В городе Стокгольме, на самой обыкновенной улице, в самом обыкновенном доме живёт самая обыкновенная шведская семья по фамилии Сва́нтесон. Семья эта состоит из самого обыкновенного папы, самой обыкновенной мамы и трёх самых обыкновенных ребят — Бо́ссе, Бе́тан и Малыша.
Добавить в моё избранное
111 мин, 36 сек 12454
— Погоди, мы сейчас что-нибудь придумаем! — умоляюще прошептал Малыш.
Но Карлсон, видимо, решил обидеться всерьёз.
— Вот возьму и улечу сейчас отсюда… — проворчал он.
Все трое понимали, какая это будет беда, если Карлсон улетит, и хором принялись уговаривать его остаться.
Карлсон с минуту сидел молча, продолжая дуться.
— Это, конечно, не наверняка, но я, пожалуй, смог бы остаться, если вот она, — и Карлсон показал своим пухлым пальчиком на Гуниллу, — погладит меня по голове и скажет: «Мой милый Карлсон».
Гунилла с радостью погладила его и ласково попросила:
— Миленький Карлсон, останься! Мы обязательно что-нибудь придумаем.
— Ну ладно, — сказал Карлсон, — я, пожалуй, останусь.
У детей вырвался вздох облегчения. Мама и папа Малыша обычно гуляли по вечерам. Вот и теперь мама крикнула из прихожей:
— Малыш! Кристер и Гунилла могут остаться у тебя до восьми часов, потом ты быстро ляжешь в постель. А когда мы вернёмся, я зайду к тебе пожелать «спокойной ночи».
И дети услышали, как хлопнула входная дверь.
— А почему она не сказала, до какого часа я могу здесь остаться? — спросил Карлсон и выпятил нижнюю губу.
— Если все ко мне так несправедливы, то я с вами не буду водиться.
— Ты можешь остаться здесь до скольких хочешь, — ответил Малыш.
Карлсон ещё больше выпятил губу.
— А почему меня не выставят отсюда ровно в восемь, как всех? — сказал Карлсон обиженным тоном.
— Нет, так я не играю!
— Хорошо, я попрошу маму, чтобы она отправила тебя домой в восемь часов, — пообещал Малыш.
— Ну, а ты придумал, во что мы будем играть?
Дурное настроение Карлсона как рукой сняло.
— Мы будет играть в привидения и пугать людей. Вы даже не представляете себе, что я могу сделать с помощью одной небольшой простыни. Если бы все люди, которых я пугал до смерти, давали мне за это по пять эре, я мог бы купить целую гору шоколада. Ведь я лучшее в мире привидение! — сказал Карлсон, и глаза его весело заблестели.
Малыш, Кристер и Гунилла с радостью согласились играть в привидения. Но Малыш сказал:
— Вовсе не обязательно так ужасно пугать людей.
— Спокойствие, только спокойствие! — ответил Карлсон.
— Не тебе учить лучшее в мире привидение, как должны вести себя привидения. Я только слегка попугаю всех до смерти, никто этого даже и не заметит.
— Он подошёл к кровати Малыша и взял простыню.
— Материал подходящий, можно сделать вполне приличную одежду для привидения.
Карлсон достал из ящика письменного стола цветные мелки и нарисовал в одном углу простыни страшную рожу. Потом он взял ножницы и, прежде чем Малыш успел его остановить, быстро прорезал две дырки для глаз.
— Простыня — это пустяки, дело житейское. А привидение должно видеть, что происходит вокруг, иначе оно начнёт блуждать и попадёт в конце концов невесть куда.
Затем Карлсон закутался с головой в простыню, так что видны были только его маленькие пухлые ручки.
Хотя дети и знали, что это всего-навсего Карлсон, закутанный в простыню, они всё же слегка испугались; а что касается Ёффы, то он бешено залаял. Когда же Карлсон включил свой моторчик и принялся летать вокруг люстры — простыня на нём так и развевалась, — стало ещё страшнее. Это было и вправду жуткое зрелище.
— Я небольшое привидение с мотором! — кричал он.
— Дикое, но симпатичное!
Дети притихли и боязливо следили за его полётом. А Ёффа просто надрывался от лая.
— Вообще говоря, — продолжал Карлсон, — я люблю, когда во время полёта жужжит мотор, но, поскольку я привидение, следует, вероятно, включить глушитель. Вот так!
Он сделал несколько кругов совершенно бесшумно и стал ещё больше похож на привидение.
Теперь дело было лишь за тем, чтобы найти, кого пугать.
— Может быть, мы отправимся на лестничную площадку? Кто-нибудь войдёт в дом и испугается до смерти!
В это время зазвонил телефон, но Малыш решил не подходить. Пусть себе звонит!
Между тем Карлсон принялся громко вздыхать и стонать на разные лады.
— Грош цена тому привидению, которое не умеет как следует вздыхать и стонать, — пояснил он.
— Это первое, чему учат юное привидение в привиденческой школе.
На все эти приготовления ушло немало времени. Когда они уже стояли перед входной дверью и собирались выйти на лестничную площадку, чтобы пугать прохожих, послышалось какое-то слабое царапанье. Малыш было подумал, что это мама и папа возвращаются домой. Но вдруг он увидел, как в щель ящика для писем кто-то просовывает стальную проволоку. И Малыш сразу понял, что к ним лезут воры. Он вспомнил, что на днях папа читал маме статью из газеты. Там говорилось, что в городе появилось очень много квартирных воров.
Но Карлсон, видимо, решил обидеться всерьёз.
— Вот возьму и улечу сейчас отсюда… — проворчал он.
Все трое понимали, какая это будет беда, если Карлсон улетит, и хором принялись уговаривать его остаться.
Карлсон с минуту сидел молча, продолжая дуться.
— Это, конечно, не наверняка, но я, пожалуй, смог бы остаться, если вот она, — и Карлсон показал своим пухлым пальчиком на Гуниллу, — погладит меня по голове и скажет: «Мой милый Карлсон».
Гунилла с радостью погладила его и ласково попросила:
— Миленький Карлсон, останься! Мы обязательно что-нибудь придумаем.
— Ну ладно, — сказал Карлсон, — я, пожалуй, останусь.
У детей вырвался вздох облегчения. Мама и папа Малыша обычно гуляли по вечерам. Вот и теперь мама крикнула из прихожей:
— Малыш! Кристер и Гунилла могут остаться у тебя до восьми часов, потом ты быстро ляжешь в постель. А когда мы вернёмся, я зайду к тебе пожелать «спокойной ночи».
И дети услышали, как хлопнула входная дверь.
— А почему она не сказала, до какого часа я могу здесь остаться? — спросил Карлсон и выпятил нижнюю губу.
— Если все ко мне так несправедливы, то я с вами не буду водиться.
— Ты можешь остаться здесь до скольких хочешь, — ответил Малыш.
Карлсон ещё больше выпятил губу.
— А почему меня не выставят отсюда ровно в восемь, как всех? — сказал Карлсон обиженным тоном.
— Нет, так я не играю!
— Хорошо, я попрошу маму, чтобы она отправила тебя домой в восемь часов, — пообещал Малыш.
— Ну, а ты придумал, во что мы будем играть?
Дурное настроение Карлсона как рукой сняло.
— Мы будет играть в привидения и пугать людей. Вы даже не представляете себе, что я могу сделать с помощью одной небольшой простыни. Если бы все люди, которых я пугал до смерти, давали мне за это по пять эре, я мог бы купить целую гору шоколада. Ведь я лучшее в мире привидение! — сказал Карлсон, и глаза его весело заблестели.
Малыш, Кристер и Гунилла с радостью согласились играть в привидения. Но Малыш сказал:
— Вовсе не обязательно так ужасно пугать людей.
— Спокойствие, только спокойствие! — ответил Карлсон.
— Не тебе учить лучшее в мире привидение, как должны вести себя привидения. Я только слегка попугаю всех до смерти, никто этого даже и не заметит.
— Он подошёл к кровати Малыша и взял простыню.
— Материал подходящий, можно сделать вполне приличную одежду для привидения.
Карлсон достал из ящика письменного стола цветные мелки и нарисовал в одном углу простыни страшную рожу. Потом он взял ножницы и, прежде чем Малыш успел его остановить, быстро прорезал две дырки для глаз.
— Простыня — это пустяки, дело житейское. А привидение должно видеть, что происходит вокруг, иначе оно начнёт блуждать и попадёт в конце концов невесть куда.
Затем Карлсон закутался с головой в простыню, так что видны были только его маленькие пухлые ручки.
Хотя дети и знали, что это всего-навсего Карлсон, закутанный в простыню, они всё же слегка испугались; а что касается Ёффы, то он бешено залаял. Когда же Карлсон включил свой моторчик и принялся летать вокруг люстры — простыня на нём так и развевалась, — стало ещё страшнее. Это было и вправду жуткое зрелище.
— Я небольшое привидение с мотором! — кричал он.
— Дикое, но симпатичное!
Дети притихли и боязливо следили за его полётом. А Ёффа просто надрывался от лая.
— Вообще говоря, — продолжал Карлсон, — я люблю, когда во время полёта жужжит мотор, но, поскольку я привидение, следует, вероятно, включить глушитель. Вот так!
Он сделал несколько кругов совершенно бесшумно и стал ещё больше похож на привидение.
Теперь дело было лишь за тем, чтобы найти, кого пугать.
— Может быть, мы отправимся на лестничную площадку? Кто-нибудь войдёт в дом и испугается до смерти!
В это время зазвонил телефон, но Малыш решил не подходить. Пусть себе звонит!
Между тем Карлсон принялся громко вздыхать и стонать на разные лады.
— Грош цена тому привидению, которое не умеет как следует вздыхать и стонать, — пояснил он.
— Это первое, чему учат юное привидение в привиденческой школе.
На все эти приготовления ушло немало времени. Когда они уже стояли перед входной дверью и собирались выйти на лестничную площадку, чтобы пугать прохожих, послышалось какое-то слабое царапанье. Малыш было подумал, что это мама и папа возвращаются домой. Но вдруг он увидел, как в щель ящика для писем кто-то просовывает стальную проволоку. И Малыш сразу понял, что к ним лезут воры. Он вспомнил, что на днях папа читал маме статью из газеты. Там говорилось, что в городе появилось очень много квартирных воров.
Страница 22 из 32
