То ли было это, то ли не было, жил никчемный человечишка, звали его Назаром. Был этот Назар неумеха и лодырь, а вдобавок и трус — такой трус, что в одиночку шагу не ступит, хоть ты его убей. День-деньской тенью ходил за женой: она за порог, и он за порог, она домой, и он туда же. Оттого и прозвали его Трусишка Назар.
Добавить в моё избранное
11 мин, 21 сек 14806
Однажды ночью вышел Трусишка Назар с женой во двор. Вышел он во двор и видит: луна на небе сияет, ночь светлая, ясная. Он возьми и скажи:
— Ах, жена, в такую ночь только караваны грабить… Сердце меня подзадоривает: ступай, ограбь шахский караван из Индии, то-то поживишься… Жена ему:
— Сиди-ка лучше да помалкивай. Тоже мне грабитель нашелся!
А Назару все неймется.
— Ты что же это, вздорная баба, не даешь мне караван ограбить да поживиться немного?! Мужчина я или не мужчина? Не смей мне перечить!
Разошелся не на шутку, а жена шмыг домой и дверь за собой захлопнула.
— Будь ты неладен, трусишка этакий! Ступай грабь караваны.
Остался Назар под дверью. Стоит, от страха ни жив ни мертв Просит жену, умоляет отворить дверь и впустить его, а та ни в какую. Отчаялся Назар, притулился у стены и дрожмя дрожа сидел там, покамест не рассвело. Вот уж и солнышко припекает, а разобиженный Назар все ждет, что жена сама придет за ним, ждет и думает свою думу. День летний, знойный, мухи осатанели, а Назар до того ленив, что ему и нос лень себе утереть, — вот мухи к нему и липнут. Досаждают — мочи нет. Наконец, поднимает Назар руку и хлоп себя по лицу. Хлоп себя по лицу, мухи так и посыпались.
— Это еще что? — изумился Назар.
Попытался он сосчитать, сколько мух убил одним ударом, да не получается. Сбился со счета и решил, что не меньше тысячи.
— Вот так-так, — говорит.
— Я, оказывается, мужчина хоть куда, а доныне знать про это не знал. Коли я могу единым махом прибить тысячу живых тварей, что ж я тогда от бабы-то ни на шаг?
Поднимается — и прямиком к сельскому попу.
— Благослови, отче.
— Благослови тебя господь, сын мой.
— А тебе ведь, батюшка, и невдомек… Поведал Назар о своей доблести, а под конец заявил, что не след ему сидеть возле жены, а раз так, есть у него просьба: пусть батюшка напишет про его подвиг, чтобы люди узнали о нем и он не позабылся в безвестности. Поп шутки ради и напиши на тряпичном лоскуте:
Храбрым Назаром зовется недаром Тысячу бьющий единым ударом.
И протянул Назару.
Назар цепляет тряпичный этот лоскут к концу палки, прилаживает к поясу обломок заржавелого меча, взбирается на соседского осла — и в путь.
Покидает он деревню и оказывается на дороге. Едет и сам не знает, куда она его ведет.
Едет он, едет, оборачивается и видит — деревня-то далеко. И разбирает его страх. Чтобы приободриться, затягивает он песню, сперва под нос, а потом в голос разговаривает сам с собой, понукает осла. И чем дальше едет, тем сильнее одолевает его страх, а чем сильнее одолевает его страх, тем громче он горланит, орет и вопит. Следом за ним и осел поднимает рев. Напуганные этими криками и ревом, птицы снимаются с деревьев, зайцы разбегаются по кустам, лягушки кидаются из камышей в воду.
Назар вопит пуще прежнего, а едва въезжает в лес, ему мерещится, будто из-за каждого дерева, из-за каждого камня, из-за каждого куста вот-вот выскочит и набросится на него зверь или разбойник, и принимается он орать благим матом — избави бог услышать.
И надо ж такому случиться, в эту самую пору идет себе по лесу крестьянин и ведет под уздцы кобылу. Слышит страшный этот ор и застывает на месте.
— Ох, — говорит, — видно, конец мой настал. Не иначе разбойники.
Бросает он кобылу, сворачивает в лес и бежит во весь дух, ног подсобою не чуя со страху.
Везет же тебе, Храбрый Назар!
Вопит Назар во все горло, а подъезжает поближе; глядь — стоит на дороге оседланная лошадь, ни дать ни взять его поджидает. Слазит он с осла, забирается на оседланную эту лошадь — и дальше.
Долго ли Назар ехал, коротко ли — о том ему одному ведомо, только очутился в селе: ни он села в глаза не видел, ни село его. Куда пойти, к кому ткнуться? Из одного дома доносится звук зурны, туда он и направляет кобылу Отворяет дверь и попадает на свадьбу.
— Добрый вам день!
— И тебе того же, добро пожаловать! Милости просим!
Милости просим да милости просим — гость, он от бога. Ведут Назара с его знаменем и усаживают на почетное место во главе застолья. Видел бы ты, чем его потчуют, — каких яств, какого питья здесь не было!
Гостям на свадьбе любопытно — кто он, странный этот незнакомец. Один старик в конце стола толкает в бок соседа — кто, дескать, таков? — тот толкает своего соседа, так и толкают друг дружку, покамест черед не доходит до попа — он тоже сидел на почетном месте. Поп с грехом пополам читает на знамени гостя:
Храбрым Назаром зовется недаром Тысячу бьющий единым ударом.
Читает и в страхе повторяет соседу, тот другому, другой третьему, третий четвертому, и так — до самых дверей, и вот уже вся свадьба о том только и толкует, что новый гость — непобедимый герой:
Храбрым Назаром зовется недаром Тысячу бьющий единым ударом.
— Ах, жена, в такую ночь только караваны грабить… Сердце меня подзадоривает: ступай, ограбь шахский караван из Индии, то-то поживишься… Жена ему:
— Сиди-ка лучше да помалкивай. Тоже мне грабитель нашелся!
А Назару все неймется.
— Ты что же это, вздорная баба, не даешь мне караван ограбить да поживиться немного?! Мужчина я или не мужчина? Не смей мне перечить!
Разошелся не на шутку, а жена шмыг домой и дверь за собой захлопнула.
— Будь ты неладен, трусишка этакий! Ступай грабь караваны.
Остался Назар под дверью. Стоит, от страха ни жив ни мертв Просит жену, умоляет отворить дверь и впустить его, а та ни в какую. Отчаялся Назар, притулился у стены и дрожмя дрожа сидел там, покамест не рассвело. Вот уж и солнышко припекает, а разобиженный Назар все ждет, что жена сама придет за ним, ждет и думает свою думу. День летний, знойный, мухи осатанели, а Назар до того ленив, что ему и нос лень себе утереть, — вот мухи к нему и липнут. Досаждают — мочи нет. Наконец, поднимает Назар руку и хлоп себя по лицу. Хлоп себя по лицу, мухи так и посыпались.
— Это еще что? — изумился Назар.
Попытался он сосчитать, сколько мух убил одним ударом, да не получается. Сбился со счета и решил, что не меньше тысячи.
— Вот так-так, — говорит.
— Я, оказывается, мужчина хоть куда, а доныне знать про это не знал. Коли я могу единым махом прибить тысячу живых тварей, что ж я тогда от бабы-то ни на шаг?
Поднимается — и прямиком к сельскому попу.
— Благослови, отче.
— Благослови тебя господь, сын мой.
— А тебе ведь, батюшка, и невдомек… Поведал Назар о своей доблести, а под конец заявил, что не след ему сидеть возле жены, а раз так, есть у него просьба: пусть батюшка напишет про его подвиг, чтобы люди узнали о нем и он не позабылся в безвестности. Поп шутки ради и напиши на тряпичном лоскуте:
Храбрым Назаром зовется недаром Тысячу бьющий единым ударом.
И протянул Назару.
Назар цепляет тряпичный этот лоскут к концу палки, прилаживает к поясу обломок заржавелого меча, взбирается на соседского осла — и в путь.
Покидает он деревню и оказывается на дороге. Едет и сам не знает, куда она его ведет.
Едет он, едет, оборачивается и видит — деревня-то далеко. И разбирает его страх. Чтобы приободриться, затягивает он песню, сперва под нос, а потом в голос разговаривает сам с собой, понукает осла. И чем дальше едет, тем сильнее одолевает его страх, а чем сильнее одолевает его страх, тем громче он горланит, орет и вопит. Следом за ним и осел поднимает рев. Напуганные этими криками и ревом, птицы снимаются с деревьев, зайцы разбегаются по кустам, лягушки кидаются из камышей в воду.
Назар вопит пуще прежнего, а едва въезжает в лес, ему мерещится, будто из-за каждого дерева, из-за каждого камня, из-за каждого куста вот-вот выскочит и набросится на него зверь или разбойник, и принимается он орать благим матом — избави бог услышать.
И надо ж такому случиться, в эту самую пору идет себе по лесу крестьянин и ведет под уздцы кобылу. Слышит страшный этот ор и застывает на месте.
— Ох, — говорит, — видно, конец мой настал. Не иначе разбойники.
Бросает он кобылу, сворачивает в лес и бежит во весь дух, ног подсобою не чуя со страху.
Везет же тебе, Храбрый Назар!
Вопит Назар во все горло, а подъезжает поближе; глядь — стоит на дороге оседланная лошадь, ни дать ни взять его поджидает. Слазит он с осла, забирается на оседланную эту лошадь — и дальше.
Долго ли Назар ехал, коротко ли — о том ему одному ведомо, только очутился в селе: ни он села в глаза не видел, ни село его. Куда пойти, к кому ткнуться? Из одного дома доносится звук зурны, туда он и направляет кобылу Отворяет дверь и попадает на свадьбу.
— Добрый вам день!
— И тебе того же, добро пожаловать! Милости просим!
Милости просим да милости просим — гость, он от бога. Ведут Назара с его знаменем и усаживают на почетное место во главе застолья. Видел бы ты, чем его потчуют, — каких яств, какого питья здесь не было!
Гостям на свадьбе любопытно — кто он, странный этот незнакомец. Один старик в конце стола толкает в бок соседа — кто, дескать, таков? — тот толкает своего соседа, так и толкают друг дружку, покамест черед не доходит до попа — он тоже сидел на почетном месте. Поп с грехом пополам читает на знамени гостя:
Храбрым Назаром зовется недаром Тысячу бьющий единым ударом.
Читает и в страхе повторяет соседу, тот другому, другой третьему, третий четвертому, и так — до самых дверей, и вот уже вся свадьба о том только и толкует, что новый гость — непобедимый герой:
Храбрым Назаром зовется недаром Тысячу бьющий единым ударом.
Страница 1 из 4
