Из за моря то, моря, братцы, синего, А из за синего моря из за Карского, Из за Карского моря, Арапского А приходило три черненых три то корабля, А в тих то кораблях пришло поганое Идолище Как ко ласковому князю ко Владимиру.
Добавить в моё избранное
7 мин, 24 сек 17589
Повелась у князя тут ведь свадьба же.
Посылали звать Добрынюшку с Михайлушком-душой то красных девицей, А пошли они то звать к Марфы Дмитревны на девью плачь.
Они ходят зовут да красных девицей, А зовут они молодых то вдов, А зовут то они жен ведь мужния:
«Уж вы милости просим, души красны девицы, К Марфы Дмитревны на девью плачь!»
Вас зазвала то Марфа Дмитревна на девью плачь«.»
А как тут скоро сбирались красны девицы, А как белые лебедушки на заводи слеталися.
А как не бела тут на заводи, бела лебедь воскикала, А как слезно Марфа Дмитревна восплакала.
Тут заплакали да слезно красны девицы, А да тут пуще заплакали по ней молоды вдовы, Еще пуще тут заплачут жены мужние.
А да как отплакали тут да красны девицы, А пошла у Владимира свадьба навеселе.
Как пришел то тут поганое Идолище, А садился он за столы да белодубовы, За питья, за ествы сахарные.
А как ест он, татарин, по звериному, А как пьет то он да по скотиному.
А как пили, ели, напивалися, А пошли они, повели Марфушку на черны корабли.
А как провожают ей народ да православныя, Провожают ей да слезно плачутся.
А как приходила Марфушка на свой чернен корабль, А заходит она в каюту корабельную, А при ею тут Добрынюшка Микитич млад.
Потянула поветерь тиха способная, А пошли тут корабли да во сине море, Во сине море да во свое село.
А как русская земля да потаилася, Как поганая земля да заменилася.
А как по Божьей то былобелыц по милости, По Марфушкиной было участи, А как пала тут ведь тиха тишина, Не несет то никуда да черных кораблей.
А как выходила из каюты все ведь Марфа Дмитревна на палубу, А сама она ведь говорит да таковы речи:
«Уж ты гой еси, да брат крестовыя!»
Постарайся ка ты изобелыц всих же, Подорожи моей да буйной головой, А кричи поганому Идолищу во всю голову, А чтобы он стянулся всима корабли да во одно место;
Уж вы пойте ка татаровей всих допьяна, А я сама пойду поить поганого Идолища«.»
А да как закричал Добрыня громким голосом:
«Уж ты гой еси, поганое Идолище!»
А зовет тебя Марфа то Дмитревна стягатися да черныма корабли:
Она хочет сделать пир на радости, Что своя земля да потаилася, А как ваша земля да сременилася«.»
Как услыхал тут поганое Идолище, А весьма он сделал весьма радостен, Приказал он во едно место связатися.
Повела ли тут Марфа Дмитревна поганого Идолища В свою каюту корабельную, А садила его на стул на ременчат же, А садила за те ествы за сахарные, Она стала наливать то чары зелена вина, А как стала наливать да чары пива хмельного, На закуску, на запивку меду сладкого.
А как начал тут Идолище пить, есть да без опасности.
А он пьет то вино досуха, Запиват да пивом хмельныим, Закусыват да медом сладкиим.
Вдостали зашаталася его да буйна голова, А валила его на кроваточку тесовую, На мягку перину на пуховую.
Захватил то он Марфу в охапочку, А как заспал он сном да богатырскиим, А со сна на ней накинул руку правую, А накинул на ней да ногу правую, А да чуть под ним жива лежит, Душа в теле полуднует.
Закричала она громким голосом:
«Уж ты гой еси, ты брат мой крестовыя!»
А сойми с меня руку Идолища, А скинь с меня ногу поганого«.»
Прибежал Добрынюшка в каюту корабельную, А как сметыват с ней праву руку, А как скидыват он с ней все леву ногу.
Как соскакивала Марфа с кроваточки, А выскакивала она на палубу ту корабельную.
Как хватил Добрыня востру саблю же, А отсек Идолищу да буйну голову.
Заскакало тут поганое Идолище.
А как он присек его ведь намелко, А сметали его да во сине море, Как рубили татаровей да до единого.
Потянула им то поветерь да все способная А да как ко городу ко Киеву, А ко ласкову князю ту ко Владимиру.
Как приходят они в красен Киев град, Услыхал тут всё Владимир князь да со княгинею, Как стречали со всего города со Киева, А как собиралися народа православные.
Тут пошел у князя пир навеселе, на радости.
Посылали звать Добрынюшку с Михайлушком-душой то красных девицей, А пошли они то звать к Марфы Дмитревны на девью плачь.
Они ходят зовут да красных девицей, А зовут они молодых то вдов, А зовут то они жен ведь мужния:
«Уж вы милости просим, души красны девицы, К Марфы Дмитревны на девью плачь!»
Вас зазвала то Марфа Дмитревна на девью плачь«.»
А как тут скоро сбирались красны девицы, А как белые лебедушки на заводи слеталися.
А как не бела тут на заводи, бела лебедь воскикала, А как слезно Марфа Дмитревна восплакала.
Тут заплакали да слезно красны девицы, А да тут пуще заплакали по ней молоды вдовы, Еще пуще тут заплачут жены мужние.
А да как отплакали тут да красны девицы, А пошла у Владимира свадьба навеселе.
Как пришел то тут поганое Идолище, А садился он за столы да белодубовы, За питья, за ествы сахарные.
А как ест он, татарин, по звериному, А как пьет то он да по скотиному.
А как пили, ели, напивалися, А пошли они, повели Марфушку на черны корабли.
А как провожают ей народ да православныя, Провожают ей да слезно плачутся.
А как приходила Марфушка на свой чернен корабль, А заходит она в каюту корабельную, А при ею тут Добрынюшка Микитич млад.
Потянула поветерь тиха способная, А пошли тут корабли да во сине море, Во сине море да во свое село.
А как русская земля да потаилася, Как поганая земля да заменилася.
А как по Божьей то былобелыц по милости, По Марфушкиной было участи, А как пала тут ведь тиха тишина, Не несет то никуда да черных кораблей.
А как выходила из каюты все ведь Марфа Дмитревна на палубу, А сама она ведь говорит да таковы речи:
«Уж ты гой еси, да брат крестовыя!»
Постарайся ка ты изобелыц всих же, Подорожи моей да буйной головой, А кричи поганому Идолищу во всю голову, А чтобы он стянулся всима корабли да во одно место;
Уж вы пойте ка татаровей всих допьяна, А я сама пойду поить поганого Идолища«.»
А да как закричал Добрыня громким голосом:
«Уж ты гой еси, поганое Идолище!»
А зовет тебя Марфа то Дмитревна стягатися да черныма корабли:
Она хочет сделать пир на радости, Что своя земля да потаилася, А как ваша земля да сременилася«.»
Как услыхал тут поганое Идолище, А весьма он сделал весьма радостен, Приказал он во едно место связатися.
Повела ли тут Марфа Дмитревна поганого Идолища В свою каюту корабельную, А садила его на стул на ременчат же, А садила за те ествы за сахарные, Она стала наливать то чары зелена вина, А как стала наливать да чары пива хмельного, На закуску, на запивку меду сладкого.
А как начал тут Идолище пить, есть да без опасности.
А он пьет то вино досуха, Запиват да пивом хмельныим, Закусыват да медом сладкиим.
Вдостали зашаталася его да буйна голова, А валила его на кроваточку тесовую, На мягку перину на пуховую.
Захватил то он Марфу в охапочку, А как заспал он сном да богатырскиим, А со сна на ней накинул руку правую, А накинул на ней да ногу правую, А да чуть под ним жива лежит, Душа в теле полуднует.
Закричала она громким голосом:
«Уж ты гой еси, ты брат мой крестовыя!»
А сойми с меня руку Идолища, А скинь с меня ногу поганого«.»
Прибежал Добрынюшка в каюту корабельную, А как сметыват с ней праву руку, А как скидыват он с ней все леву ногу.
Как соскакивала Марфа с кроваточки, А выскакивала она на палубу ту корабельную.
Как хватил Добрыня востру саблю же, А отсек Идолищу да буйну голову.
Заскакало тут поганое Идолище.
А как он присек его ведь намелко, А сметали его да во сине море, Как рубили татаровей да до единого.
Потянула им то поветерь да все способная А да как ко городу ко Киеву, А ко ласкову князю ту ко Владимиру.
Как приходят они в красен Киев град, Услыхал тут всё Владимир князь да со княгинею, Как стречали со всего города со Киева, А как собиралися народа православные.
Тут пошел у князя пир навеселе, на радости.
Страница 2 из 2
