Круг десятый

Костюм для ночного маскарада, напыленный формовочной смесью прямо на тело, и впрямь впечатлял. Вместо сестры перед Владом сейчас стояло зеленокожее существо, скользкую кожу которого, отвратительной коростой, покрывала чешуя. От одного ее вида по спине Влада забегали мурашки. Безволосый удлиненный череп усеян десятком то ли шипов, то ли нарывов. Вместо рта, постоянно извиваясь и переплетаясь, клубится пучок небольших щупальцев. Ушей почти не видно, нос — два черных провала, а когда Настя сдвинулась с места, стали видны выступающие из спины два отростка, похожие на помесь крыльев с плавниками, на кончиках которых виднелись крошечные ручки.

Девушка взяла со стола тонкую ампулу, запрокинула голову и из узкого отверстия в уголки глаз упало несколько мутно-серых капель. Она закрыла веки, а когда вновь посмотрела на Влада, тот вздрогнул: и радужка и зрачки стали абсолютно черными, создавая пугающее впечатление бездонного колодца. Весьма оригинальное применение жидкости, обычно используемой на поверхности во время редких, теперь уже, песчаных бурь.

— Жаль, только, когти у меня меньше, — Настя взмахнула руками и украшавшие ее пальцы длинные загнутые ногти с противным шелестом стали тереться друг о друга.

— А у тебя костюм тоже неплохой. Откуда?

— Это персонаж плоских фильмов, — сказал Влад, снимая шляпу и демонстрируя обезображенную шрамами голову.

— Фредди Крюгер. Приходил по ночам к подросткам и резал их вот такими ножами, — скрежетнул он стальными лезвиями, насаженными на перчатку. А ваши откуда? Уж больно натурально выглядят.

— Их придумал старинный писатель, — ответил Артем, выходя из кабинки зеленокожим близнецом Насти.

— Говард Лавкрафт. Жил в двадцатом веке, в Северной Америке.

— Надо же, и фильмы про Крюгера тогда снимали, — сказал задумчиво Влад.

— Похоже, в те времена на разных ужастиках здорово поведены были.

— Можно подумать, Хэллоуин — современный праздник, — хмыкнул Артем.

— Ну, то праздник, — протянул Влад, — развлечение. А то — на полном серьезе такие фильмы смотреть или книги читать. Да еще и платить за них.

— А может, у них других развлечений и не было, — пожала плечами Настя.

— Представляешь, какая скука: ни голосети тебе, ни сенсо-парков. Не то, что на Марс — на Луну не полететь. Плоские фильмы, бумажные книги… — Ну так, и что у вас тут за тайны? — решил Влад сменить тему.

— Сейчас увидишь, — ответил Артем.

— Готова? — спросил он у Насти.

Та, кивнув, активировала голосеть и поводила руками, перебирая дрожащие в воздухе картинки, словно разводя облака над столом.

— Ага, есть, — наконец с удовлетворением в голосе сказала она и, почти сразу же, с разочарованием добавила:

— Но только звук.

— И что это такое? — нетерпеливо спросил Влад.

— Трансляция по закрытому каналу финальной проходки туннеля «Орфея», — ответил Артем.

— Официально все случится через неделю, но то — торжественная часть, для показухи. Настя позаимствовала у отца код доступа, так что можем услышать из первоисточника, что там, под поверхностью Марса.

— Идет, — кивнул заинтересованный Влад и уселся в кресло.

Артем, скрестив руки, облокотился о стенку, Настя, ущипнув полупрозрачную плавающую в воздухе кнопку, села на ближайший пуфик, а внутри облака раздался голос.

— «Спиногрыз» — доклад.

— Идем по графику, — прозвучал глуховатый ответ.

— Глубина — тридцать девять триста, скольжение — восемнадцать. Небольшой перегрев третьей силовой установки, в желтой зоне.

— Через тридцать секунд сбросьте мощность до двадцати единиц. Расчетное время до прокола — сто восемьдесят секунд.

— А кто это говорит? — спросил Влад, через мгновение осознав, что почти шепчет. Откашлявшись, нормальным голосом добавил:

— Жаль картинки нет.

— «Спиногрыз» — бурильная установка, — снизошел до ответа Артем.

— Они бурят под наклоном в восемнадцать градусов, чтобы потом легче было передвигаться в туннеле. Через три минуты должны пробить кору.

— Там сейчас — мой отец, — с гордостью заявила Настя.

— Он мне два года назад его показывал, за несколько дней до начала работ. Смотри.

Она сделала несколько пассов рукой и над столом всплыло изображение монструозного сооружения, напоминавшего гигантскую башню с остроконечной крышей, только почему-то направленной не вверх, а вниз. Из «крыши», словно шпиль, выдавался спиралевидный конус, усаженный лепестками широченных лопастей.

— Там сейчас, наверное, жарковато, — протянул Влад, пытаясь вспомнить спецкурс по геотермальной физике.

— Двадцать секунд до прокола, — опять зазвучал голос и ребята затихли, напряженно прислушиваясь.

— «Орфей» — есть прокол! Сброс мощности до двух единиц. Выпускаю«кротов». Даю картинку в ИК-диапазоне.