Важный выбор

Тебе нужна рука возьми, — он извлек руку — хотя подожди, кольцо тебе не нужно. Еще продашь, — с этими словами Шут вцепился зубами в палец с кольцом, откусил и выплюнул его. Фу, какая гадость.

— Я тебя. Я тебя. Я тебя.

— Значит, рука не нужна. Тогда давай, догони меня.

— и он ускакал, прыгая и хлопая в ладоши. В охватившем меня безумном порыве я рванулся вслед за ним и оказался в большом круглом зале. Свет шел откуда-то сверху. Посреди зала стоял странный предмет, а у противоположной стены вверх уходила каменная лестница. Шута нигде не было видно.

Я кинулся к центру зала. Может он скрывается за этой штукой. Я абсолютно не знал, что мне делать? Я вообще ничего не понимал.

Предмет оказался большим креслом. А на нем сидела какое-то странное существо больше похожее на вздутую массу. Я подошел ближе — тело с вбитыми в него гвоздями, которые намертво прикрепляли руки и ноги человека к креслу. Гвозди так же были вбиты в случайные места по всему телу. Я посмотрел внимательнее на распухшее лицо.

— Отец? Кааак? ААаааа, — от ужаса все мое тело свело.

Он разлепил безжизненные глаза. И едва слышно прохрипел.

— Ктооо?

— Это я папа, твой сын.

— Почему ты до сих пор не убил меня. Зачем ты меня пытаешь?

Похоже он приянял меня за Шута.

— Нет, это я папа.

— Мне уже все равно, — отец снова закрыл глаза и, казалось, отключился.

Звук похожий на резкий удар. Незамеченная мною дверь в другом конце зала распахнулась. В помещение ворвался морозный воздух. Шут стоял на пороге в плаще и шляпе того самого оборванца из метро.

— Не люблю, когда снег ложится прямо на мой колпак — сказал он, сбрасывая верхнюю одежду — Сходил тут проветрился. И, как вижу, ты уже добрался до моего чудного творения. Грязноватая работа. Но я для тебя старался, и для шоу, разумеется. Каждое действие требует подготовки. И порой для самых эффектных элементов нужны годы работы. Три года я кормил его, не позволял умереть. И он как послушная игрушка-актер, ждал, когда я выведу его на сцену. Но ведь я сам марионетка. Так уж устроен наш мир — Куклы управляют куклами.

— Шут расхохотался — Посмотри наверх, посмотри на королеву управляющую мной.

Из-под куполообразного потолка торчало две огромных белых руки, а рядом в воздухе зависло множество свечей — От тонких белых пальцев отходили нити, идущие конечностям Шута.

Руки дернулись, подбросив шута в воздух. Вместе с этим я почувствовал странное чувство, тянущее меня на лестницу.

— Поднимайся. Там тебя ждет твое сокровище. Твой подарок. Да, вперед, — выкрикивал Шут снизу.

Я уже был у самого верха. Лестница оказалась не такой большой, как казалось. Она обрывалась на небольшой платформе, на которой лежал ящик. Точнее большая красная коробка.

— Открой её. Разве когда-то ты не делал подобного?

Я открыл коробку и… — Сюрприииииз, — закричал шут, но я его уже не слышал.

В коробке лежала Юна. Целая и невредимая. Только она спала. И кожа её была очень бледна. Но по слегка двигающемуся телу было ясно, что она жива.

— Эй. Эй. Ты меня слушаешь. Пора двигаться к финалу.

— Юна, я вытащу тебя отсюда, — прошептал я и повернулся к Шуту.

Последние штрихи как надрезы. Порой очень болезненны. Монстр стоял у кресла моего отца, держа в руках огромный нож.

— Папа — заорал я и бросился вниз.

— Сынок, — похоже, он узнал мой голос.

Кровавые брызги. Голова отца отделяется от тела и падает на пол.

— Нееет — Я прыгаю на шута и опрокинул его на пол. Его тело оказывается на удивление легким.

— Ты что. Подожди. Что ты делаешь?

Неистово я бью его по лицу, но гад только смеется.

— Похоже, ты не знаешь, что нужно сделать.

И тут я понимаю. Хватаю блестящую нить. Шут пытается вырваться. Порванная веревочка лопается с противным звуком.

— Ааааааааааааааа — визжит Шут, нечеловеческим голосом. Я чувствую, что с ниточки капает кровь прямо на мои руки. Я рву их одну за другой. Крики монстра становятся все оглушительнее.

С последней ниточкой он издает страшный похожий на стон вопль и перестает двигаться. В ту же секунду все вокруг начинает трястись. Я смотрю вверх и вижу, как огромные руки рассыпаются в пепел. Вместе с этим свечи начинают падать вниз.

— Юна. Я спешу к коробке на лестнице. Поднимаю её, прижимаю к себе и выношу через все еще открытую дверь. Мы погружаемся в холодную ночь.

Пробежав некоторое время, я упал в снег. Когда я попытался подняться, мой взгляд остановился на картине позади нас. Яркая вспышка пожара. Я увидел пылающий особняк. Это место было знакомым. Я знал, как добраться до дома. Времени на размышления не было. Нужно было спасти Юну.

— Где мы? Почему я лежу на земле? — Юна, кажется, пришла в себя.

— Быстрее.