Крошка Нильс Карлссон

В чулане он нашёл тряпку и оторвал от неё крохотный уголок. Потом сложил всё это у входа в крысиную нору и вместе с Ниссе перетащил вниз.

— Какая огромная щётка! — воскликнул Ниссе.

— Такой щётки нам вполне хватит, — сказал Бертиль. И они принялись за уборку. Бертиль драил пол щёткой, а Ниссе вытирал его тряпкой. Вода в чашечке, превратившейся теперь в огромную лохань, стала совсем чёрной. Зато пол заблестел от чистоты.

— Теперь жди меня вот здесь, на лестничной площадке, — сказал Бертиль, — Сейчас будет тебе сюрприз. Только закрой глаза! И не подглядывай!

Ниссе закрыл глаза. Он слышал, как Бертиль наверху чем-то гремит и скребёт по полу.

— Всё. Можешь открывать глаза, — сказал наконец Бертиль.

Ниссе открыл глаза и увидел стол, угловой шкаф, два изящнейших креслица и две деревянные скамеечки.

— Никогда не видел ничего подобного! — закричал Ниссе.

— Ты что, умеешь колдовать?

Колдовать Бертиль, конечно же, не умел. Он взял всё это в Мэртином кукольном шкафу. И ещё принес ковёр, вернее, полосатый самодельный половичок, который Мэрта соткала на игрушечном ткацком станочке.

Сначала ребята расстелили ковер. Он покрыл почти весь пол.

— Ой, как уютно! — сказал Ниссе.

Но ещё уютнее стало, когда угловой шкаф занял своё место в углу, стол — посреди комнаты, кресла — вокруг стола, а скамеечки — у печки.

— Вот уж не думал, что можно жить в такой красоте! — с благоговением сказал Ниссе.

Бертилю тоже показалось здесь очень красиво, гораздо красивее, чем в его собственной комнате наверху.

Они уселись в кресла и стали беседовать.

— Да-а, — вздохнул Ниссе, — не мешало бы и самому стать хоть чуточку покрасивее. Во всяком случае, хоть немножечко почище.

— А что если нам искупаться? — предложил Бертиль.

Чашечка для желе была быстро наполнена чистой горячей водой, кусочки старого рваного махрового полотенца превратились в прекрасные банные простыни и, даже если мальчики и расплескали чашечку на лестнице, всё же оставшейся воды им вполне хватило для купания. Они быстро разделись и нырнули в лохань. Вот было здорово!

— Потри мне, пожалуйста, спинку, — попросил Ниссе.

Бертиль потёр. А потом Ниссе тёр Бертилю спинку. А потом они брызгались и плескались и пролили на пол много воды, но это было не страшно, потому что край ковра они завернули, а вода быстро высохла. Потом они закутались в купальные простыни, уселись на скамеечке поближе к огню и стали рассказывать друг другу интересные истории. Бертиль принёс сверху сахар и крошечный кусочек яблока, который они испекли на огне.

Вдруг Бертиль вспомнил, что скоро должны прийти мама с папой, и поспешно натянул на себя одежду. Ниссе тоже быстро оделся.

— Вот будет весело, если ты отправишься со мной наверх, — сказал ему Бертиль.

— Я спрячу тебя под рубашкой, и мама с папой ничего не заметят.

Ниссе это предложение показалось на редкость заманчивым.

— Я буду тихо сидеть, — пообещал он.

— Что это у тебя волосы мокрые? — спросила мама Бертиля, когда вся семья уселась за стол ужинать.

— Я купался, — ответил Бертиль.

— Купался? — удивилась мама.

— Где?

— Вот здесь! — И Бертиль, смеясь, указал на стол, на фарфоровую чашечку с желе.

Мама с папой решили, что он шутит.

— Приятно видеть Бертиля в хорошем настроении, — сказал папа.

— Бедный мой мальчик, — вздохнула мама.

— Как жаль, что он целыми днями сидит один!

Бертиль почувствовал, как что-то шевельнулось у него под рубашкой, что-то тёплое-претёплое.

— Не волнуйся, мамочка, — сказал он.

— Мне теперь очень весело одному!

И засунув под рубашку указательный палец, Бертиль осторожно похлопал им Крошку Нильса Карлссона.