Жили когда-то в одном селе старик и старуха, а детей у них не было. Сильно горевали старик и старуха. Говорит однажды старик...
Добавить в моё избранное
6 мин, 18 сек 2269
Расплатиться-то расплатился, а зло затаил.
Вернулся Нончык-патыр в родной дом к отцу, к матери, отдал им заработанные деньги, а сам пошел гулять на улицу.
Играли на улице дети хозяина-богача, беднякам-то не до игры — работать надо.
Подошел к ним Нончык-патыр и попросил, чтобы приняли ребята его в свою игру.
— Поймай летящую стрелу зубами — тогда примем! — отвечают они.
Выпустил Нончык-патыр стрелу из лука прямо в синее небо. Унеслась стрела за облака, а как стала падать вниз, то поймал ее Нончык-патыр зубами.
— Теперь,-говорят ему хозяйские дети, — нырни в эту прорубь, отплыви на середину реки и разломай лед — тогда примем тебя в нашу игру!
Нырнул Нончык-патыр в прорубь, проплыл до середины реки, разбил головой толстый лед и вышел наружу.
— А теперь разбей каменную гору — тогда примем тебя в нашу игру!
Подошел Нончык-патыр к каменной горе, пнул гору ногой — качнулась каменная гора, пнул в другой раз — посыпались с горы камни. Семь раз пнул — рассыпалась гора в мелкие камешки, но ушла от Нончык-патыра его богатырская сила.
Рассказали тогда дети своему отцу: нет уже у Нончык-патыра его богатырской силы.
Обрадовался хозяин и приказал своим слугам вырыть яму глубиной в сорок саженей, а потом схватить Нончык-патыра, связать его крепко-накрепко и бросать в ту яму.
Одни слуги побежали яму копать, другие набросились на Нончык-патыра, связали ему крепкими ремнями руки-ноги и кинули в яму.
Лежит Нончык-патыр в глубокой яме и день, и два, и месяц, смотрит в ясное небо.
Прилетела ворона, села на край ямы.
Говорит Нончык-патыр вороне:
— Ворона, ворона, слетай к моему отцу, к моей матери! Скажи им, что связали мне руки-ноги крепкими ремнями и бросили в глубокую яму, чтобы я погиб от голода и жажды.
Каркнула ворона в ответ:
— Не стану я звать твоего отца, не буду я звать твою мать! Умирай скорее — я тогда выклюю тебе глаза!
Улетела ворона, прилетела сорока.
Стал Нончык-патыр просить сороку позвать отца с матерью.
А мне-то какое дело! — ответила сорока.
— Не полечу.
Летел мимо белый гусь.
— Эй, белый гусь! — крикнул Нончык-патыр.
— Лети к моему отцу, к моей матери, скажи им, что связали мне руки-ноги крепкими ремнями и бросили в глубокую яму. Хочет богач-хозяин, чтобы я погиб от голода и жажды. Уже недолго жить мне осталось! Пусть идут скорее, пусть приведут жирного быка пусть принесут острый топор!
Поднялся гусь высоко в небо, полетел к старикам.
— Эй, дедушка! Эй, бабушка! Злые люди бросили вашего сына в глубокую яму. Зовёт он вас на помощь. Велит привести жирного быка и принести острый топор!
Заплакали старик со старухой и говорят:
— Не смейся над нами, гусь! Нашего сына нет в живых, погубили его. Остались от Нончык-патыра одни только косточки… — Нет, не умер он, — ответил гусь, — только спешите, уже недолго осталось ему жить.
Поверили старик со старухой гусю, пригнали к глубокой яме, где томился Нончык-патыр, быка, принесли острый топор.
Увидела старика со старухой ворона, закричала:
— Кар-кар! Идут отец и мать, гонят быка, несут топор. Если съест Нончык-патыр быка — вернется к нему его богатырская сила и разрубит он топором свои крепкие путы!
Испугался хозяин, приказал слугам:
— Засыпьте яму доверху песком, завалите камнями — пусть Нончык-патыр задохнется.
А старик уже столкнул в яму быка. Съел Нончык-патыр быка, и вернулась к нему его богатырская сила.
Стали слуги заваливать яму песком да камнями, а старик уже кинул в яму топор.
Разрубил Нончык-патыр все путы, поднялся на ноги, вытолкнул песок с камнями и вышел из ямы.
Как увидел Нончык-патыра жадный хозяин, перепугался, не знает, что делать, где спрятаться.
Побежал богач куда глаза глядят. Попалось ему на пути болото, и потонул он в том болоте.
Вернулся Нончык-патыр в родной дом к отцу, к матери, отдал им заработанные деньги, а сам пошел гулять на улицу.
Играли на улице дети хозяина-богача, беднякам-то не до игры — работать надо.
Подошел к ним Нончык-патыр и попросил, чтобы приняли ребята его в свою игру.
— Поймай летящую стрелу зубами — тогда примем! — отвечают они.
Выпустил Нончык-патыр стрелу из лука прямо в синее небо. Унеслась стрела за облака, а как стала падать вниз, то поймал ее Нончык-патыр зубами.
— Теперь,-говорят ему хозяйские дети, — нырни в эту прорубь, отплыви на середину реки и разломай лед — тогда примем тебя в нашу игру!
Нырнул Нончык-патыр в прорубь, проплыл до середины реки, разбил головой толстый лед и вышел наружу.
— А теперь разбей каменную гору — тогда примем тебя в нашу игру!
Подошел Нончык-патыр к каменной горе, пнул гору ногой — качнулась каменная гора, пнул в другой раз — посыпались с горы камни. Семь раз пнул — рассыпалась гора в мелкие камешки, но ушла от Нончык-патыра его богатырская сила.
Рассказали тогда дети своему отцу: нет уже у Нончык-патыра его богатырской силы.
Обрадовался хозяин и приказал своим слугам вырыть яму глубиной в сорок саженей, а потом схватить Нончык-патыра, связать его крепко-накрепко и бросать в ту яму.
Одни слуги побежали яму копать, другие набросились на Нончык-патыра, связали ему крепкими ремнями руки-ноги и кинули в яму.
Лежит Нончык-патыр в глубокой яме и день, и два, и месяц, смотрит в ясное небо.
Прилетела ворона, села на край ямы.
Говорит Нончык-патыр вороне:
— Ворона, ворона, слетай к моему отцу, к моей матери! Скажи им, что связали мне руки-ноги крепкими ремнями и бросили в глубокую яму, чтобы я погиб от голода и жажды.
Каркнула ворона в ответ:
— Не стану я звать твоего отца, не буду я звать твою мать! Умирай скорее — я тогда выклюю тебе глаза!
Улетела ворона, прилетела сорока.
Стал Нончык-патыр просить сороку позвать отца с матерью.
А мне-то какое дело! — ответила сорока.
— Не полечу.
Летел мимо белый гусь.
— Эй, белый гусь! — крикнул Нончык-патыр.
— Лети к моему отцу, к моей матери, скажи им, что связали мне руки-ноги крепкими ремнями и бросили в глубокую яму. Хочет богач-хозяин, чтобы я погиб от голода и жажды. Уже недолго жить мне осталось! Пусть идут скорее, пусть приведут жирного быка пусть принесут острый топор!
Поднялся гусь высоко в небо, полетел к старикам.
— Эй, дедушка! Эй, бабушка! Злые люди бросили вашего сына в глубокую яму. Зовёт он вас на помощь. Велит привести жирного быка и принести острый топор!
Заплакали старик со старухой и говорят:
— Не смейся над нами, гусь! Нашего сына нет в живых, погубили его. Остались от Нончык-патыра одни только косточки… — Нет, не умер он, — ответил гусь, — только спешите, уже недолго осталось ему жить.
Поверили старик со старухой гусю, пригнали к глубокой яме, где томился Нончык-патыр, быка, принесли острый топор.
Увидела старика со старухой ворона, закричала:
— Кар-кар! Идут отец и мать, гонят быка, несут топор. Если съест Нончык-патыр быка — вернется к нему его богатырская сила и разрубит он топором свои крепкие путы!
Испугался хозяин, приказал слугам:
— Засыпьте яму доверху песком, завалите камнями — пусть Нончык-патыр задохнется.
А старик уже столкнул в яму быка. Съел Нончык-патыр быка, и вернулась к нему его богатырская сила.
Стали слуги заваливать яму песком да камнями, а старик уже кинул в яму топор.
Разрубил Нончык-патыр все путы, поднялся на ноги, вытолкнул песок с камнями и вышел из ямы.
Как увидел Нончык-патыра жадный хозяин, перепугался, не знает, что делать, где спрятаться.
Побежал богач куда глаза глядят. Попалось ему на пути болото, и потонул он в том болоте.
Страница 2 из 2
