В Ниольских горах, где так редко выпадают дожди, где от жары камни рассыпаются в песок, а земля становится твёрдой, как камень, лепились к склонам домишки маленького селения. Крестьяне в этом селении жили бедно, хоть и работали много. Если бы они так трудились где-нибудь в долине, они, пожалуй, жили бы припеваючи. И всё-таки даже эта бесплодная земля кое-как кормила их.
Добавить в моё избранное
14 мин, 20 сек 14296
Но чтобы ближе познакомиться с таким любезным синьором, я готов играть с утра до вечера. У столь опытного учителя я, конечно, сделаю быстрые успехи.
Гость был очень доволен. Он принялся кланяться так усердно, что, забывшись, выставил из-под плаща правую ногу. И что же увидел Франческо? Вы думаете, туфлю с бантом? Как бы не так! Он увидел чёрное мохнатое копыто.
«Эге-ге! — подумал Франческо.»
— Оказывается, сам дядюшка чёрт навестил меня. Вот и хорошо, он найдёт тут хлебец как раз по своим зубам«.»
Вечером того же дня синьор Санто Франческо играл в кости с синьором чёртом. Он сделал быстрые успехи и проиграл двадцать тысяч скудо.
На второй вечер Франческо научился играть ещё лучше и проиграл тридцать тысяч скудо.
Ну, а в третий вечер он овладел игрой в совершенстве и поэтому проиграл пятьдесят тысяч скудо.
Тут чёрт решил, что обыграл юношу дочиста.
— Дорогой синьор Санто Франческо, — сказал он вкрадчивым голосом.
— Мне очень жаль, что мои уроки стоили так дорого. Но я могу помочь вам. Я верну половину вашего проигрыша, чтобы вы могли отыграться.
— А если я не отыграюсь? — спросил Франческо.
— А если вы не отыграетесь, будем считать, что вы принадлежите мне со всеми потрохами, душой и прочими пустяками.
— Ах ты, чёртов чёрт! — воскликнул Франческо.
— Теперь я знаю, куда делись двенадцать лучших юношей города. А ну, марш ко мне в мешок!
Чёрт и опомниться не успел, как голова его уже была в мешке, а копыта болтались в воздухе. Через миг исчез и в мешке и копыта.
Тогда Франческо сказал:
— Этот весёлый синьор любит шутки шутить. Пошутим и мы. Спляши-ка, дубинка, парочку-другую хорошеньких танцев.
Дубинка начала с тарантеллы. И Франческо нашёл, что она пляшет прекрасно. Зато чёрту танец дубинки совсем не понравился.
— Я отдам вам, синьор Франческо, даром половину проигрыша! — вопил чёрт.
— Нет, я отдам вам весь проигрыш. Ну ладно, я отдам все деньги, что выиграл в этом городе!
Между тем дубинка кончила тарантеллу и принялась отплясывать весёлый крестьянский танец трескон. Чёрт взмолился:
— Ради самого дьявола, заставьте её остановиться! Скажите, наконец, чего вы от меня хотите?
— Отдохни немножко, — приказал Франческо дубинке.
— Так вот, слушай меня, чёрт. Прежде всего выпусти двенадцать юношей, которых ты уволок в преисподнюю. Потом проваливай сам, чтобы и духу твоего на земле не было.
— Всё будет исполнено, — закричал чёрт, — только выпусти меня из мешка!
Франческо развязал мешок, и чёрт выскочил оттуда, как кошка, на которую плеснули кипятком. Он топнул копытом, подпрыгнул и с треском провалился сквозь землю. А из-под земли появились двенадцать юношей.
— Ну, что, — сказал им Франческо, — может, сыграем в кости?
— Что вы, что вы! — закричали разом все двенадцать.
— Мы теперь на эту чёртову игру и смотреть не хотим.
— Это дело! — похвалил юношей Франческо.
— Больше всех выигрывает тот, кто ни во что не играет. Вот вам по тысяче скудо и бегите порадовать родителей. Они, ожидая вас, все глаза проплакали.
Юноши поблагодарили своего спасителя и разошлись по домам.
А Франческо подвязал к поясу мешок, сунул дубинку под мышку и ушел из города.
В каком бы месте ни остановился Франческо, везде находилось дело мешку и дубинке. Потому что всюду были обиженные, которым надо помочь, и обидчики, которых следует проучить.
В Италии дорог не счесть, по многим проходил Франческо, а привели его ноги всё-таки в родное селение.
Тут Франческо узнал, что голод в Ниольских горах стал ещё злее. Франческо решил помочь своим односельчанам. Он открыл харчевню. Удивительная это была харчевня — кормили там досыта, а платы не требовали. Всё время дубинка лежала без работы, зато у мешка — хлопот хоть отбавляй!
— Эй, цыплёнок на вертеле, живо в мешок! Эй, три круглых хлебца, — в мешок! Эй, бутылка вина, — в мешок!— то и дело кричал хозяин харчевни.
Так продолжалось три года, пока в Ниольских горах длился голод. Наконец земля утомилась от безделья, и на четвёртый год она одарила крестьян богатым урожаем.
В каждом доме запахло печёным хлебом, в кладовых на полках улеглись круги сыра, во дворах заблеяли овцы. А двери в харчевню всё не закрывались.
— Э, — сказал Франческо, — пора моему мешку отдохнуть. Довольно ему быть поваром. Кормить сытых — значит кормить их не хлебом, а ленью.
И он прикрыл харчевню.
Скоро Франческо постигло горе. Старик отец поболел недолго и умер.
Тут Франческе затосковал по своим братьям. Хоть и бросили они его когда-то одного посреди дороги, но Франческо давно перестал сердиться на них — всё-таки братья родные.
И вот однажды вечером он сказал:
— Анджело, старший брат мой!
Гость был очень доволен. Он принялся кланяться так усердно, что, забывшись, выставил из-под плаща правую ногу. И что же увидел Франческо? Вы думаете, туфлю с бантом? Как бы не так! Он увидел чёрное мохнатое копыто.
«Эге-ге! — подумал Франческо.»
— Оказывается, сам дядюшка чёрт навестил меня. Вот и хорошо, он найдёт тут хлебец как раз по своим зубам«.»
Вечером того же дня синьор Санто Франческо играл в кости с синьором чёртом. Он сделал быстрые успехи и проиграл двадцать тысяч скудо.
На второй вечер Франческо научился играть ещё лучше и проиграл тридцать тысяч скудо.
Ну, а в третий вечер он овладел игрой в совершенстве и поэтому проиграл пятьдесят тысяч скудо.
Тут чёрт решил, что обыграл юношу дочиста.
— Дорогой синьор Санто Франческо, — сказал он вкрадчивым голосом.
— Мне очень жаль, что мои уроки стоили так дорого. Но я могу помочь вам. Я верну половину вашего проигрыша, чтобы вы могли отыграться.
— А если я не отыграюсь? — спросил Франческо.
— А если вы не отыграетесь, будем считать, что вы принадлежите мне со всеми потрохами, душой и прочими пустяками.
— Ах ты, чёртов чёрт! — воскликнул Франческо.
— Теперь я знаю, куда делись двенадцать лучших юношей города. А ну, марш ко мне в мешок!
Чёрт и опомниться не успел, как голова его уже была в мешке, а копыта болтались в воздухе. Через миг исчез и в мешке и копыта.
Тогда Франческо сказал:
— Этот весёлый синьор любит шутки шутить. Пошутим и мы. Спляши-ка, дубинка, парочку-другую хорошеньких танцев.
Дубинка начала с тарантеллы. И Франческо нашёл, что она пляшет прекрасно. Зато чёрту танец дубинки совсем не понравился.
— Я отдам вам, синьор Франческо, даром половину проигрыша! — вопил чёрт.
— Нет, я отдам вам весь проигрыш. Ну ладно, я отдам все деньги, что выиграл в этом городе!
Между тем дубинка кончила тарантеллу и принялась отплясывать весёлый крестьянский танец трескон. Чёрт взмолился:
— Ради самого дьявола, заставьте её остановиться! Скажите, наконец, чего вы от меня хотите?
— Отдохни немножко, — приказал Франческо дубинке.
— Так вот, слушай меня, чёрт. Прежде всего выпусти двенадцать юношей, которых ты уволок в преисподнюю. Потом проваливай сам, чтобы и духу твоего на земле не было.
— Всё будет исполнено, — закричал чёрт, — только выпусти меня из мешка!
Франческо развязал мешок, и чёрт выскочил оттуда, как кошка, на которую плеснули кипятком. Он топнул копытом, подпрыгнул и с треском провалился сквозь землю. А из-под земли появились двенадцать юношей.
— Ну, что, — сказал им Франческо, — может, сыграем в кости?
— Что вы, что вы! — закричали разом все двенадцать.
— Мы теперь на эту чёртову игру и смотреть не хотим.
— Это дело! — похвалил юношей Франческо.
— Больше всех выигрывает тот, кто ни во что не играет. Вот вам по тысяче скудо и бегите порадовать родителей. Они, ожидая вас, все глаза проплакали.
Юноши поблагодарили своего спасителя и разошлись по домам.
А Франческо подвязал к поясу мешок, сунул дубинку под мышку и ушел из города.
В каком бы месте ни остановился Франческо, везде находилось дело мешку и дубинке. Потому что всюду были обиженные, которым надо помочь, и обидчики, которых следует проучить.
В Италии дорог не счесть, по многим проходил Франческо, а привели его ноги всё-таки в родное селение.
Тут Франческо узнал, что голод в Ниольских горах стал ещё злее. Франческо решил помочь своим односельчанам. Он открыл харчевню. Удивительная это была харчевня — кормили там досыта, а платы не требовали. Всё время дубинка лежала без работы, зато у мешка — хлопот хоть отбавляй!
— Эй, цыплёнок на вертеле, живо в мешок! Эй, три круглых хлебца, — в мешок! Эй, бутылка вина, — в мешок!— то и дело кричал хозяин харчевни.
Так продолжалось три года, пока в Ниольских горах длился голод. Наконец земля утомилась от безделья, и на четвёртый год она одарила крестьян богатым урожаем.
В каждом доме запахло печёным хлебом, в кладовых на полках улеглись круги сыра, во дворах заблеяли овцы. А двери в харчевню всё не закрывались.
— Э, — сказал Франческо, — пора моему мешку отдохнуть. Довольно ему быть поваром. Кормить сытых — значит кормить их не хлебом, а ленью.
И он прикрыл харчевню.
Скоро Франческо постигло горе. Старик отец поболел недолго и умер.
Тут Франческе затосковал по своим братьям. Хоть и бросили они его когда-то одного посреди дороги, но Франческо давно перестал сердиться на них — всё-таки братья родные.
И вот однажды вечером он сказал:
— Анджело, старший брат мой!
Страница 3 из 4
