В Тойчи, что в провинции Ямато, жил гёши по имени Мията Акиносуке. В его саду рос развесистый старый кедр, под которым он любил отдохнуть в знойные дни. Как — то раз, после полудня, Мията устроился под этим деревом с двумя своими друзьями — тоже гёши…
Добавить в моё избранное
8 мин, 32 сек 1049
Невеста казалась божественно прекрасной, а ее одежды походили на светлое легкое летнее небо. И началась свадьба с великим весельем и радостью. Глубокой ночью молодых проводили в отведенные для них покои. Там их опять окружили знатные особы и вручили им подарки, которым не было числа. Прошло несколько дней, прежде чем Акиносуке снова позвали в тронный зал. На этот раз его приняли с еще большим почетом, и Император удостоил своего зятя беседой. Он сказал:
— В юго западной части Наших владений имеется остров, называемый Райсю. Мы назначаем тебя губернатором этого острова. Там ты найдешь подданных, верных и послушных, но их законы еще не приведены в полное соответствие с законами Токоё, и их обычаи еще не упорядочены как должно. Мы вменяем тебе в обязанность усовершенствовать их общественное устройство настолько, насколько это может быть возможным, и желаем, чтобы ты правил ими с добротой и мудростью. А теперь иди. Все приготовления, необходимые для твоего путешествия на Райсю, уже закончены. Акиносуке и его молодая жена в этот же день отбыли из дворца Токоё, сопровождаемые на берег многочисленным эскортом знатных особ и придворных чиновников. В гавани они погрузились на приготовленный корабль императорской флотилии и с благоприятным ветром без каких-либо приключений достигли Райсю. Здесь их ожидал теплый прием жителей острова, собравшихся на берегу. Мията постепенно начал входить в круг своих обязанностей и нашел, что вполне с ними справляется. В течение первых трех лет своего губернаторства он занимался в основном оформлением и введением новых законов. Ему помогали искусные советники и чиновники, и Акиносуке ни разу эта работа не показалась неприятной. Наконец, он с ней покончил, и после этого ему больше ничего не оставалось делать, кроме как исполнять требования дворцового этикета и посещать все религиозные церемонии согласно древним обычаям. Воздух в стране был таким животворным, а земля такой плодородной, что болезнь и нужда никогда не заглядывали в этот край. Подданные губернатора были послушны, исполнительны и работящи, и ни разу за все время ни один закон не был нарушен. Акиносуке правил на Райсю более двадцати лет, и в течение всего этого срока даже тень горя ни разу не омрачила его жизнь. За это время у него родились и выросли дети: пять мальчиков и две девочки. Но на двадцать четвертом году жизни на острове его любимая жена — дочь императора — неожиданно умерла. Ее похоронили с высшими почестями на вершине прекрасного холма Ханриэке и поставили на могиле красивый памятник, высеченный из огромного камня. После смерти жены Акиносуке почувствовал такие пустоту, горе и одиночество, что жизнь для него потеряла всякий смысл. Прошли тягостные дни официального траура, и на Райсю прибыл сиша из дворца Токоё. Он передал губернатору послание с высочайшими соболезнованиями, а после этого сказал:
— Вот слова, которые наш Высокий Господин, наш Император Токоё приказал мне передать лично Вам: «Теперь Мы посылаем тебя назад в твою страну и к твоим людям. Что касается семерых твоих детей, то они внуки и внучки Императора, который о них позаботится. Таким образом, ты можешь о них не беспокоиться».Получив это распоряжение, Акиносуке покорно стал готовиться к своему отбытию. Он привел в порядок все свои дела, дал наставления советникам и чиновникам, попрощался с добрыми островитянами. Наконец настал день отплытия, и в сопровождении толпы людей бывший губернатор прибыл в порт, где взошел на специально для него присланный корабль. Судно не спеша развернулось и вышло в голубое море, распростертое под голубым небом. Вскоре очертания острова Райсю стали тоже голубыми, потом серыми и, наконец, вовсе исчезли… … А Акиносуке неожиданно проснулся под кедром в своем собственном саду!Какой-то момент он был оглушен и поражен. Ведь он не был здесь более двадцати лет. Но тут он увидел своих двух приятелей, все также сидящих около него, весело болтающих и выпивающих. Мията дико уставился на них и громко воскликнул:
— Как странно!— Акиносуке, должно быть, видел сон, — смеясь заметил один из друзей.
— Что ты видел во сне, сосед? Что-нибудь странное? — спросил второй. И Акиносуке пересказал им сон, который длился двадцать лет и три года в стране Токоё, на острове Райсю. Друзья же были поражены, потому что в действительности гёши спал не более нескольких минут. Один из них сказал:
— В самом деле ты видел во сне странные вещи. Но пока ты дремал, мы тоже наблюдали нечто удивительное. Около твоего лица порхала маленькая желтая бабочка. Потом она села на землю рядом с тобой, со стороны дерева, и почти сразу же, как она села, из-под земли выскочил большой большой муравей, схватил ее и потащил вниз, в свою нору. Но перед тем как ты проснулся, мы увидели, что та же самая бабочка вылезла из муравьиного гнезда и запорхала перед твоим лицом как и прежде. Но вдруг она неожиданно исчезла. Мы так и не заметили, куда она делась.
— Возможно, это была душа Акиносуке, — сказал другой гёши.
— В юго западной части Наших владений имеется остров, называемый Райсю. Мы назначаем тебя губернатором этого острова. Там ты найдешь подданных, верных и послушных, но их законы еще не приведены в полное соответствие с законами Токоё, и их обычаи еще не упорядочены как должно. Мы вменяем тебе в обязанность усовершенствовать их общественное устройство настолько, насколько это может быть возможным, и желаем, чтобы ты правил ими с добротой и мудростью. А теперь иди. Все приготовления, необходимые для твоего путешествия на Райсю, уже закончены. Акиносуке и его молодая жена в этот же день отбыли из дворца Токоё, сопровождаемые на берег многочисленным эскортом знатных особ и придворных чиновников. В гавани они погрузились на приготовленный корабль императорской флотилии и с благоприятным ветром без каких-либо приключений достигли Райсю. Здесь их ожидал теплый прием жителей острова, собравшихся на берегу. Мията постепенно начал входить в круг своих обязанностей и нашел, что вполне с ними справляется. В течение первых трех лет своего губернаторства он занимался в основном оформлением и введением новых законов. Ему помогали искусные советники и чиновники, и Акиносуке ни разу эта работа не показалась неприятной. Наконец, он с ней покончил, и после этого ему больше ничего не оставалось делать, кроме как исполнять требования дворцового этикета и посещать все религиозные церемонии согласно древним обычаям. Воздух в стране был таким животворным, а земля такой плодородной, что болезнь и нужда никогда не заглядывали в этот край. Подданные губернатора были послушны, исполнительны и работящи, и ни разу за все время ни один закон не был нарушен. Акиносуке правил на Райсю более двадцати лет, и в течение всего этого срока даже тень горя ни разу не омрачила его жизнь. За это время у него родились и выросли дети: пять мальчиков и две девочки. Но на двадцать четвертом году жизни на острове его любимая жена — дочь императора — неожиданно умерла. Ее похоронили с высшими почестями на вершине прекрасного холма Ханриэке и поставили на могиле красивый памятник, высеченный из огромного камня. После смерти жены Акиносуке почувствовал такие пустоту, горе и одиночество, что жизнь для него потеряла всякий смысл. Прошли тягостные дни официального траура, и на Райсю прибыл сиша из дворца Токоё. Он передал губернатору послание с высочайшими соболезнованиями, а после этого сказал:
— Вот слова, которые наш Высокий Господин, наш Император Токоё приказал мне передать лично Вам: «Теперь Мы посылаем тебя назад в твою страну и к твоим людям. Что касается семерых твоих детей, то они внуки и внучки Императора, который о них позаботится. Таким образом, ты можешь о них не беспокоиться».Получив это распоряжение, Акиносуке покорно стал готовиться к своему отбытию. Он привел в порядок все свои дела, дал наставления советникам и чиновникам, попрощался с добрыми островитянами. Наконец настал день отплытия, и в сопровождении толпы людей бывший губернатор прибыл в порт, где взошел на специально для него присланный корабль. Судно не спеша развернулось и вышло в голубое море, распростертое под голубым небом. Вскоре очертания острова Райсю стали тоже голубыми, потом серыми и, наконец, вовсе исчезли… … А Акиносуке неожиданно проснулся под кедром в своем собственном саду!Какой-то момент он был оглушен и поражен. Ведь он не был здесь более двадцати лет. Но тут он увидел своих двух приятелей, все также сидящих около него, весело болтающих и выпивающих. Мията дико уставился на них и громко воскликнул:
— Как странно!— Акиносуке, должно быть, видел сон, — смеясь заметил один из друзей.
— Что ты видел во сне, сосед? Что-нибудь странное? — спросил второй. И Акиносуке пересказал им сон, который длился двадцать лет и три года в стране Токоё, на острове Райсю. Друзья же были поражены, потому что в действительности гёши спал не более нескольких минут. Один из них сказал:
— В самом деле ты видел во сне странные вещи. Но пока ты дремал, мы тоже наблюдали нечто удивительное. Около твоего лица порхала маленькая желтая бабочка. Потом она села на землю рядом с тобой, со стороны дерева, и почти сразу же, как она села, из-под земли выскочил большой большой муравей, схватил ее и потащил вниз, в свою нору. Но перед тем как ты проснулся, мы увидели, что та же самая бабочка вылезла из муравьиного гнезда и запорхала перед твоим лицом как и прежде. Но вдруг она неожиданно исчезла. Мы так и не заметили, куда она делась.
— Возможно, это была душа Акиносуке, — сказал другой гёши.
Страница 2 из 3
