Во стольном то городе во Киеве Да у ласкового князя да у Владимира, У ёго было пированье, да был почестен пир.
Добавить в моё избранное
13 мин, 8 сек 17466
А и было на пиру у ёго собрано:
Князья и бояра, купцы гости торговы И сильны могучи богатыри, Да все поляницы да преудалые.
Владимир от князь ходит весел радостен, По светлой то гридне да он похаживает, Да сам из речей да выговаривает:
«Уж вы ой еси, князи да нонче бояра, Да все же купцы гости торговые, Вы не знаете ли где ка да мне обручницы, Обручницы мне ка да супротивницы, Супротивницы мне ка да красной девицы:»
Красотой бы красна да ростом высока, Лицо то у ней да было б белый снег, Очи у ней да быв у сокола, Брови черны у ей да быв два соболя, А реснички у ей да два чистых бобра?«Тут и больш от хоронится за среднего, Да средн ет хоронится за меньшего:»
От меньших, сидят, долго ответу нет.
А из за того стола из за среднего, Из за той же скамейки да белодубовой Выстават тут удалый да добрый молодец, А не провелик детинушка, плечьми широк, А по имени Добрынюшка Никитич млад.
Выстават уж он да низко кланяется, Он и сам говорит да таково слово:
«Государь ты, князь Владимир да стольнокиевский!»
А позволь ко се мне ка да слово молвити:
Не вели меня за слово скоро сказнить, А скоро меня сказнить, скоре того повесити, Не ссылай меня во ссылочку во дальнюю, Не сади во глубоки да темны погребы.
У тя есть нонь двенадцать да тюрем темныих;
У тя есть там сидит как потюрёмщичек, Потюрёмщичек сидит есть да добрый молодец, А по имени Дунай да сын Иванович;
Уж он много бывал да по другим землям, Уж он много служил да нонь многим царям, А царям он служил, много царевичам, Королям он служил да королевичам;
А не знат ли ведь он тебе обручницы, А обручницы тебе да супротивницы, Супротивницы тебе да красной девицы?«Говорит тут князь Владимир да стольнокиевский:»
«Уж вы, слуги, мои слуги да слуги верные!»
Вы сходите тко ведь нонче да в темны погребы, Приведите вы Дуная сына Ивановича«.»
Тут и скоро сходили да в темны погребы, Привели тут Дуная сына Ивановича.
Говорит тут князь Владимир да стольнокиевский:
«Уж ты ой еси, Дунай ты да сын Иванович!»
Скажут, много ты бывал, Дунай, по всем землям, Скажут, много живал, Дунай, по украинам, Скажут, много ты служил, Дунай, многим царям, А царям ты служил, много царевичам, Королям ты служил да королевичам.
Ты не знаешь ли ведь где ка да мне обручницы, Обручницы мне да супротивницы, Супротивницы мне ка да красной девицы?«Говорит тут Дунай как да сын Иванович:»
«Уж я где не бывал, да нонче всё забыл:»
Уж я долго сидел нонь да в темной темнице«.»
Еще в та поре Владимир да стольнокиевский Наливал ему чару да зелена вина, А котора де чара да полтора ведра;
Подносил он Дунаю сыну Ивановичу, Принимал тут Дунай чару да единой рукой.
Выпивал он ведь чару да к едину духу;
Он и сам говорит да таково слово:
«Государь ты, князь Владимир да стольнокиевский!»
Уж я много нонь жил, Дунай, по всем землям, Уж я много нонь жил да по украинам, Много служивал царям да я царевичам, Много служивал королям я да королевичам.
Я уж жил де был в земли, да в земли в дальнее, Я во дальней жил в земли да ляховинское, Я у стремена у короля Данила сына Манойловича;
Я не много поры времени, двенадцать лет.
Еще есть у ёго да как две дочери.
А больша то ведь дочи да то Настасия, Еще та же Настасья да королевична;
Еще та же Настасья да не твоя чета, Не твоя чета Настасья и не тебе жена:
Еще зла поляница да преудалая.
А мала то дочи да то — Апраксия, Еще та Апраксия да королевична;
Красотой она красива да ростом высока, А лицо то у ей дак ровно белый снег, У ней ягодницы быв красные мазовицы, Ясны очи у ей да быв у сокола, Брови черны у ей быв два соболя, А реснички у ей быв два чистых бобра;
Еще есть де кого дак уж княгиней назвать, Еще есть де кому да поклонитися«.»
Говорит тут князь Владимир да стольнокиевский:
«Уж ты ой, тихой Дунай да сын Иванович!»
Послужи ты мне нонче да верой правдою;
Ты уж силы то бери да сколько тебе надобно, Поезжайте за Апраксией да королевичной:
А добром король дает, дак вы и добром берите;
А добром то не даст, — берите силою, А силой возьмите да богатырскою, A грозою увезите да княженецкою«.»
Говорит тихой Дунай да сын Иванович:
«Государь ты, князь Владимир да стольнокиевский, Мне ка силы твоей много не надобно, Только дай ты мне старого казака, А второго Добрыню сына Никитича:»
Мы поедем за Апраксией да королевичной«.»
То и будут богатыри на конюшен двор;
А седлали уздали да коней добрыих;
И подвязывали седелышки черкасские;
И подвязывали подпруги да шелку белого, Двенадцать подпруг да шелку белого, Тринадцата подпруга через хребетну кость:
«То не ради басы, да ради крепости, А все ради храбрости молодецкие, Да для ради опору да богатырского, Не оставил бы конь да во чистом поли, Не заставил бы конь меня пешом ходить».
Князья и бояра, купцы гости торговы И сильны могучи богатыри, Да все поляницы да преудалые.
Владимир от князь ходит весел радостен, По светлой то гридне да он похаживает, Да сам из речей да выговаривает:
«Уж вы ой еси, князи да нонче бояра, Да все же купцы гости торговые, Вы не знаете ли где ка да мне обручницы, Обручницы мне ка да супротивницы, Супротивницы мне ка да красной девицы:»
Красотой бы красна да ростом высока, Лицо то у ней да было б белый снег, Очи у ней да быв у сокола, Брови черны у ей да быв два соболя, А реснички у ей да два чистых бобра?«Тут и больш от хоронится за среднего, Да средн ет хоронится за меньшего:»
От меньших, сидят, долго ответу нет.
А из за того стола из за среднего, Из за той же скамейки да белодубовой Выстават тут удалый да добрый молодец, А не провелик детинушка, плечьми широк, А по имени Добрынюшка Никитич млад.
Выстават уж он да низко кланяется, Он и сам говорит да таково слово:
«Государь ты, князь Владимир да стольнокиевский!»
А позволь ко се мне ка да слово молвити:
Не вели меня за слово скоро сказнить, А скоро меня сказнить, скоре того повесити, Не ссылай меня во ссылочку во дальнюю, Не сади во глубоки да темны погребы.
У тя есть нонь двенадцать да тюрем темныих;
У тя есть там сидит как потюрёмщичек, Потюрёмщичек сидит есть да добрый молодец, А по имени Дунай да сын Иванович;
Уж он много бывал да по другим землям, Уж он много служил да нонь многим царям, А царям он служил, много царевичам, Королям он служил да королевичам;
А не знат ли ведь он тебе обручницы, А обручницы тебе да супротивницы, Супротивницы тебе да красной девицы?«Говорит тут князь Владимир да стольнокиевский:»
«Уж вы, слуги, мои слуги да слуги верные!»
Вы сходите тко ведь нонче да в темны погребы, Приведите вы Дуная сына Ивановича«.»
Тут и скоро сходили да в темны погребы, Привели тут Дуная сына Ивановича.
Говорит тут князь Владимир да стольнокиевский:
«Уж ты ой еси, Дунай ты да сын Иванович!»
Скажут, много ты бывал, Дунай, по всем землям, Скажут, много живал, Дунай, по украинам, Скажут, много ты служил, Дунай, многим царям, А царям ты служил, много царевичам, Королям ты служил да королевичам.
Ты не знаешь ли ведь где ка да мне обручницы, Обручницы мне да супротивницы, Супротивницы мне ка да красной девицы?«Говорит тут Дунай как да сын Иванович:»
«Уж я где не бывал, да нонче всё забыл:»
Уж я долго сидел нонь да в темной темнице«.»
Еще в та поре Владимир да стольнокиевский Наливал ему чару да зелена вина, А котора де чара да полтора ведра;
Подносил он Дунаю сыну Ивановичу, Принимал тут Дунай чару да единой рукой.
Выпивал он ведь чару да к едину духу;
Он и сам говорит да таково слово:
«Государь ты, князь Владимир да стольнокиевский!»
Уж я много нонь жил, Дунай, по всем землям, Уж я много нонь жил да по украинам, Много служивал царям да я царевичам, Много служивал королям я да королевичам.
Я уж жил де был в земли, да в земли в дальнее, Я во дальней жил в земли да ляховинское, Я у стремена у короля Данила сына Манойловича;
Я не много поры времени, двенадцать лет.
Еще есть у ёго да как две дочери.
А больша то ведь дочи да то Настасия, Еще та же Настасья да королевична;
Еще та же Настасья да не твоя чета, Не твоя чета Настасья и не тебе жена:
Еще зла поляница да преудалая.
А мала то дочи да то — Апраксия, Еще та Апраксия да королевична;
Красотой она красива да ростом высока, А лицо то у ей дак ровно белый снег, У ней ягодницы быв красные мазовицы, Ясны очи у ей да быв у сокола, Брови черны у ей быв два соболя, А реснички у ей быв два чистых бобра;
Еще есть де кого дак уж княгиней назвать, Еще есть де кому да поклонитися«.»
Говорит тут князь Владимир да стольнокиевский:
«Уж ты ой, тихой Дунай да сын Иванович!»
Послужи ты мне нонче да верой правдою;
Ты уж силы то бери да сколько тебе надобно, Поезжайте за Апраксией да королевичной:
А добром король дает, дак вы и добром берите;
А добром то не даст, — берите силою, А силой возьмите да богатырскою, A грозою увезите да княженецкою«.»
Говорит тихой Дунай да сын Иванович:
«Государь ты, князь Владимир да стольнокиевский, Мне ка силы твоей много не надобно, Только дай ты мне старого казака, А второго Добрыню сына Никитича:»
Мы поедем за Апраксией да королевичной«.»
То и будут богатыри на конюшен двор;
А седлали уздали да коней добрыих;
И подвязывали седелышки черкасские;
И подвязывали подпруги да шелку белого, Двенадцать подпруг да шелку белого, Тринадцата подпруга через хребетну кость:
«То не ради басы, да ради крепости, А все ради храбрости молодецкие, Да для ради опору да богатырского, Не оставил бы конь да во чистом поли, Не заставил бы конь меня пешом ходить».
Страница 1 из 4
