В половину десятого вечера, в четверг, когда Тим Уэст, развалившись на кровати, проверял контрольные работы, которые обрушил на свой образцовый 11 класс английского языка, он услышал шаги, поднявшиеся по лестнице и протопавшие по коридору к спальне…
Добавить в моё избранное
22 мин, 22 сек 10274
Он поднял свой второй телефон, а Лора нажала клавишу вызова.
Сквозь крошечный динамик телефона в ее руке донеслись гудки.
Она спросила:
— Когда ты понял, что мы знаем?
— В тот миг, когда ты заметила кровь на моей футболке.
Мартин свернул на их подъездную дорожку.
— Мне действительно жаль, что все так сложилось, Лора. Богом клянусь… Послышался слабый голос: «Девять-один-один. Что у вас случилось?» — Ебаная сука, — он так резко ударил по тормозам, что, даже при столь низкой скорости, Лору швырнуло на перегородку.
Мартин перевел рычаг в режим «паркинг», толкнул свою дверь.
— О Боже, пришлите кого-нибудь… Задняя пассажирская дверца распахнулась, и Мартин ввалился внутрь, придавил Лору своим весом, зажал рот ладонью и вырвал телефон, а затем ее голова взорвалась, и мир вокруг окутал искрившийся жгучими звездами мрак.
Лора подумала: «Я в сознании».
Она чувствовала, что щекой лежит на полу, а когда попыталась поднять голову, кожа на секунду приклеилась к дереву.
Села, открыла глаза; в висках пульсировала боль.
В четырех футах от нее, на полу возле раковины, распластался Тим, уставившись на нее пустыми глазами, на шее у него зияла черная щель.
И хотя она сидела в своей собственной кухне, залитой кровью мужа, с ногами бордовыми ниже колен и волосами, слипшимися в кровавые дреды, как у какого-нибудь демона-растамана, Лора не кричала и даже не плакала.
Ее желтая сорочка была перемазана кровью и разорвана, левая грудь выглядывала из дыры. В одной руке она сжимала нож, которым тысячу лет назад чистила киви к завтраку, в другой — принадлежавший Тиму «Магнум» калибра.357.
Входная дверь с треском распахнулась, шаги протопали через прихожую, мужской голос прокричал:
— Полиция Мурсвилла!
Вытянув шею, она увидела двух полицейских, возникших в арочном проходе между кухней и гостиной: один — невысокий мужчина с бритой головой, второй — ее деверь с широко открытыми глазами и слезами на лице.
Невысокий коп сказал:
— Выйди в другую комнату, Мартин. Не нужно тебе видеть… — У нее пистолет!
— Дерьмо. Брось его, живо!
— Ну же, Лора, пожалуйста!
— Хочешь пулю схлопотать?
Они целились в нее из «Глоков», приказывали бросить оружие, и она старалась, но пистолет оказался приклеен к руке суперклеем — она попыталась швырнуть его через комнату, чтобы оторвать рукоятку от ладони, однако даже указательный палец был закреплен на спусковом крючке, ствол «Магнума» на мгновение повернулся в сторону полицейских, и позже они напишут в рапортах, что женщина целилась в них, и что огонь на поражение оставался единственным выходом, оба блюстителя порядка выстрелили: офицер Маккулар — два раза, офицер Уэст — четыре, а когда настал день разбирательства, действия обоих сотрудников были признаны разумными, и особенно начальство сочувствовало Уэсту, ведь парень обнаружил убитым своего младшего брата и был вынужден застрелить виновницу — собственную невестку.
Учитывая все обстоятельства, месяц оплачиваемого отпуска и еженедельные сеансы у психотерапевта — это самое меньшее, что они могли сделать.
Сквозь крошечный динамик телефона в ее руке донеслись гудки.
Она спросила:
— Когда ты понял, что мы знаем?
— В тот миг, когда ты заметила кровь на моей футболке.
Мартин свернул на их подъездную дорожку.
— Мне действительно жаль, что все так сложилось, Лора. Богом клянусь… Послышался слабый голос: «Девять-один-один. Что у вас случилось?» — Ебаная сука, — он так резко ударил по тормозам, что, даже при столь низкой скорости, Лору швырнуло на перегородку.
Мартин перевел рычаг в режим «паркинг», толкнул свою дверь.
— О Боже, пришлите кого-нибудь… Задняя пассажирская дверца распахнулась, и Мартин ввалился внутрь, придавил Лору своим весом, зажал рот ладонью и вырвал телефон, а затем ее голова взорвалась, и мир вокруг окутал искрившийся жгучими звездами мрак.
Лора подумала: «Я в сознании».
Она чувствовала, что щекой лежит на полу, а когда попыталась поднять голову, кожа на секунду приклеилась к дереву.
Села, открыла глаза; в висках пульсировала боль.
В четырех футах от нее, на полу возле раковины, распластался Тим, уставившись на нее пустыми глазами, на шее у него зияла черная щель.
И хотя она сидела в своей собственной кухне, залитой кровью мужа, с ногами бордовыми ниже колен и волосами, слипшимися в кровавые дреды, как у какого-нибудь демона-растамана, Лора не кричала и даже не плакала.
Ее желтая сорочка была перемазана кровью и разорвана, левая грудь выглядывала из дыры. В одной руке она сжимала нож, которым тысячу лет назад чистила киви к завтраку, в другой — принадлежавший Тиму «Магнум» калибра.357.
Входная дверь с треском распахнулась, шаги протопали через прихожую, мужской голос прокричал:
— Полиция Мурсвилла!
Вытянув шею, она увидела двух полицейских, возникших в арочном проходе между кухней и гостиной: один — невысокий мужчина с бритой головой, второй — ее деверь с широко открытыми глазами и слезами на лице.
Невысокий коп сказал:
— Выйди в другую комнату, Мартин. Не нужно тебе видеть… — У нее пистолет!
— Дерьмо. Брось его, живо!
— Ну же, Лора, пожалуйста!
— Хочешь пулю схлопотать?
Они целились в нее из «Глоков», приказывали бросить оружие, и она старалась, но пистолет оказался приклеен к руке суперклеем — она попыталась швырнуть его через комнату, чтобы оторвать рукоятку от ладони, однако даже указательный палец был закреплен на спусковом крючке, ствол «Магнума» на мгновение повернулся в сторону полицейских, и позже они напишут в рапортах, что женщина целилась в них, и что огонь на поражение оставался единственным выходом, оба блюстителя порядка выстрелили: офицер Маккулар — два раза, офицер Уэст — четыре, а когда настал день разбирательства, действия обоих сотрудников были признаны разумными, и особенно начальство сочувствовало Уэсту, ведь парень обнаружил убитым своего младшего брата и был вынужден застрелить виновницу — собственную невестку.
Учитывая все обстоятельства, месяц оплачиваемого отпуска и еженедельные сеансы у психотерапевта — это самое меньшее, что они могли сделать.
Страница 7 из 7
