Жили дед с бабой. Родился у них сын. Пошел дед к попу, чтоб сына окрестил, имя бы дал, а тот и говорить не хочет; денег-то у деда нету, так какой же может быть разговор!
Добавить в моё избранное
21 мин, 35 сек 15459
А конюхи так и трясутся от злости. Собрались и опять начали думать, как бы им от Трем-сына избавиться. Один говорит :
— Пойдем, братцы, к царю да скажем ему, что Трем-сын хвастался, что, мол, может достать со дна окиян-моря Настасью-Красавицу… Пошли к царю, так ему и сказали.
Зовет царь к себе Трем-сына:
— Ты что, Трем-сын, вчера спьяна говорил?
— Ничего не говорил, — отвечает Трем-сын.
— И пьян я не был.
— Врешь! Ты говорил конюхам, что можешь достать со дна окиян-моря Настасью-Красавицу и мне привезти.
Стал Трем-сын спорить:
— Да как это можно? И само Солнце не могло ее выжечь оттуда, а я что сделаю?
— Сделаешь! — крикнул царь.
— Смотри: не достанешь, мой меч — твоя голова с плеч!
Пошел Трем-сын, заплаканный, из дворца прямо в чисто поле. Крикнул-свистнул своего доброго коня. Конь бежит, копытами землю роет:
— Зачем, хозяин, меня беспокоишь?
— Беда, конек мой! Велел проклятый царь до стать ему Настасью-Красавицу со дна окиян-моря. Посоветуй, как это сделать?
— Это не беда, — отвечает конь.
— Скажи царю, чтоб сшил он шелковый шатер и собрал заманчивого товару: цветистых платков, лент да ленточек… Возьми все это и езжай к окиян-морю. Как приедешь, раскинь шатер да разложи в нем товары заманчивые. Настасья-Красавица будет гулять на лодке по морю. Первый раз проедет — ничего не скажет, а будет назад возвращаться — спросит у тебя:
«Пан купец, какими товарами ты торгуешь?» А ты ей скажи:«Коль угодно, Настасья-Красавица, плывите к берегу, я вам все свои товары покажу». Она подплывет, а ты хватай ее за косы, сажай в карету и вези в царский дворец. А теперь прощай, Трем-сын, — говорит конь.
— Если будет что надо еще, позови меня.
Как сказал добрый конь, так все и случилось. Привез Трем-сын Настасью-Красавицу в царский дворец. Понравилась она царю.
— Ну, Трем-сын, — говорит царь, — теперь проси у меня какую хочешь награду.
— Ничего мне, царь, не надо; пойду опять на конюшню служить.
И пошел.
Сильно полюбилась царю Настасья-Красавица. Старая его жена умерла, и вот захотелось ему на молодой жениться. Настасья ему говорит:
— Кабы знала я, что придется мне выходить замуж за самого царя, то взяла б я из окиян-моря всю свою красу, а то у меня при себе и половины ее нету.
Взволновался царь, призывает Трем-сына:
— Достань со дна окиян-моря всю красу Настасьи-Красавицы!
Нахмурился Трем-сын:
— И что ты надумал, царь? Да разве можно достать красу?
Царь затопал ногами, застучал своим посохом об пол:
— Молчать! Делай, что ведено! А нет, мой меч — твоя голова с плеч!
Вышел Трем-сын за город, в чисто поле. Крикнул-свистнул там своего коня буланого:
— Конь мой добрый, конь мой милый! Где б ты ни был, а ко мне чтоб прибыл!
Прибегает к нему его буланый конь:
— Ты зачем звал меня, хозяин?
— Опять не дает мне царь покоя, — говорит Трем-сын.
— Хочет, чтобы я достал красу Настасьи-Красавицы. А где же достать-то ее?
Отвечает буланый конь:
— Ступай на окиян-море, там увидишь кит-рыбу. Скажи ему, чтоб выбросил он со дна моря золотой ларчик. В том ларчике утка, в утке — золотое яйцо. Это ее краса.
— Да ну ее! — нахмурился Трем-сын и направился к окиян-морю.
Долго шел он иль коротко, пришел наконец к киту-рыбе. Лежит он теперь на другом боку и беды не ведает.
— Здравствуй, кит-рыба! — поклонился Трем-сын.
— Здравствуй, Трем-сын, — отвечает кит-рыба.
— Где ты бродишь, что ты ищешь?
— Да вот, — говорит Трем-сын, — пришел я к тебе за помощью. Выбрось-ка мне со дна окиян-моря золотой ларец Настасьи-Красавицы.
— Это можно. Только ты стань, братец, за семь верст от берега: если нырну я на дно, то большой прибой сделаю.
Отошел Трем-сын на семь верст от берега. Нырнул кит на дно и враз затопил весь берег.
Долго блуждал кит по дну, наконец вынес оттуда золотой ларец, подал его Трем-сыну.
Поблагодарил Трем-сын кита за услугу, открыл ларец, а утка — фырр! — и на море полетела… Трем-сын от досады чуть не заплакал. «Вот если бы был теперь здесь тот ворон, он в беде мне помог бы!» — подумал Трем-сын.
И только он это подумал, видит — летит ворон. Погнался ворон за уткой, поймал ее над морем и разорвал на куски. Вывалилось из утки золотое яйцо и упало на самое дно моря.
Опять запечалился Трем-сын. «Вот, — думает, — если б была здесь та выдра, она мне в беде помогла бы!» И только он так подумал, вдруг стоит перед ним выдра.
— Ты что хочешь, Трем-сын, от меня?
— Сделай милость, достань со дна окиян-моря золотое яйцо.
Бросилась выдра на дно окиян-моря. Три дня ждал ее Трем-сын.
— Пойдем, братцы, к царю да скажем ему, что Трем-сын хвастался, что, мол, может достать со дна окиян-моря Настасью-Красавицу… Пошли к царю, так ему и сказали.
Зовет царь к себе Трем-сына:
— Ты что, Трем-сын, вчера спьяна говорил?
— Ничего не говорил, — отвечает Трем-сын.
— И пьян я не был.
— Врешь! Ты говорил конюхам, что можешь достать со дна окиян-моря Настасью-Красавицу и мне привезти.
Стал Трем-сын спорить:
— Да как это можно? И само Солнце не могло ее выжечь оттуда, а я что сделаю?
— Сделаешь! — крикнул царь.
— Смотри: не достанешь, мой меч — твоя голова с плеч!
Пошел Трем-сын, заплаканный, из дворца прямо в чисто поле. Крикнул-свистнул своего доброго коня. Конь бежит, копытами землю роет:
— Зачем, хозяин, меня беспокоишь?
— Беда, конек мой! Велел проклятый царь до стать ему Настасью-Красавицу со дна окиян-моря. Посоветуй, как это сделать?
— Это не беда, — отвечает конь.
— Скажи царю, чтоб сшил он шелковый шатер и собрал заманчивого товару: цветистых платков, лент да ленточек… Возьми все это и езжай к окиян-морю. Как приедешь, раскинь шатер да разложи в нем товары заманчивые. Настасья-Красавица будет гулять на лодке по морю. Первый раз проедет — ничего не скажет, а будет назад возвращаться — спросит у тебя:
«Пан купец, какими товарами ты торгуешь?» А ты ей скажи:«Коль угодно, Настасья-Красавица, плывите к берегу, я вам все свои товары покажу». Она подплывет, а ты хватай ее за косы, сажай в карету и вези в царский дворец. А теперь прощай, Трем-сын, — говорит конь.
— Если будет что надо еще, позови меня.
Как сказал добрый конь, так все и случилось. Привез Трем-сын Настасью-Красавицу в царский дворец. Понравилась она царю.
— Ну, Трем-сын, — говорит царь, — теперь проси у меня какую хочешь награду.
— Ничего мне, царь, не надо; пойду опять на конюшню служить.
И пошел.
Сильно полюбилась царю Настасья-Красавица. Старая его жена умерла, и вот захотелось ему на молодой жениться. Настасья ему говорит:
— Кабы знала я, что придется мне выходить замуж за самого царя, то взяла б я из окиян-моря всю свою красу, а то у меня при себе и половины ее нету.
Взволновался царь, призывает Трем-сына:
— Достань со дна окиян-моря всю красу Настасьи-Красавицы!
Нахмурился Трем-сын:
— И что ты надумал, царь? Да разве можно достать красу?
Царь затопал ногами, застучал своим посохом об пол:
— Молчать! Делай, что ведено! А нет, мой меч — твоя голова с плеч!
Вышел Трем-сын за город, в чисто поле. Крикнул-свистнул там своего коня буланого:
— Конь мой добрый, конь мой милый! Где б ты ни был, а ко мне чтоб прибыл!
Прибегает к нему его буланый конь:
— Ты зачем звал меня, хозяин?
— Опять не дает мне царь покоя, — говорит Трем-сын.
— Хочет, чтобы я достал красу Настасьи-Красавицы. А где же достать-то ее?
Отвечает буланый конь:
— Ступай на окиян-море, там увидишь кит-рыбу. Скажи ему, чтоб выбросил он со дна моря золотой ларчик. В том ларчике утка, в утке — золотое яйцо. Это ее краса.
— Да ну ее! — нахмурился Трем-сын и направился к окиян-морю.
Долго шел он иль коротко, пришел наконец к киту-рыбе. Лежит он теперь на другом боку и беды не ведает.
— Здравствуй, кит-рыба! — поклонился Трем-сын.
— Здравствуй, Трем-сын, — отвечает кит-рыба.
— Где ты бродишь, что ты ищешь?
— Да вот, — говорит Трем-сын, — пришел я к тебе за помощью. Выбрось-ка мне со дна окиян-моря золотой ларец Настасьи-Красавицы.
— Это можно. Только ты стань, братец, за семь верст от берега: если нырну я на дно, то большой прибой сделаю.
Отошел Трем-сын на семь верст от берега. Нырнул кит на дно и враз затопил весь берег.
Долго блуждал кит по дну, наконец вынес оттуда золотой ларец, подал его Трем-сыну.
Поблагодарил Трем-сын кита за услугу, открыл ларец, а утка — фырр! — и на море полетела… Трем-сын от досады чуть не заплакал. «Вот если бы был теперь здесь тот ворон, он в беде мне помог бы!» — подумал Трем-сын.
И только он это подумал, видит — летит ворон. Погнался ворон за уткой, поймал ее над морем и разорвал на куски. Вывалилось из утки золотое яйцо и упало на самое дно моря.
Опять запечалился Трем-сын. «Вот, — думает, — если б была здесь та выдра, она мне в беде помогла бы!» И только он так подумал, вдруг стоит перед ним выдра.
— Ты что хочешь, Трем-сын, от меня?
— Сделай милость, достань со дна окиян-моря золотое яйцо.
Бросилась выдра на дно окиян-моря. Три дня ждал ее Трем-сын.
Страница 4 из 6
