Ехидна

Стройные ноги ступали по паркету, мелькали нежные девичьи пятки. Из радио, которое она поставила на стул посреди коридора, лилась «Lady In Red». Под эту песню ей всегда отлично танцевалось. Словно некий вихрь внутри поднимал её над паркетом, над домом, над планетой — и ещё выше. Она закрывала глаза, переносясь мыслями в иной мир, созданный её воображением: в нём она была одета в шикарное красное платье. Там, в этом мире, все девушки были обворожительными, а мужчины — импозантными. Пары, взявшись за руки, кружились вместе с ней — тот ритм, что возникал в ответ на лиричную, проникнутую желаниями и чувствами песню, она передавала им. Передавала своим танцем. В своём танце.

В своём танце она была королевой. Она верила в это, вскидывая вверх руки, делая ещё несколько поворотов и глазами, до краёв наполненными сиянием голубых искорок, ловя взгляды восторженных поклонников. Этот мир был идеален настолько, что ни одна девушка, ни одна модница, ни одна участница бала не завидовала ей. Все дамы хотели быть похожими на неё, но никто из них не обладал такими грацией, страстностью, чувством ритма. Они приходили в платьях точь-в-точь как у неё, повторяли её движения, пытались понять, откуда в ней горит столь яркий и правдивый свет, и пробовали зажечь его в себе, в своих глазах. Но, как бы они ни старались, они не могли стать ей — Королевой бала. Леди В Красном… — По-моему, прекрасная песня, — сказал мужской голос.

— А ты как думаешь, Джесс?

— Восхитительная. Одна из моих любимых, — ответила Джесс.

— Но не пора ли нам перейти к погоде, а, Питер?

— Я как раз собирался зачитать сводку.

— Интересно послушать, что синоптики понапридумывали нам на сегодня… Песня закончилась, начался прогноз погоды. Леди В Красном покинула волшебный и восхитительный мир и, пройдя через стратосферу, атмосферу и крышу дома, вернулась в тело девушки по имени Шейла Хардинг… … А лето, между тем, выдалось чудесное: душистое цветами, наполненное зелёнью деревьев, теплом и ощущением радости, которым пропиталось всё вокруг. Во всяком случае, для Шейлы это лето было именно таким. Когда она переехала в крупный город, к кузине, первым, что её поразило, была чистота улиц. Она редко видела дворников, и они представлялись ей существами из иных миров, появляющимися в самый неожиданный момент, чтобы смыть с тротуаров грязь или высыпать содержимое мусорных баков в грузовые машины, и тут же исчезающими — неизвестным образом в неизвестном направлении. Город был чист, как мысли маленькой девочки. Шейла заранее настроила себя на клубы дыма, на ревущие машины и их выхлопные газы, на асфальтовые дороги и редкие чахлые деревца. Как она была обрадована, увидев свежий, распустившийся листьями, благоухающий ароматом свежескошенной травы, аккуратный, ухоженный город. И чем-то этот город очень напоминал её саму — в деревне, из которой она приехала, у неё никогда не возникало подобного чувства.

Утро озаряло Шейлу своим мягким, доброжелательным светом, и девушка тянулась к нему, распускаясь и благоухая, как самый дивный на Земле цветок.

Шейла улыбалась ночному городу, и он улыбался ей в ответ. Полная луна посылала на Землю отражённый свет, горели фонари и неоновые вывески — впрочем, в квартале, где жила Шейла, неоновых вывесок было не так уж много, и в здании, украшенном одной из них, она работала.

Надо сказать, ей крупно повезло: работа находилась всего в паре сотен метров от дома. Это перст судьбы, подумала Шейла. Она считала, что в нашем мире ничто не происходит просто так, по велению слепого случая. Если она живёт в этом городе, если квартира кузины находится в этом районе и если Шейла работает в салоне «Красота и стиль», значит, так нужно. Кто-то позаботился о ней, и ей хотелось верить, что этот невидимый помощник не покинет её. Конечно, работа ночной уборщицы-не совсем то, о чём мечтает девушка. Но Шейле были нужны деньги: кузина уехала на две недели в отпуск, и Шейле надо было на что-то жить. Кроме того, через месяц она будет поступать в театральный вуз. А что, если не удастся попасть на бюджетное отделение? В этом случае деньги, заработанные в «Красоте и стиле», будут очень кстати. Шейла знала, сколько получает ночная уборщица, но особого выбора у неё, рождённой и воспитанной в глубинке, не было. Она долго подыскивала работу, такую, которая не будет излишне выматывать её плюс позволит днём заниматься у репетиторов и самостоятельно изучать тонкости актёрского мастерства. Шейле хотелось раскрыть перед людьми свои театральные способности, и для этого она делала всё возможное. Однако любому талантливому человеку, чтобы он не умер с голоду, нужны деньги, эти обыденные, но совершенно необходимые бумажки и кусочки металла.

И вот, однажды, пролистывая без энтузиазма очередную газету объявлений, она нашла на предпоследней странице, внизу, такой текст:

«Салону» Красота и стиль«требуется уборщица. График работы — ночной. Зарплата»…