В ту ночь, когда Рони должна была появиться на свет, грохотал гром. Да, гроза так разошлась в ту ночь над горами, что вся нечисть, обитавшая в разбойничьем лесу, забилась со страху в норки да ямки, в пещеры да щели, и только злющие друды, для которых гроза была слаще меда, с визгом и воплями носились над разбойничьим замком, стоящим на разбойничьей горе. А Ловиса готовилась родить ребенка, крики друд ей мешали, и она сказала мужу своему Маттису...
Добавить в моё избранное
209 мин, 53 сек 13602
Они поели и согрелись, к тому же утро выдалось на редкость ясное, и они были свободны, как птицы. Только теперь они это ощутили. Все, что их угнетало и давило, осталось позади, и, не сговариваясь, они решили никогда больше не вспоминать о том, что было.
— Рони, — сказал Бирк, — ты понимаешь, как мы свободны? Так свободны, что хочется смеяться!
— Ага, и все это вокруг — наше царство, — сказала Рони.
— Никто не может его у нас отнять или прогнать нас отсюда.
Они сидели у огня, пока не поднялось солнце, а внизу, у подножья скалы, гудела река и просыпался лес. Верхушки деревьев чуть дрожали от утреннего ветерка, где-то куковала кукушка, рядом дятел стучал по стволу кедра, а семейство лосей вышло на водопой. Рони и Бирку казалось, что им принадлежит и река, и лес, и все-все, что там живет.
— Заткни уши, Бирк, — сказала вдруг Рони.
— Потому что я сейчас закричу. Это будет мой весенний крик!
И она закричала так громко, что эхо прокатилось по всем горам и долам.
— Знаешь, Рони, о чем я сейчас думаю? Надо успеть принести сюда мой арбалет, прежде чем слетятся на твой крик все злобные друды.
— Твой арбалет? — спросила Рони.
— Откуда? Из башни Борки?
— Нет, — сказал Бирк, — из леса. Я не мог притащить сюда все сразу. Кое-что из вещей я спрятал внизу, в дупле, надо за ними сбегать.
— А мне Маттис еще не разрешал брать арбалет, — сказала Рони.
— Но если ты дашь мне ножик, я сама сделаю себе лук.
— Ага, но только смотри не потеряй его! Это у нас самая ценная вещь. Без ножа мы в лесу пропадем!
— Да, есть вещи, без которых невозможно жить в лесу. Вот, например, бадейка для воды. Ты о ней подумал?
— Что толку, что я думал. Воду-то все равно носить не в чем.
— А я знаю, где ее взять.
— Ну?
— У родника в лесу, чуть пониже Волчьей Пасти. Туда ходит Ловиса за целебной водой. Вчера она послала Стуркаса за водой для Лысого Пера, у него живот заболел. Но за Стуркасом погнались две злобные друды, и он прибежал в замок без бадейки. Ловиса непременно заставит его сегодня за ней сходить, уж поверь мне. Но может, я успею прибежать туда до него.
И, не теряя ни минуты, оба они побежали вниз, а потом по лесу. И все же прошло немало времени, прежде чем они вернулись в Медвежью пещеру. Рони притащила бадейку, а Бирк — арбалет и все остальные вещи, которые он накануне спрятал в дупле. Все свои богатства он разложил на скалистой площадке перед входом в пещеру, чтобы показать их Рони: топор, брусок, котелок, рыболовные снасти, силки для ловли птиц, стрелы для арбалета и короткое копье — одним словом, самые необходимые предметы для тех, кто живет в лесу.
— А ты, оказывается, знаешь, что лесные жители сами добывают себе еду и защищаются от злобных друд и разных хищников, — сказала Рони.
— Конечно, знаю, — сказал Бирк.
— Мы… — Но договорить он не успел, потому что Рони схватила его за руку и с испугом прошептала:
— Т-сс! Там кто-то есть. В пещере!
Затаив дыхание, они прислушались. Да, в глубине пещеры действительно слышался шорох, видно, кто-то воспользовался тем, что они так надолго ушли, и прокрался туда. Бирк схватил копье. Они стояли, не шелохнувшись, вслушиваясь в непонятные звуки.
В пещере явно кто-то ходил, и они испугались, потому что не знали, кто же это там ходит. Потом им показалось, что в пещере ходит уже не одно существо, а много, что вся пещера кишмя кишит какими-то неведомыми тварями. Быть может, там притаились злобные друды? И вдруг они всей стаей, разом, вылетят оттуда и начнут терзать их своими острыми когтями? Ни у Рони, ни у Бирка больше не было сил ждать и прислушиваться.
— Прочь, мерзкие твари! — закричал Бирк.
— Вылетайте, если не боитесь самого острого копья в этом лесу!
Но никто не вылетел. Зато послышалось злобное шипенье:
— Ч-человеки в лес-су с-серых гномов-в-в! Вс-с-се с-с-серые гном-м-мы, кус-с-сайте и бейте их! Кус-с-сайте и бейте их!
Рони прямо зашлась от злости:
— Вон из нашей пещеры! Убирайтесь, серые гномы! Проваливайте, не то я вырву все ваши космы!
И тут серые гномы в испуге толпой выбежали из пещеры. Они злобно глядели на Рони, щелкали языками и шипели, а она в ответ шипела на них. А когда Бирк пригрозил им копьем, они сломя голову ринулись вниз, цепляясь за выступы отвесной скалы, чтобы не сорваться.
Многим все же не удавалось удержаться, — они испуганно пищали и плюхались в пенистую воду реки. Бурное течение уносило серых гномов целыми стайками. Но в конце концов они, хоть и с трудом, но все же выбирались на берег.
— Гляди, как они здорово плавают! — воскликнула Рони.
— И хлеб едят не хуже! — добавил Бирк, когда, зайдя в пещеру, обнаружил, что эта нечисть слопала весь большой каравай.
— Рони, — сказал Бирк, — ты понимаешь, как мы свободны? Так свободны, что хочется смеяться!
— Ага, и все это вокруг — наше царство, — сказала Рони.
— Никто не может его у нас отнять или прогнать нас отсюда.
Они сидели у огня, пока не поднялось солнце, а внизу, у подножья скалы, гудела река и просыпался лес. Верхушки деревьев чуть дрожали от утреннего ветерка, где-то куковала кукушка, рядом дятел стучал по стволу кедра, а семейство лосей вышло на водопой. Рони и Бирку казалось, что им принадлежит и река, и лес, и все-все, что там живет.
— Заткни уши, Бирк, — сказала вдруг Рони.
— Потому что я сейчас закричу. Это будет мой весенний крик!
И она закричала так громко, что эхо прокатилось по всем горам и долам.
— Знаешь, Рони, о чем я сейчас думаю? Надо успеть принести сюда мой арбалет, прежде чем слетятся на твой крик все злобные друды.
— Твой арбалет? — спросила Рони.
— Откуда? Из башни Борки?
— Нет, — сказал Бирк, — из леса. Я не мог притащить сюда все сразу. Кое-что из вещей я спрятал внизу, в дупле, надо за ними сбегать.
— А мне Маттис еще не разрешал брать арбалет, — сказала Рони.
— Но если ты дашь мне ножик, я сама сделаю себе лук.
— Ага, но только смотри не потеряй его! Это у нас самая ценная вещь. Без ножа мы в лесу пропадем!
— Да, есть вещи, без которых невозможно жить в лесу. Вот, например, бадейка для воды. Ты о ней подумал?
— Что толку, что я думал. Воду-то все равно носить не в чем.
— А я знаю, где ее взять.
— Ну?
— У родника в лесу, чуть пониже Волчьей Пасти. Туда ходит Ловиса за целебной водой. Вчера она послала Стуркаса за водой для Лысого Пера, у него живот заболел. Но за Стуркасом погнались две злобные друды, и он прибежал в замок без бадейки. Ловиса непременно заставит его сегодня за ней сходить, уж поверь мне. Но может, я успею прибежать туда до него.
И, не теряя ни минуты, оба они побежали вниз, а потом по лесу. И все же прошло немало времени, прежде чем они вернулись в Медвежью пещеру. Рони притащила бадейку, а Бирк — арбалет и все остальные вещи, которые он накануне спрятал в дупле. Все свои богатства он разложил на скалистой площадке перед входом в пещеру, чтобы показать их Рони: топор, брусок, котелок, рыболовные снасти, силки для ловли птиц, стрелы для арбалета и короткое копье — одним словом, самые необходимые предметы для тех, кто живет в лесу.
— А ты, оказывается, знаешь, что лесные жители сами добывают себе еду и защищаются от злобных друд и разных хищников, — сказала Рони.
— Конечно, знаю, — сказал Бирк.
— Мы… — Но договорить он не успел, потому что Рони схватила его за руку и с испугом прошептала:
— Т-сс! Там кто-то есть. В пещере!
Затаив дыхание, они прислушались. Да, в глубине пещеры действительно слышался шорох, видно, кто-то воспользовался тем, что они так надолго ушли, и прокрался туда. Бирк схватил копье. Они стояли, не шелохнувшись, вслушиваясь в непонятные звуки.
В пещере явно кто-то ходил, и они испугались, потому что не знали, кто же это там ходит. Потом им показалось, что в пещере ходит уже не одно существо, а много, что вся пещера кишмя кишит какими-то неведомыми тварями. Быть может, там притаились злобные друды? И вдруг они всей стаей, разом, вылетят оттуда и начнут терзать их своими острыми когтями? Ни у Рони, ни у Бирка больше не было сил ждать и прислушиваться.
— Прочь, мерзкие твари! — закричал Бирк.
— Вылетайте, если не боитесь самого острого копья в этом лесу!
Но никто не вылетел. Зато послышалось злобное шипенье:
— Ч-человеки в лес-су с-серых гномов-в-в! Вс-с-се с-с-серые гном-м-мы, кус-с-сайте и бейте их! Кус-с-сайте и бейте их!
Рони прямо зашлась от злости:
— Вон из нашей пещеры! Убирайтесь, серые гномы! Проваливайте, не то я вырву все ваши космы!
И тут серые гномы в испуге толпой выбежали из пещеры. Они злобно глядели на Рони, щелкали языками и шипели, а она в ответ шипела на них. А когда Бирк пригрозил им копьем, они сломя голову ринулись вниз, цепляясь за выступы отвесной скалы, чтобы не сорваться.
Многим все же не удавалось удержаться, — они испуганно пищали и плюхались в пенистую воду реки. Бурное течение уносило серых гномов целыми стайками. Но в конце концов они, хоть и с трудом, но все же выбирались на берег.
— Гляди, как они здорово плавают! — воскликнула Рони.
— И хлеб едят не хуже! — добавил Бирк, когда, зайдя в пещеру, обнаружил, что эта нечисть слопала весь большой каравай.
Страница 33 из 55
