Загнанная жертва

Глаза девушки закатились под лоб, нижняя часть лица вытянулась вперед, обрастая до самых глаз щетиной, рот растянулся превращаясь в пасть из которой полезли клыки, нос вздернулся еще больше, лоб приобрел покатость, уши заострились, сместившись выше. Вглядевшись с ужасом на страшное превращение сопровождавшееся звериным рыком, Николай перестал следить за дорогой, и машина въехала в поле, подпрыгивая на ухабах. Таксист вырулил обратно к дороге и тут же дал по тормозам, за тем снова бросил взгляд в зеркало. С заднего сиденья на него скалилась волчья морда. Николай еще раз вскрикнув, открыл дверь, пытаясь вылезти, но оборотившаяся в волка пассажирка перелезла с заднего сиденья на пассажирское переднее и развернулась к водителю. Положив на него передние лапы и обдав дыханием лицо, животное уставилось на водителя. Верхняя губа животного приподнялась, образуя морщины под глазами, обнажая с человеческий палец клыки и красные десна. Николай полуобернулся к волку, на лице таксиста застыло выражение переживаемого ужаса. На несколько секунд они застыли, после чего Николай дернулся, надеясь развернуться спиной к открытой двери и выпасть из машины, но хищник опередил его, и не успел таксист откинуться назад, как зверь сомкнул зубы у него на шее. Он начал трясти водителя как щенок игрушку, вонзая зубы ему под кадык. Таксист обхватил пальцами челюсти животного и попытался разжать их, но зубы волка, словно перочинные ножи, погружались все глубже, приближаясь к шейным позвонкам. Николай открыл рот, чтоб закричать, но сдавленный вопль был еле слышен им самим. Он уперся руками в грудь животного, стараясь оттолкнуть, но зверь не заметил оказанного ему сопротивления. Волк мотал головой в попытке вырвать кусок мяса вместе с кадыком из шеи таксиста. Ощутив свою полную беспомощность, таксист захрипел, его глаза закатились, а ноги задергались. Вытянув левую руку, он бесцельно двигал ею, натыкаясь на руль и на приборную доску. Клыки чудовища сжимались, из прокусанных мест брызнула кровь, окропляя одежду Николая, салон автомобиля и шерсть животного. Вдруг раздался резкий, громкий звук, заставивший волка отпустить хватку и подпрыгнуть, то раздался сигнал клаксона, на который беспомощно маячившая левая рука Николая случайно надавила. Воспользовавшись моментом, таксист развернулся спиной к водительской двери и выпал из машины, после чего обеими ногами захлопнул за собой дверь. В окне тут же высветились острые, белые зубы и желтые глаза волка. Оказавшись запертым в салоне, ощерившееся животное издавало хриплый лай, чередовавшийся с продолжительным рычанием. Таксист перевернулся и встал на колени. Из-под него лилась струйка крови, образуя под ним с пугающей быстротой расширяющуюся лужу. Таксист встал на ноги и осмотрел себя. Футболка на нем запачкалась кровью вытекшей из ран. Николай поднес руку к шее и, пытаясь остановить кровь из перекушенной артерии, побежал вдоль дроги, спасаясь от хищника. Он бежал на ослабевающих ногах, оставляя за собой бусинки черных пятен и клякс, бежал, задыхаясь и издавая хриплые звуки, бежал, путаясь в собственных ногах, а в это время за его спиной прозвучал скрежет когтей о багажник автомобиля, скрежет когтей вылезающего в заднее окно чудовища. Голова Николая начинала кружиться, а ноги спотыкались друг об друга. Вместе с вытекающей кровью от него уходили силы, вместе с вытекающей кровью из него уходила жизнь. Таксиста шатало как пьяного из стороны в сторону, и наконец, не в силах больше бежать, Николай остановился. Животное, прижав согнутую правую лапу к груди, на трех оставшихся лапах гналось за ним, его нарастающее дыхание донеслось до ушей таксиста. Николай попробовал бежать еще, но непослушные ноги не пронесли его больше трех шагов, а в следующую секунду волк бросился ему на спину. Николай упал, волк перелетел через него, перекувыркнувшись по земле, а за тем оба они поднялись, Николай на четвереньки, животное на три здоровых конечности. Николай поднял голову, его убийца оказался перед ним. Голодными глазами хищник взирал на истекающего кровью таксиста, и Николай заметил одну ускользнувшую от него ранее деталь. Платье на чудовище, видимо, разорвалось в процессе превращения, а вот косынка осталась на голове волка, подвязанная на его шее узлом. «Как в сказке про семеро козлят» — последнее, что успел подумать Николай, после чего упал лицом в запачканную кровью землю и испустил дух. Волк, прихрамывая, приблизился к нему и, вцепившись зубами в его руку, затряс головой, стараясь оторвать конечность.

Вдоль проселочной дороги, тянущийся между лесом и полем, нес на себе трех седоков трехколесный мотоцикл с люлькой. Их темные силуэты проявлялись в свете луны и в свете фары, располагавшейся над крылом мотоцикла и освещавшей мотоциклистам путь. Это были мужчины среднего возраста, двое из которых были вооружены. Вел мотоцикл человек в шлеме, лицо которого было открыто и из под шлема взирали выискивающие в темноте ночи глаза.