Было ли где, не было, за семьюдесятью семью странами-государствами и еще на вершок подале жил-поживал белый король, и были у того короля три красавца сына. Все три молоденькие, статные и пригожие, да только отец им не радовался, словно бы их и не было. Целые дни напролет в королевской опочивальне просиживал у семьдесят седьмого оконца дворца своего — глаз не спуская, глядел на восток, словно бы ждал кого-то оттуда…
Добавить в моё избранное
23 мин, 14 сек 8750
Как услышал Мирко эти слова, с коня спрыгнул — и бегом к королевне. А королевна его увидела да как закричит:
— Остановись, молодец, во дворец не входи, если жизнь мила! Убьет тебя Песьеголовый!
Но разве Мирко этим удержишь! Только она от окна обернулась, а он уже перед ней стоит.
— Здравствуй, — говорит, — девица-краса.
— Кто ты таков, — спрашивает королевна, — как насмелился сюда явиться?
— Мирко-королевич я, а сюда явился, чтобы Песьеголового убить.
— Ах, королевич несчастный, не родился еще тот человек, который бы Песьеголового победил. Сила у него необыкновенная: как домой возвращается с охоты, палицу за семьдесят верст во двор бросает, чтоб зря не тащить.
— А хоть бы и за семьсот верст бросал свою палицу, — Мирко ей отвечает, — все равно я в бой с ним вступлю, тебя освобожу и увезу с собой в мое королевство.
Эх, чуть было не запамятовал: королевне-то Мирко сразу пришелся по сердцу. Говорит ему дочь черного короля:
— Жаль мне жизнь твою молодую, Мирко, а потому открою тебе, откуда силу Песьеголовый берет. Возьми вот кувшин, ступай с ним в подпол, увидишь там бочку. Кувшинчик из той бочки наполни: как в него пальцы обмакнешь — сразу силы прибавится, так что и полтысячи человек с тобой не сладят.
Поблагодарил ее Мирко за добрый совет, спустился в подвал, кувшинчик наполнил, а что в бочке оставалось, все на землю выпустил, чтобы неоткуда было Песьеголовому силы призанять. Привязал кувшин на шею, незаметно припрятал за пазухой, поднялся затем к королевне, и вышли они вместе на крыльцо, стали Песьеголового ждать.
Вдруг все окрест потемнело, воздух смерчем завился, светопреставление, да и только, а потом громыхнуло — упала посреди двора палица неподъемная, из земли вода выступила, брызги во все стороны полетели.
— Готовься, Мирко, Песьеголовый идет! — вскрикнула королевна.
Обмакнул Мирко пальцы в кувшин, сбежал во двор, палицу подхватил и так метнул ее, что она прямо под ноги коню Песьеголового упала, хотя он далеко еще был от дворца, в семидесяти верстах, а то и подальше.
Споткнулся конь о палицу, всхрапнул громко, назад отпрянул.
— Эй ты, тварь, чтоб тебя волки задрали! — заорал Песьеголовый в сердцах.
— Семьсот лет меня носишь, не споткнешься, а тут что с тобой приключилось?
— А то со мной приключилось, что кто-то палицу твою мне под ноги бросил.
— Подумаешь, горе какое, знаю я, кто ее швырнул мне. Еще шестьсот лет назад я видел во сне, что явится в эти края королевич Мирко и вздумает со мной силою потягаться. Ну-ну, где он там, щенок?! Сейчас я ему шею сверну!
Пришпорил Песьеголовый коня и вмиг у своего дворца очутился. Подошел прямо к Мирко и говорит ему:
— Что, Мирко, явился-таки? Ну что ж, живым не уйдешь отсюда. На мечах биться будем либо так драться?
— Мне все равно, Песьеголовый. Ты старше, ты и выбирай.
— Ладно, сынок, сразимся мечами.
— Меч, вон из ножен! — в один голос крикнули оба, и засверкали мечи, искры от них так и посыпались.
— Эдак ничего у нас не выйдет, — сказал Мирко, — зря только мечи зазубрим. Давай бороться, Песьеголовый.
— Ладно, Мирко, давай бороться, прощайся, пока жив, с отцом-матерью, с родичами, коли есть они у тебя.
— Я уже попрощался, — говорит Мирко, — попрощайся и ты, Песьеголовый.
— И я уже попрощался, шестьсот лет тому назад.
— Тогда прикажем оба мечам своим в ножны вернуться. Сказано — сделано. После того стали они бороться. Бились так, что земля сотрясалась. То Мирко Песьеголового на лопатки положит, то Песьеголовый — Мирко, да только оба в тот же миг опять на ноги вскакивали. Бились, бились, и справа заходили, и слева — ни один другого победить не может.
— А ну-ка еще разок! — крикнул Песьеголовый, обхватил Мирко руками и так оземь грохнул, что тот по пояс в землю ушел.
Вспомнил тут Мирко про кувшин, обмакнул мизинец, из земли сразу выскочил, схватил Песьеголового и наземь швырнул, так что гром по округе прошел. Потащил он Песьеголового за волосы к озеру бездонному, что за дворцом раскинулось, голову ему отрубил, тело в воду бросил.
Радости было во дворце алмазном — и не описать! Королевна сама Мирко на шею кинулась:
— Ты мой, я твоя навеки!
Собрались они скоренько в путь, уже и на волшебного коня можно бы садиться, да Мирко что-то задумался, вроде бы печаль томит его.
— Что с тобой, Мирко? — спрашивает королевна.
— Может, меня с собой брать не хочешь?
— Что ты, милая, не оставлю я тебя ни за какие сокровища, просто жаль мне алмазный дворец бросать, очень уж он красивый.
— Ну, коли ты об этом печалишься, — сказала королевна, — сейчас я тебя развеселю. Вот возьми эту палочку алмазную. Я вернусь во дворец, а ты ступай вкруг дворца, палочкой по нему постукивай, и он потихоньку-полегоньку свернется, величиной не больше яблока станет.
— Остановись, молодец, во дворец не входи, если жизнь мила! Убьет тебя Песьеголовый!
Но разве Мирко этим удержишь! Только она от окна обернулась, а он уже перед ней стоит.
— Здравствуй, — говорит, — девица-краса.
— Кто ты таков, — спрашивает королевна, — как насмелился сюда явиться?
— Мирко-королевич я, а сюда явился, чтобы Песьеголового убить.
— Ах, королевич несчастный, не родился еще тот человек, который бы Песьеголового победил. Сила у него необыкновенная: как домой возвращается с охоты, палицу за семьдесят верст во двор бросает, чтоб зря не тащить.
— А хоть бы и за семьсот верст бросал свою палицу, — Мирко ей отвечает, — все равно я в бой с ним вступлю, тебя освобожу и увезу с собой в мое королевство.
Эх, чуть было не запамятовал: королевне-то Мирко сразу пришелся по сердцу. Говорит ему дочь черного короля:
— Жаль мне жизнь твою молодую, Мирко, а потому открою тебе, откуда силу Песьеголовый берет. Возьми вот кувшин, ступай с ним в подпол, увидишь там бочку. Кувшинчик из той бочки наполни: как в него пальцы обмакнешь — сразу силы прибавится, так что и полтысячи человек с тобой не сладят.
Поблагодарил ее Мирко за добрый совет, спустился в подвал, кувшинчик наполнил, а что в бочке оставалось, все на землю выпустил, чтобы неоткуда было Песьеголовому силы призанять. Привязал кувшин на шею, незаметно припрятал за пазухой, поднялся затем к королевне, и вышли они вместе на крыльцо, стали Песьеголового ждать.
Вдруг все окрест потемнело, воздух смерчем завился, светопреставление, да и только, а потом громыхнуло — упала посреди двора палица неподъемная, из земли вода выступила, брызги во все стороны полетели.
— Готовься, Мирко, Песьеголовый идет! — вскрикнула королевна.
Обмакнул Мирко пальцы в кувшин, сбежал во двор, палицу подхватил и так метнул ее, что она прямо под ноги коню Песьеголового упала, хотя он далеко еще был от дворца, в семидесяти верстах, а то и подальше.
Споткнулся конь о палицу, всхрапнул громко, назад отпрянул.
— Эй ты, тварь, чтоб тебя волки задрали! — заорал Песьеголовый в сердцах.
— Семьсот лет меня носишь, не споткнешься, а тут что с тобой приключилось?
— А то со мной приключилось, что кто-то палицу твою мне под ноги бросил.
— Подумаешь, горе какое, знаю я, кто ее швырнул мне. Еще шестьсот лет назад я видел во сне, что явится в эти края королевич Мирко и вздумает со мной силою потягаться. Ну-ну, где он там, щенок?! Сейчас я ему шею сверну!
Пришпорил Песьеголовый коня и вмиг у своего дворца очутился. Подошел прямо к Мирко и говорит ему:
— Что, Мирко, явился-таки? Ну что ж, живым не уйдешь отсюда. На мечах биться будем либо так драться?
— Мне все равно, Песьеголовый. Ты старше, ты и выбирай.
— Ладно, сынок, сразимся мечами.
— Меч, вон из ножен! — в один голос крикнули оба, и засверкали мечи, искры от них так и посыпались.
— Эдак ничего у нас не выйдет, — сказал Мирко, — зря только мечи зазубрим. Давай бороться, Песьеголовый.
— Ладно, Мирко, давай бороться, прощайся, пока жив, с отцом-матерью, с родичами, коли есть они у тебя.
— Я уже попрощался, — говорит Мирко, — попрощайся и ты, Песьеголовый.
— И я уже попрощался, шестьсот лет тому назад.
— Тогда прикажем оба мечам своим в ножны вернуться. Сказано — сделано. После того стали они бороться. Бились так, что земля сотрясалась. То Мирко Песьеголового на лопатки положит, то Песьеголовый — Мирко, да только оба в тот же миг опять на ноги вскакивали. Бились, бились, и справа заходили, и слева — ни один другого победить не может.
— А ну-ка еще разок! — крикнул Песьеголовый, обхватил Мирко руками и так оземь грохнул, что тот по пояс в землю ушел.
Вспомнил тут Мирко про кувшин, обмакнул мизинец, из земли сразу выскочил, схватил Песьеголового и наземь швырнул, так что гром по округе прошел. Потащил он Песьеголового за волосы к озеру бездонному, что за дворцом раскинулось, голову ему отрубил, тело в воду бросил.
Радости было во дворце алмазном — и не описать! Королевна сама Мирко на шею кинулась:
— Ты мой, я твоя навеки!
Собрались они скоренько в путь, уже и на волшебного коня можно бы садиться, да Мирко что-то задумался, вроде бы печаль томит его.
— Что с тобой, Мирко? — спрашивает королевна.
— Может, меня с собой брать не хочешь?
— Что ты, милая, не оставлю я тебя ни за какие сокровища, просто жаль мне алмазный дворец бросать, очень уж он красивый.
— Ну, коли ты об этом печалишься, — сказала королевна, — сейчас я тебя развеселю. Вот возьми эту палочку алмазную. Я вернусь во дворец, а ты ступай вкруг дворца, палочкой по нему постукивай, и он потихоньку-полегоньку свернется, величиной не больше яблока станет.
Страница 6 из 7
