Жили когда-то старик и старуха. Долго они жили, а детей у них не было. Горевали они, думали, что так бездетными и умрут. И вдруг родился у них сын. Прожил он один день и стал как годовалый ребёнок. Прожил два дня — стал как двухгодовалый. Прожил двенадцать дней — стал будто двенадцатилетний. Пришёл он к отцу и говорит...
Добавить в моё избранное
5 мин, 45 сек 15445
Гусь-птица в яму спустился. Мальчик пальцы высвободил, на белом крыле гуся написал: «Жив я, приходите скорее!» Вылетел гусь из ямы, в синее небо поднялся, опять к старику и старухе полетел. Говорит им:
— Ваш сын сорок один топор принести велел, сорок одного быка привести велел. Он жив, в глубокой яме связанный лежит. Если моей совести не верите, на крыле моём прочтите: он вам письмо написал!
На крыло старуха и старик посмотрели, слова увидели — поверили.
Взяли сорок один топор, погнали сорок одного быка к яме. Пришли, в яму смотрят, с сыном разговаривают.
Увидели это господские слуги — побежали к господам, стали рассказывать:
— Мать-отец его к яме пришли, сорок один топор ему принесли, сорок одного быка ему привели, чтобы он тех быков съел, силы набрался.
Выслушали господа и приказали своим слугам:
— Засыпьте, завалите яму доверху песком да камнями! Пусть он задохнётся, погибнет! А если уцелеет он, — плохо вам придётся!
Пока слуги к господам бегали, старик и старуха к сыну в яму быков сбросили. Съел сын быков — все двенадцать сил к нему вернулись.
— Теперь, — говорит, — топоры в яму бросайте!
Стали старик и старуха бросать в яму топоры. Они бросают, а сын свои путы перерубает. Один топор сломается — он другой берёт, другой сломается — он третьим рубит… Тут господские слуги с лопатами прибежали. Стали забрасывать яму песком да камнями.
Слуги в яму песок да камни бросают, старик со старухой топоры кидают, а мальчик-богатырь ремни разрубает. Только старик со старухой успели сорок первый топор бросить — господские слуги всю яму завалили. Полна яма доверху — не видно богатыря-мальчика, не слышно его голоса… Заплакали старуха и старик, думают: «Не увидим больше сына, погиб он…» С плачем и домой вернулись.
А сын не погиб. Собрался он с силами и стал головой песок да камни толкать, руками выбрасывать. Потом выбрался сам и пошёл домой. Пришёл, сел на скамейку. Лицо шапкой закрыл. Не узнал его отец.
— Кто ты? — спрашивает.
— Зачем к нам пришёл? Не ко времени нам гость: горе у нас… А сын молчит.
Отец стащил с него шапку и узнал сына. Обрадовались отец и мать — они уж и не думали его живым увидеть!
Рассказал им сын, как он спасся, как из ямы выбрался, и говорит:
— Вернулись опять ко мне мои двенадцать богатырских сил! Пойду-ка к господам, сосчитаюсь с ними: за все их злые дела заплачу им!
Сказал и пошёл. Увидели его господа — перепугались, не знают, куда деваться, куда прятаться.
— Теперь уж нам с ним не справиться, — говорят.
— Не будет нам пощады!
Побежали все без пути, куда глаза глядят. Да недалеко убежали — настиг их богатырь. Тут всем господам и конец пришёл.
— Ваш сын сорок один топор принести велел, сорок одного быка привести велел. Он жив, в глубокой яме связанный лежит. Если моей совести не верите, на крыле моём прочтите: он вам письмо написал!
На крыло старуха и старик посмотрели, слова увидели — поверили.
Взяли сорок один топор, погнали сорок одного быка к яме. Пришли, в яму смотрят, с сыном разговаривают.
Увидели это господские слуги — побежали к господам, стали рассказывать:
— Мать-отец его к яме пришли, сорок один топор ему принесли, сорок одного быка ему привели, чтобы он тех быков съел, силы набрался.
Выслушали господа и приказали своим слугам:
— Засыпьте, завалите яму доверху песком да камнями! Пусть он задохнётся, погибнет! А если уцелеет он, — плохо вам придётся!
Пока слуги к господам бегали, старик и старуха к сыну в яму быков сбросили. Съел сын быков — все двенадцать сил к нему вернулись.
— Теперь, — говорит, — топоры в яму бросайте!
Стали старик и старуха бросать в яму топоры. Они бросают, а сын свои путы перерубает. Один топор сломается — он другой берёт, другой сломается — он третьим рубит… Тут господские слуги с лопатами прибежали. Стали забрасывать яму песком да камнями.
Слуги в яму песок да камни бросают, старик со старухой топоры кидают, а мальчик-богатырь ремни разрубает. Только старик со старухой успели сорок первый топор бросить — господские слуги всю яму завалили. Полна яма доверху — не видно богатыря-мальчика, не слышно его голоса… Заплакали старуха и старик, думают: «Не увидим больше сына, погиб он…» С плачем и домой вернулись.
А сын не погиб. Собрался он с силами и стал головой песок да камни толкать, руками выбрасывать. Потом выбрался сам и пошёл домой. Пришёл, сел на скамейку. Лицо шапкой закрыл. Не узнал его отец.
— Кто ты? — спрашивает.
— Зачем к нам пришёл? Не ко времени нам гость: горе у нас… А сын молчит.
Отец стащил с него шапку и узнал сына. Обрадовались отец и мать — они уж и не думали его живым увидеть!
Рассказал им сын, как он спасся, как из ямы выбрался, и говорит:
— Вернулись опять ко мне мои двенадцать богатырских сил! Пойду-ка к господам, сосчитаюсь с ними: за все их злые дела заплачу им!
Сказал и пошёл. Увидели его господа — перепугались, не знают, куда деваться, куда прятаться.
— Теперь уж нам с ним не справиться, — говорят.
— Не будет нам пощады!
Побежали все без пути, куда глаза глядят. Да недалеко убежали — настиг их богатырь. Тут всем господам и конец пришёл.
Страница 2 из 2
