Бьют-кипят ключи, кричат олени-маралухи, цветы распускаются. Зелень лугов разливается, кукуют тонкоголосые кукушки, колышет ветер деревья сандаловые, что ветвей своих поднять не в силах. Кричат ястребы и беркуты, кустарники меж собой переплетаются, зелёная мурава стоит грядой…
Добавить в моё избранное
4 мин, 41 сек 17396
Стать надо в таком месте, чтобы вода до самого рта доходила, а кончики пальцев на ногах чуть-чуть только дна речного касались.
Залез мангадхай в глубокое место. Вода до рта доходит, льдом покрылась.
— Теперь вылезай! — кричит Овше.
Сколько ни пытался мангадхай, а вылезти не в силах. От злобы пыхтит, жила на лбу, что канат, надулась, а лёд проломить не может.
Обрадовался Овше. Выхватил свой острый меч алмазный и бросился к мангадхаю. Да не тут-то было! Дунул на Овше мангадхай. От дыхания того Овше на сто вёрст отлетел, в воздухе тысячу раз перевернулся, еле жив остался.
Тогда перешёл Овше реку с другой стороны, подошёл сзади к примерзшей голове мангадхая, говорит ему:
— Ну что, злой батар! Вот и тебе конец пришёл. Не будешь больше народ мучить. Теперь видишь, на что и наши богатыри способны.
Вздохнул мангадхай и говорит:
— Об одном жалею, что дунул я на тебя. Мне бы вдохнуть в себя воздух следовало, — так ты у меня давно в животе бы сидел.
Овше мечом острым и разрубил ему голову. На голове той ещё несколько меньших голов торчало. Отрубил их Овше, прикрепил к седлу Аранзала и помчался домой.
Когда узнали мангадхаи о смерти своего предводителя, сами разбежались. Жена мангадхая за Овше в погоню пустилась. Колёса её повозки были так велики, что, когда вдавливались в землю, появлялись глубокие ущелья. Быки взрывали рогами землю с такой силой, что от этого горы вырастали. Да не догнать было Овше на его Аранзале быстром.
И расстояние в три года он в трое суток проскакал.
Подобно ветру пролетая, К себе домой он добежал.
Так победил добрый батар Овше злого мангадхая-предводителя.
Залез мангадхай в глубокое место. Вода до рта доходит, льдом покрылась.
— Теперь вылезай! — кричит Овше.
Сколько ни пытался мангадхай, а вылезти не в силах. От злобы пыхтит, жила на лбу, что канат, надулась, а лёд проломить не может.
Обрадовался Овше. Выхватил свой острый меч алмазный и бросился к мангадхаю. Да не тут-то было! Дунул на Овше мангадхай. От дыхания того Овше на сто вёрст отлетел, в воздухе тысячу раз перевернулся, еле жив остался.
Тогда перешёл Овше реку с другой стороны, подошёл сзади к примерзшей голове мангадхая, говорит ему:
— Ну что, злой батар! Вот и тебе конец пришёл. Не будешь больше народ мучить. Теперь видишь, на что и наши богатыри способны.
Вздохнул мангадхай и говорит:
— Об одном жалею, что дунул я на тебя. Мне бы вдохнуть в себя воздух следовало, — так ты у меня давно в животе бы сидел.
Овше мечом острым и разрубил ему голову. На голове той ещё несколько меньших голов торчало. Отрубил их Овше, прикрепил к седлу Аранзала и помчался домой.
Когда узнали мангадхаи о смерти своего предводителя, сами разбежались. Жена мангадхая за Овше в погоню пустилась. Колёса её повозки были так велики, что, когда вдавливались в землю, появлялись глубокие ущелья. Быки взрывали рогами землю с такой силой, что от этого горы вырастали. Да не догнать было Овше на его Аранзале быстром.
И расстояние в три года он в трое суток проскакал.
Подобно ветру пролетая, К себе домой он добежал.
Так победил добрый батар Овше злого мангадхая-предводителя.
Страница 2 из 2
