, но ничего не могут с нами сделать!
Все трое, видимо, представив себе муки проклятущего духа, с уважением посмотрели на Пи Явку, а потом вскинули кулаки и одобряюще завыли.
Через несколько минут герои стояли у парадного входа в Музей. Нависший над самыми головами, грозный эльф, знаменитый убийца Монстрогонаев и победитель легендарного рыцаря Храброблоха, выглядел устрашающе. Полная острых зубов пасть была оскалена, когтистые лапы опирались о вертикально-поставленный увесистый меч, приподнятые за спиной крылья топорщились острыми перьями.
— Ур-р-род! — первой прокричала Пи Явка, — Мразь некромированная!
— Курица щипанная! — вторил Це Клоп.
— Пожиратель потрохов! — орал Ко Мар.
— Гарпия вонючая! — добавляла Пи Явка, — Животное! Скотина! Корм для вампирьих бомжей! Уродское ничтожество! Грязный индюк! Потрошитель внутренностей! Носитель заразы!
Исчерпав запас изощрённых ругательств, Пи Явка перешла к сокральной части своего лексикона.
— Ва-а-анда, может хватит? — опасливо проблеял Це Клоп.
Пи Явка ошалело посмотрела на него: неужели боевой товарищ перенял черты испитого ягнёнка? Нет, правду говорят — вампиры должны пить людей, а не животных!
— Да чего ты боишься! — сорвалась на него Пи Явка, — Сам сказал, этот гад бронзовый, ничего нам не сделает!
— Это Ко Мар сказал, — заявил Це Клоп, опасливо пятясь.
— Трус! — сжала кулаки Пи Явка, — Его вообще не существует! Все выдумки про Валена — это бред! Его вообще не было никогда, его придумали, чтобы пугать непослушных детей! Идиот!
— И чтобы Монстрогонаям оправдываться, за что они жрут свой хлеб, а твоему предку, Храброблоху, было чем хвалиться, — делая шаг назад, процедил Це Клоп.
— Не трожь моего предка! Он реально был героем! — окрысилась Пи Явка, чувствуя, что последнее, что у неё было, грозило растаять.
— Во-от… — Це Клоп ещё немного отступил, — А вдруг дух Валена правда существует… И от того что ты здесь всякие ругательства про него орёшь, он нашлёт на тебя какое-нибудь проклятье… — Трус! — ещё раз сорвалась Пи Явка, спешно оглянувшись по сторонам, — да что он мелит!
Это сколько он должен был выпить, чтобы всерьёз начать верить в проклятия? А остальные где? Похоже, свалили! Не хватало, чтобы и Це Клоп припустил за ними, ведь без зрителей дразнить Валена как-то не стрёмно… Ведь его правда не существует… Даже если когда-то и был у этого гнуса реальный прототип, то никакого духа точно нет. Храброблох загасил Валена и выпил, а умер не от того, что проклятущий взял контроль над его телом, а наверняка подцепил какой-нибудь сифилис, от того, что спал с женой главы Ордена, и скончался в лихорадке.
— Я не боюсь проклятий! Я сильный маг, всё отведу! — выкрикнула Пи Явка, — Если тебя это успокоит, нарисуем гептограмму!
— Чего?
— Гептограмму! Семилучевую звезду, дубина! — она поскакала по площадке боком, волоча одну ногу, чтобы вычертить в гравии требуемую фигуру, — Гептограммы отгоняют демонов… Нет! Гептограмму нарисуем чтобы у этого гада все кишки бантиками позаплелись и последние перья повылезли! Вален — это демон нечистый, значит, гептограммы должны на него плохо действовать! Даже если он всего лишь дух и материально его как бы нет! Представляю, — она злорадно сощурилась, — Как его там сейчас колба-а-аси-и-ит! Как он орёт, бедненький! У-у-у! А ещё у него начнётся гангрена, геморрой и сифилис!
Замкнув линию, Пи Явка встала перед своим творением. Оно получилось настолько кривым, что вряд ли имело какую-либо магическую силу. Но это всё не важно, всё равно все эти ритуалы — всего лишь суеверия… — Вален, ты мразь позорная! — взвыла Пи Явка, — Дебил имбецилистый! Труп разлагающийся! Импотент поганый! Трус проклятущий!
Откуда-то повеяло ветерком, на ближайших кустах зашелестели листья, по земле зашуршали смятые салфетки, пустые пластиковые бутылки, бумажные стаканы и полиэтиленовые пакеты. Над гептограммой сверкнул зигзаг электрического разряда, пустота медленно наполнилась огненным свечением, и прямо из ничего на фоне парадного входа призрачно прорисовался объятый пламенем, утончённо-изящный человек. Его кулаки были сжаты, плечи агрессивно приподняты, смазливая физиономия недовольно перекошена, глаза неистово светились исподлобья, роскошные платиновые локоны поигрывали в шевелящемся воздухе.
Страница 6 из 7
