Случилось это в старые-престарые времена, когда как люди, курили табак.
Добавить в моё избранное
3 мин, 48 сек 11985
Молотили крестьяне ячмень на дворе у помещика. Солнце вовсю палит, жара, духотища; устали крестьяне, сил нет. А тут ещё помещик на циновке сидит, трубку длинную курит, за работниками наблюдает.
Вдруг, откуда ни возьмись, цыплёнок выскочил и по двору побежал.
И вот нечаянно один крестьянин — Док Све его звали — прибил цыплёнка своим цепом. Испугались крестьяне, а Док Све хозяину в ноги упал.
— Прости меня, — говорит, — не хотел я его убивать. А хозяин как раскричится:
— Ты моего лучшего цыплёнка прибил! Плати теперь за него! Вздохнул Док Све:
— Да ведь не виноват я, господин. И зачем вы так кричите? Ведь Цыплёнок всего несколько медяков стоит. Ну хорошо, заплачу я.
Ещё пуще раскричался хозяин:
— Несколько медяков, говоришь? Да мой цыплёнок девять лян стоит!
[ Ляна — серебряная монета в старой Корее.] — Помилуйте, господин, — взмолился Док Све, — где это видано, чтобы цыплёнок девять лян стоил? Да у меня столько денег отродясь не бывало!
— Ты что, спорить со мной собрался? — затопал ногами помещик.
— Говори, будешь платить или нет?
Рассердился крестьянин:
— Не буду я за цыплёнка девять лян платить, несправедливо это! Пошли к судье — пусть он нас рассудит!
Сказал так крестьянин и к судье пошёл, и помещик туда же отправился. Идёт посмеивается: знает, что судья всегда за богатых стоит.
Крестьяне, что вместе с Док Све ячмень молотили, заспорили. Старики головой качают:
— Где это видано: с богачами судиться? Не дело затеял Док Све! А молодые за Док Све стоят:
— Правильно он поступил! Пусть судья их рассудит по правде, по совести! Пошли и мы на суд!
Пришли крестьяне в суд, а Док Све с помещиком уже там. Судья сидит толстый, важный, позади него два грозных стражника, по правую руку — писарь. Притихли крестьяне, стали слушать, как судья суд вершит. Вот судья посмотрел на помещика и спрашивает его вежливо:
— Расскажите, господин, что у вас приключилось?
Поклонился помещик судье, показал на Док Све пальцем и сказал жалобно:
— Негодный Док Све моего цыплёнка убил, а платить за него не желает. Если каждый чужих цыплят убивать будет, что тогда станет?
Посмотрел судья на Док Све, покачал головой строго:
— А ну говори, почему цыплёнка убил?
Поклонился Док Све:
— Так ведь я не нарочно! Молотили мы ячмень, а цыплёнок откуда-то выскочил и прямо под цеп угодил. Не хотел я его убивать!
— А почему денег за цыплёнка не платишь? — спрашивает судья.
— Я бы рад заплатить, да уж очень много он просит, — вздохнул Док Све.
— Говорит, его цыплёнок девять лян стоит. А где это видано, чтобы за цыплёнка девять лян брать?
Призадумался судья, почесал в затылке и к помещику повернулся:
— Правда, что вы за цыплёнка девять лян просите? Поклонился помещик низко:
— Истинная правда, господин судья! Удивился судья:
— Почему же так много?
— Так ведь если бы Док Све не убил цыплёнка, цыплёнок бы курицей стал, — отвечает помещик, — а хорошая курица дорого стоит.
Закивал судья головой:
— Верно, верно!
Бухнулся тут Док Све судье в ноги.
— Помилуйте, господин, — говорит, — да ведь курица всего четыре ляны стоит!
Тут помещик как закричит на Док Све:
— Четыре ляны, говоришь? Какие такие куры четыре ляны стоят: Да мои куры совсем особые! Я их отборным зерном кормлю, студёной водой пою, они у меня в настоящих домиках живут — у каждой курицы свой домик есть. Куры мои все жирные, вкусные! За них и десяти лян не жаль. Если господин судья желает, может любую попробовать.
Опять почесал в затылке судья, потом подумал немного и говорит:
— Вот что, Док Све, прав твой хозяин, плати ему девять лян. Зашумели тут крестьяне, закричали:
— Неправильно судья судит! Не по совести! Все богачи заодно! А Док Све вдруг согласился.
— Хорошо, господин судья, заплачу я ему девять лян, — говорит.
Обрадовался помещик: ловко он у бедняка денежки выманил. И судья тоже рад: быстро он Док Све уломал, теперь и к помещику пойти можно, курочки отведать. Хотел он со своего места встать, а Док Све и говорит:
— Позвольте, господин судья, слово сказать.
— Чего там ещё? — заворчал судья.
— Говори скорее!
Поклонился судье Док Све и сказал:
— Раз вы приказали, заплачу я ему за цыплёнка, но прежде пусть он мне тридцать лян заплатит.
Судья так и подпрыгнул:
— Ты что, смеяться над нами вздумал?
А Док Све отвечает почтительно:
— Разве посмею я над господином судьёй да над господином помещиком смеяться? Я только вот что сказать хочу. Господин помещик рассказывал, что своих кур отборным зерном кормит и на зиму каждой курице домик строит.
Вдруг, откуда ни возьмись, цыплёнок выскочил и по двору побежал.
И вот нечаянно один крестьянин — Док Све его звали — прибил цыплёнка своим цепом. Испугались крестьяне, а Док Све хозяину в ноги упал.
— Прости меня, — говорит, — не хотел я его убивать. А хозяин как раскричится:
— Ты моего лучшего цыплёнка прибил! Плати теперь за него! Вздохнул Док Све:
— Да ведь не виноват я, господин. И зачем вы так кричите? Ведь Цыплёнок всего несколько медяков стоит. Ну хорошо, заплачу я.
Ещё пуще раскричался хозяин:
— Несколько медяков, говоришь? Да мой цыплёнок девять лян стоит!
[ Ляна — серебряная монета в старой Корее.] — Помилуйте, господин, — взмолился Док Све, — где это видано, чтобы цыплёнок девять лян стоил? Да у меня столько денег отродясь не бывало!
— Ты что, спорить со мной собрался? — затопал ногами помещик.
— Говори, будешь платить или нет?
Рассердился крестьянин:
— Не буду я за цыплёнка девять лян платить, несправедливо это! Пошли к судье — пусть он нас рассудит!
Сказал так крестьянин и к судье пошёл, и помещик туда же отправился. Идёт посмеивается: знает, что судья всегда за богатых стоит.
Крестьяне, что вместе с Док Све ячмень молотили, заспорили. Старики головой качают:
— Где это видано: с богачами судиться? Не дело затеял Док Све! А молодые за Док Све стоят:
— Правильно он поступил! Пусть судья их рассудит по правде, по совести! Пошли и мы на суд!
Пришли крестьяне в суд, а Док Све с помещиком уже там. Судья сидит толстый, важный, позади него два грозных стражника, по правую руку — писарь. Притихли крестьяне, стали слушать, как судья суд вершит. Вот судья посмотрел на помещика и спрашивает его вежливо:
— Расскажите, господин, что у вас приключилось?
Поклонился помещик судье, показал на Док Све пальцем и сказал жалобно:
— Негодный Док Све моего цыплёнка убил, а платить за него не желает. Если каждый чужих цыплят убивать будет, что тогда станет?
Посмотрел судья на Док Све, покачал головой строго:
— А ну говори, почему цыплёнка убил?
Поклонился Док Све:
— Так ведь я не нарочно! Молотили мы ячмень, а цыплёнок откуда-то выскочил и прямо под цеп угодил. Не хотел я его убивать!
— А почему денег за цыплёнка не платишь? — спрашивает судья.
— Я бы рад заплатить, да уж очень много он просит, — вздохнул Док Све.
— Говорит, его цыплёнок девять лян стоит. А где это видано, чтобы за цыплёнка девять лян брать?
Призадумался судья, почесал в затылке и к помещику повернулся:
— Правда, что вы за цыплёнка девять лян просите? Поклонился помещик низко:
— Истинная правда, господин судья! Удивился судья:
— Почему же так много?
— Так ведь если бы Док Све не убил цыплёнка, цыплёнок бы курицей стал, — отвечает помещик, — а хорошая курица дорого стоит.
Закивал судья головой:
— Верно, верно!
Бухнулся тут Док Све судье в ноги.
— Помилуйте, господин, — говорит, — да ведь курица всего четыре ляны стоит!
Тут помещик как закричит на Док Све:
— Четыре ляны, говоришь? Какие такие куры четыре ляны стоят: Да мои куры совсем особые! Я их отборным зерном кормлю, студёной водой пою, они у меня в настоящих домиках живут — у каждой курицы свой домик есть. Куры мои все жирные, вкусные! За них и десяти лян не жаль. Если господин судья желает, может любую попробовать.
Опять почесал в затылке судья, потом подумал немного и говорит:
— Вот что, Док Све, прав твой хозяин, плати ему девять лян. Зашумели тут крестьяне, закричали:
— Неправильно судья судит! Не по совести! Все богачи заодно! А Док Све вдруг согласился.
— Хорошо, господин судья, заплачу я ему девять лян, — говорит.
Обрадовался помещик: ловко он у бедняка денежки выманил. И судья тоже рад: быстро он Док Све уломал, теперь и к помещику пойти можно, курочки отведать. Хотел он со своего места встать, а Док Све и говорит:
— Позвольте, господин судья, слово сказать.
— Чего там ещё? — заворчал судья.
— Говори скорее!
Поклонился судье Док Све и сказал:
— Раз вы приказали, заплачу я ему за цыплёнка, но прежде пусть он мне тридцать лян заплатит.
Судья так и подпрыгнул:
— Ты что, смеяться над нами вздумал?
А Док Све отвечает почтительно:
— Разве посмею я над господином судьёй да над господином помещиком смеяться? Я только вот что сказать хочу. Господин помещик рассказывал, что своих кур отборным зерном кормит и на зиму каждой курице домик строит.
Страница 1 из 2
