Друид

А ты, Вир, просто безмозглый самец, что повелся на нежную лань.

Сияние опустилось почти до подбородка, заполняя ноздри, рот Друида.

Его горло полоснула резкая боль. Губы осквернил привкус крови.

Он очнулся ото сна.

В ушах по-прежнему пульсировал смех Рогатого.

Рук и ног Друид не чувствовал, как и тела. Лишь ноющую боль в области шеи да сильное жжение в темечке.

Первое, что Вир увидел — перекошенное лицо Лерии, белее чем у смерти. Второе — окровавленный серп в ее руке.

— Но я… — выдавила из себя девчонка, — я же убила тебя! Я сделала, как он просил!

— Ты… — захрипел Друид.

Девчонка еще больше округлила глаза.

— Этого не может быть! Ты не можешь говорить!

— Предательство… — горько усмехнулся Вир, — … опять.

Друид понимал, что голова его боле не принадлежит телу, как и душа. Но так хотелось еще разок зачерпнуть ладонью прохладной водицы, пройтись босым по шелковистой траве, подставить тело заветным лучам солнца.

— Зачем? — вопросил он Лерию.

— Он так сказал! — вновь проговорила девчонка.

— Рогатый!

— Лерия, зачем?

Она рухнула на колени, зарыдала.

— Весной, — через всхлипы произнесла она, — все бросали в огонь белые камушки, а потом… не стало моего камня… ты же понимаешь, Вир, понимаешь, что это значит? Следом они бросили в огонь меня! Мои друзья, жених, родители. Ты хоть знаешь, что такое гореть заживо? Ах не знаешь? Тебе огонь-то нипочем? — Лерия вытерла рукой мокрый нос.

— Потом явился Он — Альверий, говорит меня зовут. Я спасу тебя, милая, если сделаешь для меня кое-что. Убьешь Друида. И я согласилась… и после, прямо там, в огне, он взял меня как какое-то животное, сказал, будешь носить мое дитя, явишь его миру… — Зачем же, Лерия? — сурово сказал Вир.

— Я хотела жить!

— Нет, Лерия, это не путь жизни. Ты выбрала путь смерти, но теперь у тебя есть я… — Ты умрешь! — вскрикнула Лерия, поднимаясь на ноги.

— Я ухожу отсюда, но и ты уйдешь со мной, — проговорил Друид.

— Лерия, я призываю тебя.

— Нет!

— Лерия!

— Нет!

— Лерия! Твоя душа теперь моя. И может когда-нибудь ты очистишь ее… Мягкий свет обнял голову Друида, простираясь и к Лерии, растворяя девчонку в себе.

— Пора нам найти другой дом, — промолвил Вир, чувствуя, как нечто пульсирует возле горла — словно пробивается росток.

— Это еще не конец.

— Нафига тебе эти желуди, дурочка? — Алешка выдернул из ее рук банку с сокровищами.

— А я сделаю себе ожелуденное ожерелье! — радостно воскликнула Лера.

— Отдай!

— А ты догони! — Мальчишка скривил и без того корявенькие губы и унесся прочь, как олень, сверкнув черными глазищами.

Лера хотела броситься за ним, но другого ей хотелось даже больше.

Наконец-то она решилась!

К тому же за год она подросла и теперь-то уж точно могла дотянуться — до кругленького дупла, похожего на выколотый глазок на стволе высокого дуба.

Она встала на носочки, прижимаясь всем своим щупленьким телом к грубой коре, и просунула внутрь тонкую ручонку.

Ей всегда было интересно узнать, что там. Там ведь обязательно что-то есть, так? Сокровище, клад!

Пальцы коснулись чего-то странного, острого, но мягкого, как … нос?

Она опустила ладонь чуть ниже… неужели это… губы?

Она хотела отдернуть руку, убежать прочь от этого жуткого места, но что-то держало ее… кто-то.

— Как твое имя? — раздался голос изнутри.

Светлые волосы девочки встали дыбом.

— Ле… Лера… — зачем-то сказала она.

— Хорошо, — ответило существо из дерева.

— Лера, Лерочка…